— Видел. Ты была такая серьёзная. Сидела на табуретке, а она водила гребнем по твоим волосам и что-то рассказывала. Ты смеялась. Я простоял под окнами полчаса и не смог войти.

— Почему?

— Потому что понял: она не преступница. Она просто мама, которая хочет растить свою дочь. А я со своим спасением принёс бы только опасность.

Он сжал кулаки.

— Я уехал. Решил, что оставлю вас в покое. А через неделю узнал, что дом сгорел. И вы обе погибли.

— Я не погибла, — прошептала я.

— Я думал, что погибла. Искал тебя три года. Объездил весь север. Ни следа. А потом ты сама пришла. Стояла под дождём с письмом в руке, и я узнал тебя сразу.

— По чему?

— По глазам, — он наконец посмотрел на меня. — У тебя её глаза. И ещё... — он кивнул на мою руку, которая машинально полезла в карман. — Гребень. Тот самый?

Я вытащила гребень из кармана. Деревянный, с вырезанными рунами. Мамин.

— Он самый, — прошептала я.

— Я запомнил его, — сказал Киран. — Она водила им по твоим волосам, и он блестел на солнце. Странная деталь, да? А я запомнил.

Я сжимала гребень в ладони и чувствовала, как к горлу подступает ком.

— Я понял тогда: вот она. Девочка, которую я не спас. Но могу спасти сейчас.

Я молчала.

— Ты поэтому помогаешь мне?

— Да.

— Из чувства вины?

— Сначала — да, — честно сказал он. — Я чувствовал вину. Думал, если бы я тогда вошёл, если бы предупредил... может, всё было бы иначе.

— А теперь?

Он шагнул ближе.

— А теперь я смотрю на тебя и вижу не ту маленькую девочку. Не долг. Не вину. Я вижу тебя. Упрямую, злую, живую. Которая огрызается, даже когда боится. Которая не сдаётся.

Он протянул руку. Остановился в сантиметре от моего лица.

— Я не прошу ответа, — сказал он тихо. — Не прошу ничего. Просто... знай.

Он убрал руку. Отступил.

— Спокойной ночи, Айрис.

И ушёл.

Оставил меня одну на холодном балконе, с бешено колотящимся сердцем.

---

В коридоре я столкнулась с Лиамом. Он ждал. Смотрел встревоженно.

— Айрис, ты в порядке? Что он тебе сказал?

— Всё нормально, — ответила я. — Просто... разговор.

— О чём?

— О моём прошлом. Он знал мою мать. Давно, на севере.

Лиам удивлённо поднял брови.

— Знал?

— Да. Это длинная история.

— Айрис, — он взял меня за руку. — Ты дрожишь. Пойдём, провожу тебя.

— Да. Пожалуйста.

Мы пошли по пустым коридорам. Лиам молчал, но я чувствовала, что он хочет спросить о чём-то. Наконец не выдержал:

— Айрис... между вами что-то есть?

Я споткнулась.

— Что? Нет. То есть... я не знаю. Он просто помогает мне.

— Помогает? Чем?

— С работой, — соврала я. — В библиотеке.

Лиам усмехнулся.

— Айрис, я, конечно, не самый умный, но я не дурак. Профессор Веласкес не вызывает помощниц по ночам, чтобы обсудить расстановку книг.

Я промолчала.

— Ладно, — вздохнул он. — Не хочешь — не говори. Только... будь осторожна. Он не такой, как мы. Он из другого мира.

— Я знаю.

— Знаешь, но всё равно идёшь?

Я остановилась. Посмотрела на него.

— Лиам, ты хороший. Правда. И я не хочу тебя обманывать. Но я не могу тебе всего рассказать. Не сейчас.

Он смотрел на меня долго. Потом кивнул.

— Ладно. Когда сможешь — расскажешь. А пока... я просто буду рядом. Если нужен буду.

У меня защипало в глазах.

— Спасибо.

— Иди уже, — он мягко подтолкнул меня к двери моей каморки. — Завтра увидимся.

Я кивнула и скользнула внутрь.

Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула.

Достала из кармана мамин гребень. Провела пальцами по рунам.

Он видел, как мама расчёсывала мне волосы этим гребнем. Три года назад. А теперь...

Я закрыла глаза.

— Мам, — прошептала я в темноту. — Что мне делать?

Я не пошла в подземелье.

Просто не могла. После всего, что он сказал на балконе... после того, как я узнала, что он видел нас с мамой, что искал меня три года...

Я стояла у северного входа в библиотеку, сжимала в кармане мамин гребень и не могла сделать шаг.

Что я ему скажу? Что чувствую? Что не чувствую? Я сама не знала.

— Айрис?

Я вздрогнула и обернулась. Лиам стоял в конце коридора, удивлённо глядя на меня.

— Ты чего тут делаешь в такое время?

— Работаю, — соврала я. — В библиотеке.

— В полночь?

— Книги сами не расставятся.

Он подошёл ближе. Вгляделся в моё лицо.

— Ты плакала?

— Нет.

— Айрис, — он взял меня за руку. — Пойдём. Я провожу тебя до комнаты. Ты дрожишь вся.

Я хотела отказаться, но сил не было. Кивнула.

Мы пошли по пустым коридорам. Лиам молчал, но я чувствовала, что он хочет спросить.

— Это из-за него? — наконец сказал он. — Из-за профессора?

— Лиам, не надо.

— Ладно. Не буду.

У двери моей каморки он остановился.

— Если что — я рядом. Ты знаешь.

— Знаю. Спасибо.

Я зашла внутрь, закрыла дверь и долго сидела на койке, глядя в стену.

---

Я не спала.

Ворочалась, думала, злилась, снова думала. А в какой-то момент поняла, что больше не могу лежать.

Встала. Оделась. Вышла.

Ноги сами принесли меня в библиотеку.

Магистр Элроу спал за своей стойкой, тихо похрапывая. Я прошла в дальний отдел, туда, где стояли старые фолианты, которые почти никто не читал. Зажгла маленький светильник. Села на пол, прислонившись спиной к стеллажу. Достала из кармана мамин гребень. Провела пальцами по рунам.

Что мне делать, мам?

Светильник мигнул.

Я подняла голову.

В конце ряда, между стеллажами, стояла ТЕНЬ.

Не человек. Именно тень — сгусток черноты, который колыхался, будто живой. У него не было лица, не было рук, только очертания, и от него веяло таким холодом, что у меня дыхание перехватило.

Я замерла.

Тень сделала шаг ко мне.

— Не подходи, — прошептала я.

Она не послушалась.

Я вскочила, выставив руки вперёд. Без толку — я даже не знала, работает ли моя магия против таких тварей.

Тень шагнула ещё. Ещё. Теперь она была в трёх шагах, и я чувствовала, как воздух вокруг неё вибрирует от злобы.

— Помогите! — закричала я. — Кто-нибудь!

Тень бросилась на меня.

Я зажмурилась.

И в этот момент что-то ударило её сбоку. Золотая вспышка, жар, рёв — и тень отлетела к стеллажу, рассыпаясь на ошмётки.

Я открыла глаза.

Передо мной стоял Киран.

Без плаща, в одной рубашке, тяжело дыша. В руке у него горел золотой огонь — магия, которую я никогда раньше не видела.

— Беги, — сказал он, не оборачиваясь. — Быстро.

— Но...

— БЕГИ!

Я побежала.

Вылетела из отдела, промчалась мимо проснувшегося магистра Элроу, выскочила в коридор. И только там остановилась, прижимая руки к груди и пытаясь отдышаться.

Что это было? Что за тень? Откуда она взялась?

Я ждала. Считала удары сердца. Десять. Двадцать. Тридцать.

Киран не выходил.

Я рванула обратно.

Он стоял у стеллажа, опираясь рукой о полки. Лицо белое, на лбу испарина. Рубашка на боку темнела — мокрая, липкая.

— Киран! — я подбежала к нему. — Ты ранен?

— Царапина, — выдохнул он. Но я уже видела: не царапина. Тень достала его когтями, и рана была глубокая, страшная.

— Сядь, — скомандовала я. — Немедленно сядь.

Он попытался возражать, но ноги подкосились, и он рухнул на пол. Я упала рядом на колени, разорвала рубашку, чтобы посмотреть рану.

Чёрная. Края раны были чёрными, и от них расходились тонкие нити — такие же, как моя магия, только злые, чужие.

— Это тень Хаоса, — прошептал Киран. — Её магия... она жжёт изнутри.

— Что делать? Как помочь?

— Никак. Само пройдёт.

— Врёшь!

Я смотрела на рану и чувствовала, как внутри поднимается что-то страшное. Злость. Отчаяние. И сила.