— Костя, что ты с ней сделал? Я впервые вижу такое резкое преображение человека за столь короткий срок.

— Ничего особенного, просто использовал железные правила каждого целителя: лечить и оберегать, — с улыбкой ответил я, не желая выдавать свои секреты.

Разобравшись с новым пациентом, мы занялись плановыми операциями. С Тихомировой мы нашли способ как распределить обязанности и ходили на операции по очереди. Если Радимову требовался кто-то определённый, то на следующую операцию шёл другой. Начальство оценило наш уговор и старалось не особо вмешиваться, опасаясь нарушить сложившуюся атмосферу в коллективе.

— Костя, привет! — прозвучал знакомый женский голос, когда я вышел из процедурной. От неожиданности я невольно вздрогнул. В последнее время появилась какая-то странная тенденция: когда я прохожу по коридору, какая-то знакомая или не очень девушка пытается обратить моё внимание на себя. Как правило, дальше следует какое-то безумное предложение или просьба, поэтому мне совершенно не хотелось оборачиваться. Но разве я когда-то бежал от трудностей? Нет, я готов встретить лицом к лицу любой вызов, каким бы сложным или нелепым он ни был.

Обернувшись, я увидел Паршину. Алёнка заметно изменилась: красивое платье, роскошная причёска, новые золотые серьги с изумрудами. Вот только глаза совсем не светились счастьем. Верно говорят, что золотая клетка ещё никому не приносила счастья.

— Алёнка! Заскочила нас проведать? Рад, что нашла свободную минутку. Надеюсь, твой будущий муж не против?

— На самом деле, я к Радимову, — произнесла девушка, отведя взгляд в сторону. — Хочу попроситься обратно.

— Эх, где же ты раньше была! — выпалил я. — У нас совсем недавно свободное местечко было. Правда, Тарасов сразу сориентировался, и свою дочь пристроил. А ты с чего решила вернуться?

— А у меня разве есть выбор? — произнесла девушка, с трудом сдержав слёзы. — Великореченский обещал заплатить за меня отступные, чтобы мне не пришлось отрабатывать ещё три с половиной года, но не особо спешил. Думаю, он и не собирался этого делать. Всё-таки речь о большой сумме. А теперь, когда мы разбежались, никто не будет выплачивать компенсацию. У меня есть время до конца месяца, чтобы найти место, где продолжить работу, или в коллегии примут решение за меня. Уверена, все злачные места давно разобрали, и меня запихнут в какую-то глушь.

— Паршина! А ты тут какими судьбами? — поинтересовался вездесущий Радимов, проходивший в этот момент мимо нас по коридору.

— Я к вам, — ответила девушка. — Можно поговорить с глазу на глаз?

— Идём в кабинет.

У Радимова Алёна пробыла минут десять и вышла довольная.

— Нашлось что-нибудь? — побеспокоился я.

— Егор Алексеевич пообещал поговорить с главным целителем реабилитационного центра на Вещем острове. Возможно, для меня там найдётся местечко.

— А справишься?

— А есть выбор? — отозвалась девушка. — Сейчас я не в том положении, чтобы перебирать вариантами.

Алёнка попрощалась и убежала, а я ещё немного постоял в коридоре, провожая её взглядом. Паршина осталась в моей памяти тесно связана с тем беззаботным периодом работы в отделении, когда я только пришёл на новое место и делал первые шаги. Ещё не было Бричкина, Тихомировой и кучи других испытаний. Тогда всё было в диковинку и по-своему тяжело, но сейчас это время вспоминается с улыбкой.

— Я же говорила, что этим всё и кончится, — проворчала Михайловна. — Разве когда-то было иначе? Эх, Алёнка! Поигрался аристократ с очередной игрушкой, и бросил, как только надоела.

— Михайловна, а я не понял. Разве можно откупиться от обязательной отработки? — удивился я.

— Заплатить-то можно, но где столько денег взять? Это ж не за один год, а за все четыре платить нужно. Всё до копеечки отдать, что на тебя государство потратило. Выходит больше миллиона, да и то нужно специальное разрешение медицинской коллегии, чтобы от распределения отказаться.

Да, дорого. Я бы не стал отказываться от такого варианта, но знать об этом следовало. Думаю, возможность особо не афишируют, иначе могло бы найтись много желающих, что подорвало бы все планы по распределению. Да и особое разрешение от коллегии ещё получить нужно. Какой-нибудь Великореченский мог бы добиться, хотя бы в теории, а вот мне бы быстро указали на дверь.

Закончив с работой, я пришёл домой настолько уставший, что сразу после ужина рухнул спать и провалялся в кровати до утра. Вот только рано утром меня разбудил звонок в дверь. Выбравшись из-под одеяла, я пошёл открывать.

— Костя, у тебя всё в порядке? — послышался за дверью взволнованный голос Леры. Я резко распахнул дверь и увидел на пороге Ильменскую.

— Когда ты приехала? — удивился я.

— Сегодня утром.

— А почему не предупредила? Я бы встретил.

— Сначала я хотела сделать тебе сюрприз, но потом, когда оценила размеры своего чемодана, решила всё-таки попросить, чтобы ты меня встретил. Вот только ты не отвечал на звонки.

— Прости, похоже, телефон выключился, — извинился я.

— Ничего страшного, — отмахнулась девушка и переступила через порог, а её руки обвились вокруг моей шеи. — Зато сюрприз удался. Ты бы видел своё выражение лица.

— Просто не ожидал увидеть тебя раньше конца февраля, у тебя ведь ещё неделя отпуска осталась.

— Я безумно соскучилась! — призналась девушка. — А ещё, невероятно замёрзла. Надеюсь, ты меня согреешь?

Я закрыл дверь за девушкой, и мы переместились из коридора в спальню. Горячие поцелуи и объятия могут согреть кого угодно, даже мне стало жарко.

— Костя, я готова, — неожиданно произнесла девушка.

— Уверена? Буквально пару недель назад ты говорила обратное.

— А теперь готова.

— С чего такие резкие изменения? — насторожился я.

— Долго рассказывать, — замотала головой девушка, а её длинные волосы рассыпались по плечам.

— Ты уж постарайся.

— Костя, я просто хочу быть с тобой. Остальное не имеет значения.

Лера сама начала раздеваться, а я решил ей помочь, но сегодня день был полон сюрпризов, потому как в дверь снова позвонили.

— Ты кого-то ждал? — поинтересовалась девушка.

— Даже не знаю кто бы это мог быть. Не буду открывать, — отмахнулся я, но через пару секунд звонок повторился, и был уже более настойчивым. — Ладно, я сейчас.

Пришлось быстренько одеться и подойти к двери, потому как звонок уже разрывался.

— Кто? — поинтересовался я, выглядывал в глазок.

— Сюрприз! — закричали отец с матерью, которых я совершенно не ожидал увидеть.

— Когда вы приехали? — удивился я.

— Да только с поезда. Страшно устали в этой качке — слов нет. Надеюсь, ты не выбросил ещё то кресло?

Я пытался задержать родителей на пороге, но отец бесцеремонно протолкнулся в коридор и принялся разуваться.

— Хоть одно удовольствие от этого бионического протеза — обувь не жмёт, — проворчал он.

— Костя, что-то случилось? Ты выглядишь взволнованным, — вмиг заметила мать.

— Да просто не ожидал, что вы приедете. Вы ведь даже не позвонили.

— Это всё мать придумала, — махнул рукой отец. — Говорит, давай сюрприз сыну сделаем. Он ведь скучает. А ты нам разве не рад?

В этот момент из спальни, которая одновременно была и гостиной, вышла Лера. К счастью, девушка уже успела переодеться, но всё равно выглядела взъерошенной.

— Доброе утро, — произнесла она с виноватой улыбкой, а на щеках девушки заиграл румянец.

— Знакомьтесь, это Лера, — произнёс я, пытаясь взять инициативу в свои руки. — А это мои родители — Юрий Михайлович и Светлана Ивановна.

— О! Так вот почему сынуля мнётся, — захохотал отец. — Что же, Лерочка, в прошлый раз мы не смогли познакомиться. Видимо, нужно было использовать эффект неожиданности, чтобы увидеться, а то Костя старательно тебя от нас прячет.

— И ничего я не прячу. Просто в прошлый раз было очень много дел, — пришёл я на выручку девушке.