Самое время было запаниковать, потому как я понимала, что удар этот должен быть смертельным, но… Но я не успела, ибо перед глазами всё поплыло, завертелось, закружилось и в следующий миг я обнаружила себя на том же кладбище.

Но был нюанс…

Хватая воздух ртом, я завертела головой, пытаясь понять, что со мной произошло и куда делись мои подруги. Но их просто не было, зато вокруг меня валялись тела каких-то других ведьм, судя по их нарядам, весьма натуральных. А — ещё мёртвых, и от одной мысли об этом меня бросило в дрожь.

— Мама! — вскочила я на ноги, ощутив в своём теле некоторую разбалансировку.

Да что это со мной такое? Надо было поскорее выбираться отсюда! Найти Нику и Дану, и, возможно, вызвать полицию…

Взглянув на свои руки, я с ужасом поняла, что они вовсе не мои. Да и ноги, и наряд, и всё остальное… Божечки! Меня успокоил только тот факт, что грудь, которую я узрела визуально и даже на всякий пожмякала обеими руками, хоть мне и не принадлежала, но выглядела куда более привлекательнее моей. Оставалось только надеяться, что и лицо не покачает, если оно тоже вдруг изменилось.

Но напомнила себе, что проблемы сейчас есть и поважнее.

Итак, я стояла одна посреди кладбища, ночью, разбавленной светом свечей и каких-то магических огней, и, кажется, была здесь единственно живым человеком. Однако, кладбище тоже визуально изменилось, хоть и напоминало мне отдалённо то, на котором мы с подругами отчаянно искали проблем на свои пятые точки. И, надо же, мне это удалось! Я их нашла, хотя меньше прочих искала. Только до сих пор отчего-то не понимала, как меня сюда занесло…

Ритуал! Точно!

Догадка пришла сама собой. Мы же проводили что-то такое, не особо хорошее, на кладбище, думая, что это игра, часть праздника и прочее, прочее, прочее… Если я когда-нибудь ещё увижу Веронику, то обязательно поинтересуюсь у неё, где она начиталась таких заклинаний, которые способны были переместить человека, то есть меня, в иное тело! А в этом я уже ни капли не сомневалась, страдая душевно и всё же краем глаза изучая свою новую фигуру, которая, к слову сказать, мне уже нравилась.

Значит, я стала попаданкой! Уиии! Захотелось заверещать от восторга, но из-за уважения к усопшим, лежащим в земле и пока ещё над ней, я сдержалась. Да! В своё время я зачитывалась книгами про попаданок, но не верила до конца, что такое возможно. Завидовала девушкам, оказывающимся в других мирах, ведь они все в конце концов находили там свою любовь, а потом жили долго и счастливо. Значит, и мне, наконец, повезло?!

Насколько мне «повезло» на самом деле, я смогла убедиться уже в следующую секунду. Первая пуля просвистела возле моего виска, вторая попала в огромную широкополую шляпу, венчавшую мою бедовую светлую головушку.

Я, честно, впала в ступор, из которого меня вывела следующая фраза:

— Держите ведьму!

И вот тогда… Тогда я понеслась, что было сил, перепрыгивая через могилы, как молодая лошадь на ипподроме, лишь каким-то нереальным везением минуя серебряных пуль и стрел, метящих прямиком в мою сторону.

«Да разве можно с подобной красотой так безалаберно поступать?!» — билась в голове одна единственная мысль.

Но те мужланы, что гнались за мной с криками и улюлюканьем, с каждой секундой доказывали мне: можно!

Собственно, вы знаете, что было дальше: погоня, верёвка, костёр…

Ах, и он — мой герой, что пришёл на помощь беззащитной девушке, которую мало того, что безосновательно обвинили в колдовстве, так ещё и пытались сжечь совсем не понарошку!

Но я отвлеклась. Мужчина был не то, чтобы красавчик, скорее наоборот. Но в нём была та самая изюминка, что делала мужчин привлекательными — суровый вид, лёгкая небритость, некоторая неряшливость грубой одежды. Надо сказать, одет он был, как и все местные, до того мной встреченные — льняная рубаха, кожаный жилет, широкие штаны с кучей сюрпризов. Под сюрпризами я, конечно, подразумевала не то, что вы подумали, а всякие там штучки типа ножей, пистолетов, другого оружия. В общем, все те игрушки, которыми так любили играть взрослые мальчики, всё никак не сумевшие отвыкнуть сражаться в войнушку.

На меня он, правда, смотрел с каким-то презрением, но тогда я не сильно волновалась за это. Главное, чтобы спас, а там…

Собственно, мой герой этим и занялся в следующие несколько минут. Ловко подскочив ко мне, он одним махом сбил огонь с начавшей тлеть соломы, а после, повернувшись ко мне спиной и выхватив короткую саблю, принялся отбиваться от подоспевших бандитов — тех самых, что пытались меня убить.

— Это наша добыча! — кричали они, сверкая глазами. — Одумайся, Маркус! Ведьму нужно сжечь!

Но тот, не отвечая им, отбивался отчаянно, а вскоре и вовсе перешёл в наступление. Двое его противников уже лежали на земле, а оставшийся третий, струхнув, медленно попятился назад, а после, сорвавшись с места, и вовсе сиганул отсюда с такой скоростью, что любой бы метеор позавидовал.

— Да! Так их! Бей их! — поддерживала я, как могла, своего рыцаря, который в пылу боя даже внимания на меня не обращал.

А после, когда последний из них дал дёру, быстрым шагом направился ко мне и, уставившись, словно на репейник в палисаднике роз, произнёс хриплым неприязненным голосом:

— Только попробуй что-нибудь отжечь, Роксолана! Я шкуру с тебя спущу прежде, чем ты успеешь повторить свой гадкий финт!

Вот тебе и романтика!

— Вы… эээ… с кем-то меня перепутали, наверное! — попыталась отшутится я, силясь улыбнуться.

Но коварная кривая усмешка, блеснувшая в ответ, обдала меня холодом и обидой:

— Перепутал? Ишь какая… Тебе меня не провести, ведьма! — зло бросил он, и, отвязав меня от столба, но не освободив от верёвок, что скручивали мои руки и ноги, перекинул мою тушку поперёк лошади и, запрыгнув следом, был таков, унося меня неведомо куда и неведомо зачем…

В ту ночь я поняла, что жизнь — штука загадочная. Вот живёшь себе на белом свете лет девятнадцать, исправно ходишь на пары в институте, мечтаешь о любви большой и чистой, а тут бац и…

Вот вроде бы все об этом мечтают — о сказочной жизни, принце на белом коне и исполнении всех желаний. Однако заключая сделку со Вселенной, пусть и мысленную, ещё ни одна девушка не поставила галочку рядом с пунктиком «Вернуть всё обратно в случае того, если реальность не оправдает ожидания». И ведь не от глупости, нет! Просто мы искренне верим, что там, в другом измерении, не может быть хуже, чем здесь, в родном мире. Доверчивые, глупые дурочки, возомнившие себя какими-то избранными, особенными.

И одна такая «особенная» сейчас тряслась на крупе лошади, едва справляясь с тем, чтобы не вытряхнуть всё содержимое желудка на дорогу. Но на судьбу жаловаться было поздно, сейчас важнее было придумать, как всё исправить, сбежать от этого небритого «принца» на вороном коне и по возможности вернуться в свой дом, своё тело и свою кроватку.

Однако бесконечная тряска мешала здраво думать, и я, не выдержав, крикнула своему «спасителю» или, правильнее было сказать, похитителю:

— Эй! Долго ещё?! Меня уже тошнит от этой «сказочной прогулки» на свежем воздухе!

Тот не ответил, лишь искоса взглянув на меня и после на дорогу, что оставалась позади — видимо, опасался погони. Он вообще не был разговорчив, как я уже поняла, а если и открывал свой рот, то лишь за тем, чтобы в очередной раз обвинить меня в колдовстве.

Но вскоре моим мучениям пришёл конец. Вернее, временным мучениям, связанным с сумасшедшей скачкой. Конь подо мной затормозил, остановленный хозяином, и я вновь оказалась на земле, связанная и беззащитная, страдающая морской болезнью и страшным головокружением.

Я осмотрелась по сторонам: слева лес, справа тоже лес. Ну и спереди, и сзади, соответственно, тоже.

Маркус — так, кажется, звали этого грубияна, придирчиво осмотрел меня с ног до головы, проверил верёвки на запястьях и только после этого немного расслабился.