— Я тебе решила посоветовать поставить программу на музыку балета «Лебединое озеро», будешь изображать колдуна Родбара, — заявила Арина. — Пойдём в начало горки.

— Мне Зоя посоветовал кое-что, — смущённо сказал Женька. — Давай посмотрим как у нас получилось.

Женька остановился в начале площадки, где было начало уклона. Ноги на ширине плеч, руки с палками перекрещены перед собой, голова опущена вниз. Сложилось такое ощущение, как будто стоит фигурист в стартовой позе.

Потом очень плавно Женька сделал шаг правой ногой вперёд, раскинул палки в стороны, сразу же сделал пируэт на переднем колесе, потом покатил на одной ноге по направлению назад и влево, потом прыгнул полуторный прыжок, точно приземлился на правую ногу на ход вперёд, снова сделал несколько пируэтов и покатил дальше, к лавкам, на которых сидели девчонки.

Примерно на середине дистанции неожиданно сделал разворот по направлению назад, исполнил заднее сальто. Коснувшись руками земли, точно приземлился не ход назад и начал вращаться, стоя на зубце, раскинув руки с палками в стороны.

Потом, когда закончил программу, остановился и посмотрел на всех присутствующих.

— Ну и как?

— Прекрасно! Молодец! — в полном восторге закричали фигуристки. — Никогда такого не видели!

— Что скажешь? Где можно улучшить? — с улыбкой спросила Зоя, подойдя к Арине.

— Ты знаешь, улучшать совсем ничего не надо, — призналась Арина. — Вы всё сделали прекрасно. Сколько времени ушло?

— Мы ходили сюда, пока тебя не было, на протяжении двух недель, — рассмеялась Зоя. — Видишь, получилось хорошо, но музыку ещё не выбрали. Поэтому решили поговорить с тобой, чтобы ты внесла окончательные штрихи.

— Здесь, в сущности, менять нечего, — уверенно заявила Арина. — Я думала примерно так же. А музыка… Можно начать с классики, роль колдуна Ротбора в «Лебедином озере». Только надо будет сшить чёрную рубашку с серебристыми блёстками или, например, широкий кушак.

Потом к подружкам подъехал Некрасов и спросил у Арины, какого она мнения о том, как он только что откатал.

— Женька, я в полном восхищении, вы с Зоей прекрасно поработали, большие молодцы, — призналась Арина. — И с хореографией у тебя стало всё в порядке. Ты исполняешь элементы как настоящий фигурист.

Женька Некрасов довольно улыбнулся. Для него это была лучшая похвала… Но наиболее весомой эта похвала стала для Муравьёвой. Пока Арина была на соревнованиях, Зоя очень эффективно исполнила роль хореографа и постановщика программы для Некрасова. Помощь Арины оказалась практически не нужна…

Пока Женька Некрасов выписывал перед фигуристками петли и прыжки, и купался в лучах славы, за ним из окна на втором этаже главного корпуса наблюдал его тренер Григорий Петрович Малозёмов.

«Вот ерундой же занимается парень», — подумал Малозёмов. — «Вроде и талант есть, и всё открыто, прямая дорога на Олимпиаду в Калгари, но вместо того чтобы тренироваться, помешался на этом балете, который с большой долей вероятности не примут в олимпийские виды спорта. Убьёт напрасно самые лучшие молодые годы, когда можно собрать все титулы, потом будет сидеть на пустых щщах».

Когда Некрасов сказал месяц назад, что хочет заниматься новым перспективным видом спорта, лыжным балетом, Григорий Петрович был сильно недоволен, но недовольство скрыл. Идти на конфронтацию с новым перспективным учеником не стоило. А вот легонько подвинуть можно.

«Раз ему нравится крутить эти финтифлюшки, сказать, пусть лучше занимается фристайлом, по крайней мере, этот вид спорта в Калгари на показательных уже будет присутствовать», — подумал Григорий Петрович.

Пожалуй, так и стоило поступить… Да и в целом, самому плотно об этом подумать…

…В этот раз на Рабочий посёлок поехали вчетвером: Арина, Женька, Настя и Зойка. Сели в Икарус-гармошку, Некрасов расположился в самом хвосте автобуса рядом с Муравьёвой, Арина и Настя — рядом с ними. Похоже, Зоя решила съездить в гости к бойфренду.

— Ты ещё на удалёнку не перевёлся? — с интересом спросила Арина.

— Я ещё не перевёлся, — заявил Женька. — Приезжаю сюда после школы, к 13 часам. У нас же сейчас облегчённая летняя подготовка, соревнований нет. Сейчас пока ни к чему. С ноября перейду на удалёнку. Начнутся соревнования на этапах, тогда уже будет мне не до очной учёбы. Зато Настя уже на удалёнке.

— Мы сразу, когда с мамой к директору пришли, договорились о том, что я буду учиться дома! — вмешалась в разговор Анастасия. — Директор, Валентин Петрович, очень добрый человек, согласился сразу, сказал, что у него Людмила Хмельницкая учится так и показывает отличные результаты и в учёбе, и в спорте. Так что, Люда, благодаря тебе меня сразу отпустили на домашнее обучение.

Настя посмотрела на Арину и слегка улыбнулась.

— Что там в классе? Как Макс, Сашка? — поинтересовалась Арина. — Я как приехала сюда, даже времени не было ни сходить, ни позвонить, вся в делах, в беготне. Такое ощущение, как будто год не было.

— Всё у всех нормально! — заявил Женька. — После школы ходим гуляем, в гостях были у меня и у Сашки.

Арина была обеими руками за то, чтобы в их компанию влился новый парень. Да ещё и Муравьёву с собой подтянул. Вот и сейчас, похоже, Зоя поехала к Женьке в гости. Потом, наверное, проводит её до города.

Вышли на конечной остановке и разошлись кто куда: Некрасовы и Муравьёва отправились в сторону школы, где жил Женька, Арина пошла к себе домой.

Дома слегка перекусила и легла отдохнуть, а когда проснулась, уже вернулись родители с работы, и прошло довольно много времени, судя по красным лучам закатного солнца, бросающим отсветы на стены комнаты. Арина вдруг ощутила чувство неведомой печали и вспомнила картину, которую нарисовала Анька. А ведь совпадение картины с реальностью на 100 процентов!

Арина легко встала с кровати, вышла на середину комнаты, посмотрела в окно и увидела, как красный круг солнца садится за дальнюю перспективу. Сейчас она вся оказалась в лучах этого света, казалось, льющегося только на её тело. Появилось ощущение что находится в каком-то тоннеле, наполненном алым свечением, а вокруг него разлилась тьма. Медленно, словно так и надо, посреди комнаты встала в балетную позицию номер три, скрестила ноги, подняла руки в овал, следом поставила правую ногу в позицию фуэте, коснувшись пальцами левого колена. На стене чётко отобразился её искажённый силуэт.

«Откуда она что знает?» — подумала Арина. — «Этой соплюхе 12 лет, как она может поймать такие верные эмоции?»

Картина, или вернее, живая инсталляция, как сказали бы в 21 веке, со стороны смотрелась до крайности печальной и трогающей за сердце, хотя Арина сама участвовала в её создании. Посреди комнаты, озаряемый закатным лучом солнца, словно плывя в нём, стоит девушка в чёрных шортах и белой майке, силуэт которой отражается на стене. В углах притаились тени.

«Осталось только, чтобы лицо засветилось», — подумала Арина и приняла обычное положение. — «Почему мне так грустно?»

В этот момент стало слышно, как в прихожей зазвонил телефон. Мама подошла, взяла трубку, начала разговаривать, потом через какое-то время положила и постучала Арине в дверь спальни.

— Милая, ты всё ещё спишь?

— Нет, мама, уже не сплю! — уверенно сказала Арина, подошла и открыла дверь.

— Садись с нами поужинай, — предложила мама. — Я пельмени отварила.

Арина чтобы не обижать родителей, согласилась скушать с десяток аппетитных крупных пельменей.

— Сейчас бабушка звонила, — заявила Дарья Леонидовна. — Завтра приедут в гости, на половину дня.

— В гости? — с недоумением спросила Арина. — В смысле, бабушка Антонина приедет?

— Нет, приедут все втроём! — улыбнулась Дарья Леонидовна и посмотрела на мужа. — Удивительно, но решили приехать и твои родители, и моя мама. Мне кажется, солнце перестанет светить, если вместе в одну машину сядут.