— Как вы себя чувствуете, моя дорогая? — участливо поинтересовался «папуля».

— Спасибо, уже гораздо лучше, — пропела нежно-нежно, сама едва сдерживаясь, чтобы не зарычать.

— В таком случае хочу представить тебе твоих наставников. За две туары необходимо дополнить твои знания, так как жена герцога иле Шонра должна отлично разбираться во многих вопросах, в том числе экономике, делопроизводстве и законах, — начал герцог. Я скрипнула зубами, но внешне продолжила едва заметно улыбаться.

— Ваше Сиятельство, могу я задать леди Канире несколько вопросов? — вперед выдвинулся важный господин лет сорока. Сухой и тощий, как доска, лицо коршуна, бородка клинышком. Неприятный тип.

— Задавайте, — благосклонно разрешил хозяин замка.

— Ваша Светлость, прежде чем начать обучение, мне хотелось бы узнать, чему учили вас в пансионате? Общие принципы устройства мира и экономики вам преподавали?

В первую секунду я вытаращилась на незнакомца так, словно хотела спросить, с какого дуба он упал. А в следующую секунду словно меня включили изнутри, слова полились сами, я не в состоянии оказалась контролировать тот поток, который сама же и извергала:

— В пансионе достаточно высокоуровневое обучение. Извольте, я отвечу на ваш вопрос. Мироустройство. Наш мир состоит из так называемых двух частей. На нашей половине находятся три герцогста: Иратия, Вартания, Гертония на одном материке, за океаном расположены два королевства: гномов и гоблинов, с ними соседствуют орки, но к нам нелюди не лезут. Еще на той стороне, говорят, обитают драконы и множество других рас, но об этом в данный момент практически ничего не известно, так как все проходы закрыты, людей туда не пропускают. Иратия и Вартания — союзники, имеющие общие торговые пути, как сухопутные, так и морские, прибыль с которых получают поровну. Только с морских Иратия имеет больше выгоды, так как это все-таки ее вотчина. С Гертонией последние семь лет шла война за горный перешеек, закончившаяся совершенно неожиданно и совсем недавно. Горный перешеек разделили поровну. Да только смысла в этом нет.

— Почему? — вперед выступил приятный старик с длинной белой бородой. Он напоминал доброго волшебника из сказки.

— Потому что попасть за выставленную драконами границу на горном перешейке все равно никому не под силу, только с разрешения самих драконов. Договориться с ними тоже занятие бесперспективное, чешуйчатые не только ощущают ложь, но и прекрасно видят помыслы и людей, и нелюдей, а значит, алчных, корыстных, властолюбивых никогда к себе не пропустят, — четко отрапортовала я, ужасаясь все больше собственной осведомленности.

Откуда я все это знаю? Каким образом информация выдается против моего желания? Господи, я хочу домой, мне здесь становится страшно. Неужели тот гипнотизер теперь будет все время манипулировать мной, подчинять и заставлять говорить то, чего я не хочу?

— Действительно, пансион дал вам прекрасное образование, — поклонился тот, что с бородкой. Повернулся к герцогу. — Ваше Сиятельство, боюсь, мои услуги вам не нужны. Ее Светлость прекрасно разбирается в мироустройстве, даже получше меня, — последнее было произнесено с легкой досадой.

— Хорошо, свободны, вам оплатят потраченное время, — холодно отозвался хозяин замка и махнул рукой. Теперь его взгляд был устремлен на оставшихся. — Что вы мне скажете?

— Мне кажется, с делопроизводством юная госпожа тоже неплохо знакома, но мы доведем ее знания до совершенства, — поклонился молодой человек, которого до этого я не могла рассмотреть.

— Законы тоже изучим, как обычные, так и магические, — отозвался старичок, по-доброму мне улыбнувшись. Ответной улыбки сдержать не удалось.

— В таком случае не станем терять время, у нас его очень мало осталось, — кивнул герцог.

— А воинская подготовка? — хитро прищурившись, задал вопрос волшебник. «Папуля» резко обернулся.

— Зачем она моей дочери? — недоуменно воззрился на гостя.

— Приграничное герцогство, гибель четырех невест, частые смуты — считаете этого мало? — на этот раз вступил в разговор второй наставник.

— Вы правы, ей займется начальник моей стражи, думаю, он сможет научить мою дочь основному.

Герцог покинул кабинет. Я осталась наедине с наставниками. Оба улыбались вполне искренне, но в глубине глаз я заметила сочувствие. Значит, они прекрасно осведомлены о происходящем. Может, мне удастся их разговорить? Но сперва необходимо узнать, насколько лояльны они ко мне лично, как на них действуют приказы герцога, а главное, что происходит со мной, почему голос мне порой не подчиняется?

— Присаживайтесь, Ваша Светлость, давайте знакомиться, я магистр Норфирус, это мэтр Критардо, наша задача сделать из вас будущую правительницу герцогства, — начал старик.

— Вы можете мне дать объяснения происходящему? — начала я, но оба тут же сделали непроницаемые лица, показывая, что никто на эту тему говорить не намерен.

Что ж, вполне ожидаемо, я здесь никто и звать меня никак, а герцог — правитель, местный король, естественно его мнение в приоритете. Потому больше не стала задавать глупых вопросов, состроив сосредоточенное выражение лица.

— С чего начнем?

Целых полторы туары меня гоняли так, что я света белого не видела. Меня учили всему: вести бухгалтерию, составлять финансовые отчеты, объясняли экономику и политику, но помимо всего прочего со мной занимались воины. Если в рукопашной я смогла их удивить, то с мечом сложно пришлось.

Но больше всего уделили внимание знаковой азбуке. Это как у нас на кораблях матросы флажками общались, то здесь в ход шло все: взгляд, взмах веера, скрещивание пальцев, особые слова-шифры. Самое удивительное, вся эта информация в моей голове уже была. Потому и запоминалось достаточно просто.

За все время ко мне приближались только наставники и Саха. Остальные стражники или праздношатающиеся гости бросали на меня мимолетные взгляды, но подходить ближе не решались. Запрет герцога или здесь нечто другое? Как бы мне ни хотелось об этом узнать, но не получалось.

Завтракала, обедала и ужинала я или в учебном зале, или у себя в комнате. Как сказал мэтр, пока не научусь этикету, не разберусь во всех столовых приборах, мне нечего делать среди аристократов, позорить герцога никто не позволит. Обиду я тогда проглотила, пока не увидела весь масштаб катастрофы. На обед передо мной выложили восемь столовых приборов. Из всех узнала только нож и вилку, правда с тремя зубцами. А были еще изогнутые в виде маленьких щипцов, вилка с одной пикой, непонятные приборы с узкими зубцами, похожими на трезубец. От вилки отличались тем, что на концах словно маленькие стрелы были.

— Это что? — потрясенно глянула на наставников.

— То, о чем мы и говорили, из-за чего тебе в общую столовую пока нельзя.

Пришлось признать его правоту. Я бы опозорилась сама и опозорила герцога. Все об этом предполагали, потому и начали обучать вдали от посторонних глаз. А позже, разобравшись в хитросплетении приборов, мне уже и самой не хотелось в столовую, уютно оказалось есть одной, когда никто не заглядывает в рот.

Однажды, сидя на очередном уроке у магистра Норфируса, я не сдержала любопытства:

— А во мне магия есть? — вопрос вырвался непроизвольно, просто слишком много думала об этом.

— Откуда бы ей взяться? — на мой взгляд слишком поспешно отозвался наставник и отвел глаза. — Не отвлекайся. Давай, расскажи, что станешь делать, если вдруг окажешься по ту сторону Горного перешейка?

— Оставлю знаки на поверхности, видимой спасателем, с места не сдвинусь, постараюсь вернуться обратно, если не получится, останусь ждать помощи. Встретив нелюдей, не хамить, не грубить, прав не качать, попытаться мирным путем договориться на обратную отправку, если не получится, играть роль простушки-хохотушки и недалекой избалованной девицы, — выпалила на одном дыхании.

— Хорошо, этот урок ты усвоила. Теперь поведай, как можно послать вестника незаметно для окружающих, — довольно кивнул учитель, пристально смотря на меня.