В голове вспыхнули огоньки, а голова заболела. Такого болезненного Анализа у меня давно не было — словно в каждую клеточку мозга вонзили иголку.

[Анализ объекта: Недостаточный уровень

Примечание: При переходе Дара на следующий этап развития уровень навыка [Анализ] повысится, что позволит провести полное исследование данного объекта.]

Я уставился на семя.

Недостаточный уровень! Впервые система отказала мне не из-за состояния объекта, а из-за моих собственных ограничений.

Похоже… это что-то действительно уникальное.

Я убрал семя в отдельный мешочек, завернув в мягкую ткань, там же лежала и кора Древа Живы. Что бы это ни было, оно подождёт. Но сохранить его нужно любой ценой.

Торговля завершилась. Мурлыки получили свой сок и разбрелись по норам, попискивая от удовольствия.

Мы покинули Лог.

И честно говоря, у меня было ощущение, будто я хорошенько так отдохнул, да и Грэм довольно улыбался. А ведь мы оба просто поболтали ногами в источнике с остатками водной живы.

Дальше пришла очередь посадки проросших семян мутировавших душильников. Я решил, что мысль высадить часть семян именно вокруг Хрустального Лога, по небольшому периметру, выглядит интересно. Сюда я точно буду часто ходить, а значит и буду иметь возможность их постоянно подпитывать и следить за их ростом.

— Мне нужно немного времени, — сказал я Грэму.

— Что?

— Душильники, — сказал я и поставил корзину на землю, после чего взял пророщенные семена в небольшом ящичке с перегородками. Семенам, которые уже пустили ростки, пришлось тесновато, но это была временная мера. — Хочу их рассадить на небольшом расстоянии вокруг Хрустального Лога. Пусть растут, набираются сил — на будущее. А потом в нужный момент… ну ты понял.

Грэм хмыкнул, но возражать не стал.

— Ну давай.

Виа пошла вместе со мной, как и Седой, запрыгнувший на плечо. Грэм остался стоять с корзинами у выхода из Лога, ну а я двинулся вдоль края оврага, взглядом выискивая подходящие места. Вокруг Хрустального Лога росли густые заросли кустарника и молодые деревца — идеальные условия для того, что я задумал.

Первый душильник отправился в густые заросли папоротника, метрах в тридцати от спуска. Я аккуратно выкопал ямку, опустил туда крошечное растение с уже шевелящимися щупальцами и присыпал землей. Затем прикоснулся к нему Даром и дал живы. К сожалению, создавать с ними связь я сейчас не мог, хотя хотелось бы. На таком дальнем расстоянии я еще никогда не взаимодействовал со своими симбионтами. Дома буду проводить эксперименты по расширению их «количества».

Мне кажется, что если позволить этому процессу идти самостоятельно, то прогресс будет слишком медленным, а мне нужно форсировать его. Как с деревьями и Поглощением — пока не попробуешь прыгнуть выше собственного предела, резкого роста не будет.

Еще одного душильника я посадил в зарослях папоротника, от которого, думаю, скоро ничего не останется — этот маленький росточек высосет всё вокруг досуха, и примется дальше пожирать всё на своем пути.

Всех высаживал на достаточно приличном расстоянии друг от друга, — шагов пятьдесят, — чтобы они не вступили в конфликт и не сожрали друг друга. Семь душильников я рассадил довольно быстро и вернулся к Грэму.

Если всё пойдет хорошо, то через пару недель вокруг Хрустального Лога образуется невидимая зона моего контроля. Мои маленькие стражи будут расти, питаться и ждать. А когда понадобится — я смогу их подчинить и уже тогда буду знать о любых опасностях.

— Закончил? — спросил Грэм, когда я вернулся.

— Пока да. По дороге ещё парочку посажу — не все ж в одном месте…

Мы двинулись дальше, и я вдруг вспомнил о воде в бурдюках.

— Дед, скажи, а эта вода из источника… она же явно особенная. Она и в варке должна помогать, усиливая отвары?

Он-то не знал, что я уже проанализировал ее.

— Я думал ты и так знаешь это, раз набираешь три бурдюка.

— Я веду не к тому, — перевел я тему, — Если она эффективнее, то почему алхимики не набирают отсюда воду, ведь место всё еще содержит следы водной живы?

— А зачем? — пожал плечами Грэм, — У гильдии есть свои водники, которые с удовольствием за плату «зарядят» воду для нужд алхимиков. К чему переться аж сюда, тратя два часа времени, а потом обратно, чтобы принести, в лучшем случае, с десяток бурдюков? Оно не стоит таких усилий.

— Но ведь всё равно вода, измененная Одаренными, будет хуже чем в этом источнике.

— Незначительно, — отмахнулся Грэм, — Вот если бы источник был раза в три сильнее, тогда да — этому месту цены бы не было. Но источник иссяк, и давно.

Я кивнул, а сам задумался. Это ж какая должна быть вода у активно действующего источника, богато насыщенного водной живой? Насколько мощным от нее должен быть эффект и какие свойства?..

Впрочем, раз Грэм о таких местах не рассказывал, скорее всего, их просто в Кромке не было.

— Да Элиас, — заметив, что я задумался, добавил Грэм, — Водники сидят в поселке и работают на гильдию: удобно, безопасно и стабильно. Не будь у тебя такого Дара, ты бы тоже туда пошел и горя не знал: опасностей минимум, просто сиди вари, учись и получай деньги. Хорошая жизнь…

Грэм вздохнул.

— Правда, дико скучная.

Я кивнул, соглашаясь. Сидеть в четырех стенах над котелком действительно скучно, просто я это совмещаю с походами в лес, а вот другие алхимики — нет. Скорее всего старик прав, и для массового производства отваров разница между этой водой и той, которую обработали водники незначительная, а может и вообще незаметная. А возможно, у гильдии есть какой-то свой Источник в другом месте, который они контролируют и поставляют из него своим лучшим алхимикам воду для сложных отваров. Правда, я не знаю сколько сохраняет вода из источника «заряженность» — может всего день-другой, — и тогда это значит, что ее необходимо использовать сразу, не затягивая.

Я шел, думая об этом всем, и параллельно еще в нескольких местах сажая оставшиеся ростки душильника. После этого продолжил Поглощать живу, потому что сегодня у Виа была возможность реализовать еще два процента эволюции, а это десять единиц живы, которые я должен ей отдать. Нужное количество энергии я насобирал чуть больше, чем за полчаса и сразу всё ей передал, нечего терять время. Она сразу же отправилась на охоту по окрестностям.

Сейчас мы держали путь к той самой поляне мертвых деревьев, где я выследил смолячка. Дорогу и я и Грэм уже знали, поэтому не заплутали.

Поляна мертвых деревьев встретила нас знакомым запахом смолы и тлена. Черные стволы лежали поваленными на земле, и я уже отсюда видел поблескивающие капли живицы. Хорошо, что ничего не изменилось, и деревья по прежнему выделяли ее.

— Нам нужно много, — сказал я, доставая из корзины широкие листья, которые мы нарвали по дороге. — И для мази, и для остального.

— Хорошо-хорошо, — ответил Грэм и достал нож.

Мы разделились: я собирал живицу с одной стороны поляны, а Грэм — с другой. Работа была монотонной, но несложной: в некоторых местах ее можно было брать целыми мягкими кусками, которые тут же прилипали к листу. Перчатки из кожи саламандры я снял — не хотел портить, потом еще отдирать прилипшую смолу.

Попутно подбирал уже отвалившиеся куски мертвой древесины, пропитанной смолой — пеплогрибы растут медленно и им явно нужно больше питательных веществ. Мне хотелось посмотреть, изменятся ли их свойства, если выращивать на древесине, которая простояла здесь так долго и была насыщена живицей?

Листья заполнялись один за другим и, плотно обматывая ими живицу, я возвращался и складывал ее в корзину. Тоже самое делал и Грэм. Я уже хотел ему сказать что хватит, но вдруг застыл.

На стволе ближайшего ко мне мертвого дерева что-то двигалось — что-то маленькое, медленное и… красивое.

Я подошёл ближе и открыл рот от удивления. По форме это была гусеница, но не обычная — ее тело было полупрозрачным, словно сделанным из мутного стекла и сквозь него отчетливо виднелись золотистые прожилки, пульсирующие в такт биения ее сердца. Она медленно ползла по коре, и из крошечных пор на её боках выделялась… смола — живая, тягучая, мягко светящаяся субстанция, которая стекала по стволу и застывала идеально чистыми каплями. И эти капли заметно отличались от обычной живицы и цветом, и своим внутренним сиянием.