— Если нам повезёт, к полудню мы будем во дворце, — для чего-то сообщил мне Маркус, вероятно, ожидая какой-то реакции.

Но я, похоже, немного выгорела морально, а потому лишь молча выслушала его, так и не удостоив комментарием. Только не подумайте, что я сдалась! Напротив, сейчас я хотела жить, как никогда! И поняв, что какие-никакие магические силёнки у меня имеются, я была готова ко встрече с Анцыбусом, доставившим мне столько проблем. Вернее, уготованы они были Верховной Ведьме Роксолане, но так как в её бренном и весьма эффектном теле оказалась я, то проблема касалась и меня тоже. Даже, в первую очередь.

А вот мой спутник заметно загрустил. О чём была его скорбь, одному Богу было известно, мне же оставалось лишь догадываться. И из всех предположений, сгенерированных в моей хорошенькой головке, лидировало одно единственное: Маркус привык ко мне настолько, что не желал расставаться.

Едва я это поняла, то вновь взглянула на мужчину украдкой. Однако он поймал мой взгляд и посильнее пришпорил лошадь, добавив нам скорости. Видать, на его внутренних весах боролись между собой два желания: заполучить миллион золотых из казны Его Величества и возобновить отношения с бывшей любовницей, которой сейчас, по сути, являлась ваша покорная слуга…

В голове моей зашевелилась давняя, хорошо запрятанная, память Роксоланы. А по телу пробежали тысячи мурашек, говоривших мне о том, что и она не против повторить пару счастливых моментов из прошлой жизни. То есть, теперь это была я. Хотя я тоже была не против несмотря на то, что у меня с Маркусом ничего на самом деле ещё не было.

Так или иначе, чем мы были ближе к столице сего государства, названия которого я почему-то никак не могла вспомнить, сколько не ковырялась в голове Роксоланы, мой охотник на ведьм грустнел всё больше и больше. А едва мы оказались перед огромными воротами, ведущими в обитель столицы, он сделался совсем мрачным и каким-то нелюдимым. И едва его взгляд касался меня, он тут же делал вид, что произошло это случайно, и спешно отворачивал голову. Попасть в столицу было не так уж и просто, перед «пропускным пунктом» стояла целая толпа самой разношёрстной публики, уставшая и ждавшая своей очереди.

Однако охрана пропустила нас без проблем, стоило только Маркусу назвать своё имя и положить на ладонь одного из стражников увесистый мешочек, о содержимом которого мне оставалось только догадываться. Зато нам не пришлось стоять в очереди и доказывать этим молодцам, что мы не верблюды. Конечно, я могла бы попробовать превратить всю эту толпу в каких-нибудь кроликов, но настроение было паршивым и внутренний голос удерживал меня от того, чтобы сделать это.

И вот мы оказались по ту сторону врат, открывших нам всю свою красоту.

К слову сказать, столица оправдывала своё название, ведь мы были сейчас только у самого её края, но уже было понятно, что край этот богат и роскошен, насколько это было возможно. Жилых домов здесь почти не было, тротуары были просторны, по их краям росли деревья, украшенные в честь Хэллоуина — кажется, ведьм здесь любили так же, как и боялись. Роскошные тыквы с весёлыми рожицами украшали приступки дверей в различные публичные заведения — мастерские, ателье, трактиры и таверны, что стояли здесь стройными рядами и были выполнены в одном стиле, дабы не нарушать красоту и порядок, царивший здесь повсюду.

Из ближайшей булочной так приятно пахло свежими ватрушками, что мой живот заурчал, но Маркус, посильнее сжав мою руку, провёл меня мимо.

— Я есть хочу! — возмутилась я. — Давай зайдём!

Но тот лишь тряхнул головой и провёл меня мимо.

— Хочешь уморить меня голодом?! — вновь начала упираться я.

— Нужно торопиться… — хмуро ответил он, совершенно не глядя в мою сторону. — Король ждёт…

— А, значит так не терпится избавиться от меня?! — решила я вновь показать характер. — Или настолько хочется получить своё золото…

Он резко остановился, и мне пришлось тоже притормозить.

— Ты можешь просто помолчать?!

— Благодаря тебе скоро я замолчу навечно! — ловко парировала я. — Королю нужна моя голова, ведь так? Но, если он меня казнит, как я смогу насладиться вкусом любимой пищи?! И всё это благодаря тебе! Или ты просто жалеешь лишний золотой, чтобы хотя бы напоследок накормить ту, что привёл на верную смерть!

— Хватит! — рявкнул он, не выдержав. — Я вовсе не обязан кормить тебя и не обязан выслушивать весь этот бред!

И уже через пару минут мы сидели в ближайшей таверне, наслаждаясь вкуснейшими в мире ватрушками.

— А вот теперь можно и во дворец! — произнесла я, откидываясь на стул и довольно потирая наконец-то насытившийся животик.

Маркус, всё такой же мрачный, но теперь тоже сытенький, посмотрел на меня пристальным взглядом.

— Такое ощущение, что ты сама жаждешь поскорее отдаться в лапы Анцыбусу!

Мне показалось, или он сейчас ревновал? Да ещё к самому Его Величеству! С чего бы это? Ведь всё это время Маркус целенаправленно вёз меня в его захапистые ручонки.

— Конечно, я не хочу лишиться своей хорошенькой головки в столь юном возрасте, — я кокетливо поправила светлые пряди, что, как ни странно, даже после всех моих злоключений умудрялись держать форму. — Но, как говорил мой тренер по коучингу, голова нужна для того, чтобы ей думать. И если вдруг я не придумаю ничего, чтобы сохранить её на своей шее, то зачем она мне нужна?

Маркус впал в ступор, услышав столько незнакомых для него слов, а я коварно улыбнулась, в очередной раз вогнав его в неловкую ситуацию.

— Роксолана, я… — начал он было, но я остановила его.

— Только вот не нужно оправдываться! — мой голос прозвучал намного резче, чем я планировала, и всё же попал в самую точку. — Ты с самого начала хотел это сделать: продать меня за миллион золотых! Так что теперь? Совесть взыграла?

Я искренне ждала ответа, но так и не дождалась его. Вместо этого Маркус поднялся, взял со стола свою шляпу и протянул мне руку.

— Нам пора.

Я нехотя приняла его ладонь, ведь со стороны мы всё ещё изображали влюблённую пару. И только пара амулетов, неподвластных мне и очень даже послушных Маркусу, не позволяли использовать магию Роксоланы в полном объёме. Он же пользовался ими в своих меркантильных целях, заставляя меня быть кроткой и покорной. И я уже немало раздумывалась над тем, как мне от них поскорее избавиться.

Охотник хотел молчать и дальше, но я не собиралась доставлять ему подобное удовольствие, а потому начала открыто взывать к его совести.

— Неужели ты просто так отдашь меня на растерзание этому старому свину?! — начала я громко, пока он подводил меня к нанятой на ходу карете. Должно быть, Маркус хотел сделать всё чин по чину, а тут я так некстати начала привлекать к себе внимание.

— А что ты мне предлагаешь, Роксолана?! — неожиданно сорвался он. — Признаюсь, прошлое порой не даёт мне покоя. И да, я помню каждый день, проведённый с тобой, но… Я же знаю, что ты всё равно обманешь меня! Обведёшь вокруг пальца, как делала всегда! Ты — ведьма, я — охотник! Мы обречены. Рано или поздно один из нас падёт, а второй… Чёрт, зачем я тебе только всё это говорю?!

— Подожди-подожди, — я вновь перетянула инициативу на свою сторону. — И ты решил, чтобы первой всё-таки стала я?! Как низко!

Он не ответил, открыв дверь в экипаж и затолкав меня туда чуть ли не силой. Мне сделалось обидно — ведь это не я предала или обманула его тогда. Может быть, это тело, в котором я сейчас находилась, но не моя душа! Честно говоря, что при других обстоятельствах я бы замутила с этим хмурым, неприветливым охотником. Было в нём что-то такое дикое, первобытное, а потому привлекательное для любой девушки. Но сейчас он вёл себя просто по-скотски, и всё, чего мне хотелось, это отвесить ему знатную оплеуху!

Забравшись следом, он сделал грозное лицо и показал мне знак молчать, но это только подлило масла в огонь. Я надулась, а затем вновь разразилась гневной тирадой.