Он смерил меня недоверчивым взглядом, но кивнул.

—В воскресенье встречаемся в ратуше в 9, но прежде подойдите в субботу в обед порепетируем с вами сирены включать. А на следующий дегь начинаем нашу операцию реанимацию.Только карту убежищами дайте на время попользоваться.-- я протянула руку, и не в нее поморщившись вложили запрошенное—

А теперь мне пора. Чувствую один человечек меня на крыльце в одиночестве дожидается.

Бабушка с Натой на приеме. Комендант горы со своими истребителями перехватчиками патрулирует. И пусть патрулирует. Чтоб мы спать могли спокойно, а если я этим в гаргульеубежище буду делать, так даже и лучше. А что условия скромные, таки и я не во дворце росла, особенно после смерти бабушки.

Я распрощалась с Максимиллианом, у которого настроение приподнялось , да и дух тоже, а то вообще мужик руки опустил.

И подъезжая к замку, выглянув из окошка я увидела одинокую фигурку в черном мундирчике сидящую на крыльце и у меня сердце сжалось. Успела я к ней привязаться.

Я выглянула из окошка экипажа и стала махать рукой. Санни вскочила и заулыбалась, как весеннее солнышко. Стоило мне вылезти, как она ко мне подскочила и обняла прижавшись.

Ох, попа-попная! Мне же уезжать от неё скоро. Так, это даже хорошо, что в понедельник съеду. Утром и объявлю ей. Санни за день с этой темой смирится, а я вечером заеду, вещи заберу и то убежище оккупирую.

Я погладила девочку по голове:

— Как у нас с ужином?

На меня подняли счастливую мордочку и сморщились.

— Намёк поняла, можно дальше не объяснять. Ты как? Сильно голодная? Если мы с тобой часа два ужин приготовим, готова подождать?

Санни кивнула.

— Ну тогда, дружок-пирожок, пойдём переоденемся, и нас ждут великие дела на кухне. Разбегаемся по комнатам, когда будешь готова – приходи.

Честно, я только успела туфли снять, когда вихрь, переодетый в поварское платье, уже влетел ко мне в комнату.

— Сиди тогда, шустрая ты моя, я пошла переодеваться в туалетную комнату.

— Таня, а можно мне с украшениями поиграть? — донеслось до меня, расстёгивающей мундир.

— Да бери, конечно.

Девочки, они и в Африке девочки. Я улыбнулась, вспомнив, как сама перебирала бабушкины богатства.

И отправились мы на кухню. Вот что у поварихи было не отнять — это то, что она всё содержала в чистоте.

— Санни, как ты относишься к мясным шарикам, залепленным в тесто?

— Хорошо отношусь.

— А ты их ела?

— Нет.

— Значит, угощу, а вначале будем учиться их лепить. В моих краях они называются пельмени. Давай глянем, есть ли у нашей поварихи фарш. Кстати, радость моя, ты не подскажешь, а где её папа нашёл? Такую приверженницу здоровой пищи.

— А это не папа. Бабушка нашла.

Я хмыкнула:

— Почему я не удивлена. А что готовить, тоже она сказала?

— Да. Бабушка говорит, что пища не должна быть тяжёлой для папы.

— Про тяжёлую — это она имеет в виду мясо?

— Ага. Я слышала в её прошлый приезд, что новая мода пошла на специальную диету для драконов, и у них и пламя красивого цвета становится, и когти острее.

Я даже присела на краешек табуретки и посмотрела на Санни.

— Серьёзно? Такая бывает?

— Да.

—И в чём она выражается?

— Ну там вроде молоко нельзя есть, поэтому у нас каша с утра на воде. Потом не помню, там какие-то овощи можно, а какие-то нельзя.

— А мясо можно? — задала я вопрос.

— Можно, — кивнула Санни, — в обед. А вечером вредно. Плохо спят от этого.

— Да ладно?

— Да. Бабушка папе говорила.

Вот удивительно. Мир другой, а с ума по поводу диет разнообразных сходят одинаково.

— Подожди, а если молочку нельзя, почему у вас на кухне она имеется?

— Так это нам с папой нельзя, а слугам и самой поварихе же можно. Я слышала, как служанка моя гувернантке сказала, что они протянут ноги от этой здоровой пищи быстрее, чем если всю жизнь вредное будут есть.

— Ну я нашу Рину критиковать ни в коем образе не буду, кто что любит. И может, это даже правда для пламени полезно, но иногда можно же себя побаловать.

Я не кривила душой. У разных народов всё по-своему было. Французы вон про кашу с утра и не думают, у них круассаны. А англичане яичницу с беконом предпочитают, хотя, может, и кашку? Я вспомнила про «Собаку Баскервилей», когда новоявленного хозяина дворецкий овсянкой кормил. Хотя это всё-таки была наша советская киноадаптация.

Самое интересное, что ещё в прошлый раз я заметила в холодильном ларе в холщовом мешке фарш. Так, положила в голову себе.

— Ну что, мой юный друг, приступим?

Девочка кивнула.

— Тогда моем руки и вперёд.

Пельменей решила не делать много. А зачем? Прикинула на глаз, чтоб нам хватило по полной и с добавкой.

— Санни, а еда для папы в столовой приготовлена?

— Да, овощи.

— Вот и хорошо. А мы тогда сегодня здесь покушаем, чтобы нашего коменданта с пути истинного не сбивать, а то цвет пламени станет у него серо-буро-малиновым, отвечай потом. Или когти затупятся.

Приготовила начинку для пельменей. Поставила кастрюлю с водой на печь, пусть закипает потихоньку. Потом насыпала горкой муку.

— Давай, Санни, сейчас вулкан сделаем.

Встала сзади девочки, и её ручкой сделали кратер, потом разбили внутрь яйцо и стали замешивать тесто.

— Расскажи, солнце, а у тебя подружки есть? Дни рождения отмечают?

Девочка кивнула.

— Нас два раза приглашали.

— И ты как подружилась с кем-нибудь?

— Чуть-чуть.

Санни рассказала, как она познакомилась с девочкой, и ей очень понравилось с ней играть, но больше встречаться не получалось. Сержу было некогда. А ещё, оказывается, когда детям исполнялось десять, их отправляли в школу. И девочка с одной стороны, очень хотела туда пойти, с другой стороны, боялась. И всё из-за непроснувшегося дракона.

Да, это была скользкая тема. У меня была одна подружка в институте. Толстушкой в школе была. С мамой жили вдвоём. Родительница тоже была не маленькая. И подружка рассказывала, что, может, обмен веществ, может, денег не особо хватало и выручала картошка плюс булки, но девочка была пышечкой и очень страдала, что из-за веса была обделена вниманием парней. Плакалась маме, она утешала и говорила:

— Доча, всё будет хорошо. Будет и на твоей улице праздник.

Ага, три раза. Доча чётко понимала, что для этого надо похудеть, потому что шанс встретить принца в этом весе был один процент из ста. Звёзды должны так встать. А худеть не получалось, потому как дома ждала сковородочка жареной картошки и компот из трёхлитровой банки, любовно закатанной летом.

В итоге подруга смогла даже не сколько похудеть, а постройнеть уже после школы на фитнесе. Ну и фастфуд убрав, конечно.

И она, почувствовав себя уверенней, действительно обзавелась ухажёрами.

И к чему это я? А к тому, что я могла говорить Санни, что дракон — это не самое главное, но жизнь будет демонстрировать другое и тыкать тебя лицом в это самое. Тем более если кроме этого дракона тебе нечем с другими мериться. Поэтому от утешения, что у тебя тоже всё будет хорошо — ни холодно ни жарко, а может, даже хуже будет. Не всем золушкам фея является. Иногда само́й надо к дворцу притащиться пешком и платье сшить собственноручно.

Как если бы подруга, например, обладала ещё каким-нибудь талантом, который компенсировал её объёмы. Петь, например, или душой компании была.

И вот об этом надо бы мне подумать, пока я в этом мире. Знакомыми я стала обзаводиться здесь. Может, попробовать в гости походить? Не одной, с Санни. И что-нибудь интересное с собой принести, чтобы девочке флёр уважения сформировать от местных детей.

И обязательно спросить разрешение Сержа на это. Он должен быть в курсе. Не то разозлится и попадёт девочка под горячую руку.

Всё это я обдумывала, замешивая тесто и наблюдая, как Санни лепит из своего кусочка гусеницу из шариков.