Мало того что пришлось выламывать три столба, так она настолько обессилела, что не могла ничем помочь нам. Я встала на четвереньки. Дама с трудом поднялась на меня, а потом я стала вставать, держась за сталагмиты. Честно – это было самое тяжёлое. Я думала, у меня позвоночник сломается, ну или треснет.

Я стояла, обхватив руками столбы, и плакала от перенапряжения. А с моих плеч вытягивали внутрь дыры женщину. У нас получилось. И вовремя, потому что кристалл стал трескаться. У меня от этих звуков второе дыхание открылось. Я стояла под дырой, в ужасе смотря, как вылупляется страшная кожистая гаргулья, вся в какой-то светящейся слизи. Когда она распрямилась во весь свой двухметровый рост, рядом со мной упал конец верёвки, и я стала взбираться по узлам. Также меня втягивали наверх. Залезая всё выше и выше, я не отрывала глаз от новорождённой твари. Та раскрыла глаза и увидела меня. Секунда, и она, раззявив зубастую пасть, громко завизжала. Крылья стали разворачиваться. Со всех сторон стали открываться проходы, и в них появились силуэты подданных императрицы.

Дальше я уже ничего не видела, так как добралась до дыры, но слышала: визг, как по стеклу металлом скребут, от которого тело содрогается. Наши встревоженно стояли и ждали, когда я выползу.

— Бегом. Уходим.

И мы, как нам позволяло окружающее пространство, побежали.

Я была права, и нам дико повезло. Дыра выходила на склон горы, причём не отвесной, а покатой, покрытой кучей щебня. Внизу было видно пересохшее русло реки с тоненькой жилкой воды посередине.

— Кто-нибудь знает, где мы находимся? В какую сторону бежать?

— Да, — крикнула та самая тучная и показала рукой. — Это речка Тишинка. Она раз в десять лет разливается сильно. Если по ней пойдём, то к окраине города можно выйти. Но долго идти придётся. Очень.

— Значит так, сейчас спускаемся и бежим, но смотрим по сторонам. Нас наверняка будут преследовать. Столько дармовой энергии убежало, поэтому глядим, куда можно укрыться. Некоторых, которые идти не смогут, можем щебнем закидать. До ночи полежите и потом выбирайтесь. Может, пещеры встретятся. Не знаю.

И мы стали спускаться. Легче всего было Санни, сильно лететь она не могла, скорее прыгала на метров шесть-семь, потом планировала.

Я шла вместе со всеми и считала. Так, в дыру в потолке гаргульи не влезут – это сто процентов, значит, они будут её расширять, а это время. Даже самый широкий коридор для их императрицы будет маловат, а что она бросится за нами – я была уверена. Уж слишком дамочка разозлилась. Это я по её визгу поняла. Тогда сколько у нас есть? Минут тридцать? Не больше. А, как назло, и закопаться места пропали, и пещер не было. Солнце клонилось к закату. Нам бы чуть-чуть продержаться. И драконы уже летят на помощь, и Серж. Это точно! Они или на подходе, или кружат уже над горами. Надо подать им знак. Санни!

— Санни, — закричала я, — прыгай наверх горы и там попробуй взлететь, девочка. Наверняка папа рядом. Надо, чтобы они поняли, где мы. Поспеши, солнышко.

И Санни послушно стала взбираться, помогая себе крыльями, на гору. Мы уже отбежали на большое расстояние. Дамы стали уставать. Запас сил закончился, как и второе и третье дыхание, а потом мама Рина споткнулась и подвернула ногу. Встать она уже не могла. Губы её кривились, она сидела и смотрела на опухающую на глазах лодыжку.

Я остановилась.

— Уходи, милочка. Я отбегалась.

Наши тоже начали останавливаться, но я закричала:

— Уходите. Может, у нас получится их задержать.

Наши побежали, а я бессильно села рядом с мамой Сержа. Это было глупо, но я не могла оставить её одну просто так, оставить умирать. Тем более сколько мне осталось этого моего второго шанса. Четыре дня.

Рина молчала, слёзы текли. Слёзы. Сколько мы сегодня плакали? Много. Вздохнула. И вспомнив, что моя девочка обрела дракона, улыбнулась и задрала голову в небо. Спасибо, небеса. Это было здорово. Этот месяц стоил всей моей той прошлой жизни. Вот честное слово. Меньше месяца, точнее, но что делать. Хоть так.

— Спасибо, Таня, — послышалось рядом, а потом до нас донёсся визг. Вот и всё. Наше время подходило к концу. Вдалеке появилась туча низко летящих гаргулий, впереди как-то криво летела их матка. Императрица, чтоб её. И нас, судя по визгу, увидели.

— Встать сможете? — спросила я маму Рину. — Негоже нам перед их величеством ползать.

— Ты права, девочка, негоже. Не дождётся такой чести.

Она с трудом поднялась. Я поддержала её, и мы так и стояли.

— Знаешь, Таня, я поняла, что если мы выживем, я буду рада такой невестке. Сильной, смелой, доброй и искренней.

Я хмыкнула грустно:

— Всё дело в «если». Вы мне тоже нравитесь, а особенно как вы с Санни подружились.

Женщина грустно усмехнулась:

— Хорошая у нас девочка растёт. Вон и дракона разбудила. Красавица будет.

Я кивнула. Улыбка сползла с моих губ, я мрачно смотрела на сильно отделившуюся от стаи императрицу и несущуюся на нас, громко хлопая огромными крыльями. Казалось, её глаза вперились в меня. Узнала тварь, кто её пищи лишил. И тут я поняла, почему она на меня зла. Одно крыло было меньше другого, и ей приходилось им бить чаще. Энергии не хватило, получается, а пробуждаться раньше времени она начала, потому что зарядка стала исчезать?

Интересно, мне просто голову открутят и помучают напоследок? Расстояние между нами быстро сокращалось, и я уже вдохнула в себя побольше воздуха, как с небес рухнула маленькая розовая драконица и полила гаргулью пламенем. Та, увлёкшаяся нападением на нас, не заметила её вовремя, в итоге попала под удар нашей Санни. Императрица снова завизжала, теперь её визг был уже не недовольным. Нет, тварь визжала от боли. Кожа сползала с её морды лоскутами, а в одном крыле появилась дыра, она рухнула на землю, вскочила и пошла на нас, жутко скалясь. А маленький дракончик раз за разом налетал на неё и жёг своим пламенем.

Я с ужасом наблюдала, как стая, визжа, как их матка, прибавила скорости и скоро окажется над нами. Императрица упала на землю, корчась в муках, а Санни устало приземлилась рядом с нами, бессильно раскинув крылышки. Мы обняли нашу спасительницу и уже приготовились встретить смерть, как над нами послышался яростный рёв драконов. Серж всё-таки прилетел. Он успел.

Даже радоваться сил уже не осталось совсем. Мы устало наблюдали бой драконов с гаргульями. А потом рядом с нами спланировал чёрный дракон и превратился в Сержа. Нашего Сержа.

Мы с Риной переглянулись и толкнули вперёд Санни, ну как толкнули. Такую тушку очень сильно и не толкнёшь. Подтолкнули в нужном направлении. Иди, мол, к папе.

Серж расплылся в широчайшей улыбке и развёл руками:

— И вот этот красивый дракончик – моя дочь? Моя Санни?

Мы с Риной яростно закивали головами.

Папа с дочей обнимались, а Рина вдруг язвительно прошелестела:

— Таня, скажи, какого рожна моя внучка розовая? Таких ведь не бывает! Это всё твоё дурное влияние.

Женщина тихо приходила в себя.

— Я вас тоже очень люблю, мама Рина, — прошептала я ей улыбаясь.

Мы с Санни попросили отнести бабушку первой. Потом показали, в каком направлении ушли другие. Над нами патрулировали территорию несколько драконов. Через полчаса вернулся Серж, меня посадил сверху, а маленького розового дракончика нежно взял в лапы и отвёз нас на себе в город.

Ещё день мы сидели в убежище в своём замке, пока Санни не смогла превратиться в девочку. Потом на день перебрались в ПГУ. Все уже знали, что это наша девочка убила императрицу и стала героиней не только нашего городка, а целого королевства.

Меня, которая была несведуща во всех этих гаргульих историях, просветили, что произошло.

В самом конце вылупления императрицу должны были напитать жители нашего города, но ждал её великий облом. Кем напитывать, когда все жители организованно спрятались? Тут уже досталось почестей и мне. Все подходили и благодарили.