А потом на закате он улетел обратно. Шепнул мне на прощание:

— Воздуха глоток свежего глотнул, теперь можно снова назад.

В эту ночь уснула я только перед самым рассветом. Ну никак было!

Дни летели как секунды. Ладно ещё постоянные учебные тревоги, но и приём посетителей тоже никто не отменял. Да, и прибавились новые хлопоты у нас с Санни.

Дело в том, что на детском празднике девочка рассказала подружкам, как периодически мы готовим что-нибудь вкусное, и что, оказывается, готовка ничуть не скучнее учебных тревог. Ну и началось тогда:

— Санни, а можно мы тоже придём к тебе в гости поготовить?

Мы тогда с Сержем переглянулись, помнится. Я на него вопросительно: «Что скажешь, мол, на это?», а он кивнул и потом шепнул мне:

— У меня в кабинете в замке сейф. Шифр – день рождения Санни. Бери сколько надо денег для организации ответного приёма.

И начались у нас с Санни дополнительные хлопоты по организации праздника и преобразованию внутреннего убранства замка. Не всего, нет. Игровой и гостиной. Там, где появятся гости, а ещё у меня прямо руки чесались изменить внешний вид комнаты Санни просто так, без показушничества. Чтоб потом девочке жилось веселее. Когда меня заберут.

Старалась не думать, но, честно говоря, с брачным агентством у меня был полный швах.

Как там у классиков? «Уж полночь близится, а Германа всё нет».

Вот и у меня было так же. Я занималась всем чем угодно, кроме конкретно того, для чего меня сюда сослали.

До конца срока, того самого, когда мне надо будет ангелам предъявить пять пар, оставалось уже меньше срока. Конечно, я с ПГУ этими замутила и, чтоб драконов пристроить.

Точнее, — я вздохнула, — чтоб они сами пристраивались, но эти вертихвосты отказывались самозанятостью заниматься. Да, у меня сложилось четыре пары. И всё. Как бы я ни перемешивала составы женихов и невест в убежищах – ноль. Полный. Девушки, может, и не против были, а эти крылатые и с замками упирались четырьмя лапами, как будто их на казнь тащили на верёвке, вот ей богу!

Это меня угнетало, но я, как розовый страус, прятала голову в песок. Решила для себя так:

— Занимаюсь внутренним дизайном замка, не всего. Потом устраиваю детский праздник. Зарницу с награждением. И прямо сейчас, вот почкой своей клянусь, плотно займусь брачной практикой. Просто чтоб потрепыхаться, потому что стала ловить себя на мысли: «Да какая мне разница, как следующую жизнь проводить. Ну фламингой, ну цветком. Да хоть жабой розовой». Мне стало всё равно, потому что я понимала, что это такая мелочь по сравнению с тем, что я просто больше не увижу ни Санни, ни Сержа.

Пятая пара – это возможность, чтоб меня здесь оставили, хоть тараканом розовым.

Радовало меня то, что малышка нашла подружек, и когда я уйду, ей не будет так жутко плохо, поэтому я должна сотворить всё возможное для задела в её счастливое будущее. А Серж? Он большой мальчик – сам разберётся.

И мы радостно с Санни окунулись в мир дизайна. Максимилиан периодически подменял меня на службе, пока мы носились по магазинам и рынку.

— Санни, как тебе вот такое постельное бельё? Только вместо цветочков давай вышивку дракончиков закажем?

— Таня, а пусть они розовые будут.

— Ну почему нет. И пузатенькие.

А на рынке мы выбирали ковры на пол. Мягкие, с длинным ворсом, чтоб можно было сесть на нём с игрушками и вставать не хотелось.

С любопытством наблюдали за новым трендом. Объёмная сумка на длинной ручке. Мужской и женский вариант. Ими стали торговать все кому не лень. Разных цветов, с вышивками, вязаные, плетёные. Это были тревожные чемоданчики. Все мужчины, дамы и даже маленькие девочки постоянно ходили только с ними. «А вдруг Татьяна тревогу объявит? От неё всего можно ожидать, а мы уже во всеоружии».

Сумками хвастались. Только кто-нибудь придумал новенькое для украшения – это подхватывалось. Стоило нам с Санни закупить блёсток и расшить её сумку, на следующий день уже все девочки сверкали своими.

Ещё чем стали торговать на рынке — коврики для ПГУ и даже мебелью, простенькой, но удобной. И люди в складчину покупали, потом бегали к Максимилиану и требовали разрешения посетить убежища для благоустройства оного вне тревоги.

Он ворчал для приличия, но был счастлив. Потом, поняв, что люди стараются и для его пользы, разрешил входить, когда надо. Только посоветовавшись с командующим гарнизоном, мы всё-таки решили ставить днём дежурного около каждого. Для порядка.

Мы с Санни готовились к детскому приёму у нас в замке, а мама Рина тоже занималась подготовкой к своему знаменательному событию. В субботу 24 должен был состояться день бабушек. И к этому празднику готовились ещё тщательней, чем к соревнованиям на самое уютное ПГУ. В убежищах они уже и украсили, и покрасили, и теперь ждали дня нашей зарницы. Но там командная игра была, а на дне бабушек индивидуальная.

И к ней подходили со всей ответственностью. К портнихам с новыми нарядами уже было не протиснуться. Это мы с Санни уже успели понять, попробовав заказать платье на наш детский приём. В итоге решили надеть что есть.

Как-то утром мама Рина была непривычно задумчива и даже не язвила и не мечтала о столице. Все её мысли метались где-то, пока она задумчиво не обратила внимание на наши с Санни повседневные мундиры. Глаза её прищурились.

— Милочка, а мундир долго шьётся? И ты где его заказывала? Существует военный портной?

Мы с Санни переглянулись. Похоже, бабушка решила явиться на праздник в полувоенной форме. А почему и нет? Ей даже пойдёт.

— Честно? Этот мундир был забран из гардероба Сержа для перешивки. Причём сделано это было с его благословения, а не просто потому, что я захотела. С нуля шить долго, а вот подгонка по фигуре – совсем чуть-чуть времени. И там остались ещё голубой мундир и море черных. Кстати, если чёрный побольше украсить серебристыми окантовками, он будет смотреться очень элегантно.

Мама Рина с ходу поняла намёк:

— Юбка быстро шьётся?

— Пулей. И кстати, сейчас пошла мода, что мамы с дочками приходят в похожих нарядах. Почему же вам не завести такой обычай и на бабушек с внучками? Такого ещё не было. Мне мундир отрезали по длине, а вот на вас длина до середины бёдер будет смотреться идеально.

Мама Рина с трудом дождалась окончания завтрака и после ринулась в бой, прихватив и нас с собой. Имеется в виду грабить гардероб Сержа. Мы с Санни с удовольствием включились в игру. Санни, потому что её, наконец, заметили, а я, потому что пошёл контакт между бабушкой и внучкой.

— Госпожа Рина, кстати, Санни очень хорошо рисует. Вы не поверите, но многие посетители её рисунки в рамочку вставляют и вешают в гостиных. Санни, покажи свои рисунки.

Девочка сбегала в свою комнату и принесла Рине кучу набросков. Бабушка с растерянным видом перебирала портреты и зарисовки людей. Многих из них она даже знала.

— Санни, девочка, у нас же намечаются гости? До этого надо срочно изобразить мой портрет и украсить им гостиную.

Девочка серьёзно кивнула, а мама нашего Сержа потрепала её по голове. А потом Рина начала мерить мундиры, а мы придумывали фасон юбки. Санни зарисовывала силуэт, а Рина то отвергала его, то задумчиво разглядывала.

В этот день Санни осталась дома. Я забрала свой экипаж и отправилась на работу, а бабушку с внучкой строго предупредила: если тревога, пусть спускаются в наше замковое убежище.

— Таня, а может, мы успеем до городских доехать? — переглянулись вставшие в коалицию дамы.

Я милостиво кивнула.

— Бабушка, а у тебя какая сумка для убежища? — обратилась Санни к Рине. — Я вчера видела, как тётя Гули к своей пришила кармашки различные с ремешками. Всем очень понравилось. Я к своей тоже хочу такой же сделать.

— А ты умеешь? — задумчиво поинтересовалась Рина.

— Да, меня Таня научила.

— Таня? А знаешь, что я умею? — вдруг выпалила мама Сержа. — Бисером вышивать. Хочешь, научу? У меня даже есть с собой и разный.