Его слова немного успокоили. Мир, казалось, снова обрел черты привычной, скучной реальности. Обычная работа, просто с необычной спецификой. Я сделал глоток чая, который он мне молча налил. Все тот же невероятный Да Хун Пао.

И в этот момент дверь в его берлогу снова распахнулась. На этот раз без стука. Она просто влетела внутрь, ударившись о стену.

На пороге стоял… Гена.

Он был растрепан, его глаза дико блестели, а на груди была футболка с логотипом Led Zeppelin, хотя я точно помнил, что на моем собеседнике была футболка с драконом.

— Твою ж мать! — закричал второй Гена, не обращая на меня никакого внимания. — Опять! Опять рассинхрон на подотчетном блоке Дельта-9! Резонансный каскад сейчас всю сеть положит! Я не могу стабилизировать поток!

Он сделал шаг внутрь, и только тут его безумный взгляд наткнулся на меня, сидящего с пиалой в руках. Он замер. Его глаза расширились от шока и… чего-то еще. Паники?

— Какого? — прошептал он.

И тут произошло самое невероятное. Он не исчез во вспышке света. Он не растворился. Его фигура… замерцала, как помехи на старом телевизоре. Она пошла рябью, на мгновение распалась на тысячи светящихся пикселей, словно плохой видеосигнал, и просто… пропала. В воздухе остался лишь легкий запах озона.

Я сидел с открытым ртом. Пиала выпала из моих рук и с глухим стуком упала на мягкую подушку, к счастью, не разбившись. Мой мозг отказывался обрабатывать то, что только что увидели глаза.

— Черт! Проклятье! — выругался «мой» Гена. Он вскочил, и на его лице было не удивление, а крайняя степень досады. Словно у него в очередной раз завис компьютер в самый ответственный момент. — Опять буфер синхронизации переполнился!

Он подскочил ко мне, схватил меня за локоть и буквально потащил к выходу. Его хватка была на удивление сильной.

— Леш, извини, но тебе пора. Срочно, — тараторил он, выталкивая меня в коридор. — Это… это очень, очень неподходящий момент. Просто… технический сбой. Временной парадокс. Я потом все объясню. Может быть. Если будет что объяснять. Сейчас мне не до тебя, совсем не до тебя!

Он выставил меня за дверь, и я услышал, как изнутри щелкнул тяжелый засов. Я остался один в тихом, тускло освещенном коридоре. В ушах звенело. В носу все еще стоял запах озона и того волшебного чая.

«Временной парадокс». «Технический сбой». Мой разум отчаянно цеплялся за эти слова, пытаясь найти хоть какое-то рациональное объяснение тому, что я только что видел. Но я понимал, что это самообман. Я видел это. Я видел второго Гену в другой футболке. Я видел, как он исчез. И я понимал, что этот «дремучий лес», в который я так рвался, оказался гораздо глубже, темнее и безумнее, чем я мог себе вообразить. И я уже стоял на самой его границе, и дороги назад, кажется, больше не было.

Я вернулся за свой стол, но мир уже не был прежним.

Ощущение было такое, будто я всю жизнь смотрел на черно-белую фотографию, и только что кто-то показал мне цветной оригинал — тот же самый пейзаж, но бесконечно более глубокий, сложный и полный оттенков, о существовании которых я даже не подозревал. Инцидент со вторым Геной, который исчез, замерцав, как плохой видеосигнал, стер последнюю грань между «странной наукой» и чем-то совершенно иным.

Я открыл на своем «модифицированном» компьютере доступ к архиву «Странник». То, что я увидел, было именно тем, о чем предупреждал Орлов — хаосом. Это не имело ничего общего со структурированными, хотя и странными, данными из «Зоны-7М». Там была математика, пусть и запредельная. Здесь была жизнь. Грязная, путаная, иррациональная.

Передо мной был ворох файлов. Сканы полицейских рапортов с корявыми пометками на полях. Аудиозаписи звонков в службу спасения, где взволнованные голоса пытались описать то, для чего у них не было слов. Логи городских систем видеонаблюдения, в которых целые куски данных просто отсутствовали, помеченные как «сбой оборудования». Были даже вырезки из районных интернет-форумов и посты из социальных сетей, где люди делились историями о «странном гуле», «мигающих огнях в небе» или внезапных приступах паники, охвативших целый квартал.

Первый день, понедельник, я провел, пытаясь просто навести в этом хаосе хоть какой-то порядок. Я чувствовал себя цифровым археологом, просеивающим тонны информационного мусора в поисках крупиц смысла. Я создал систему тегов, пытаясь классифицировать инциденты. EM_FAILURE — для случаев массового отказа электроники, от мобильных телефонов до светофоров. GRAV_ANOMALY — для тех редких, но невероятных случаев, о которых очевидцы говорили шепотом: падающие с полок книги, взлетевшие на пару секунд над асфальтом крышки люков. ACOUSTIC_PHENOM — странные звуки, низкочастотный гул, который не фиксировался стандартными микрофонами, но сводил с ума собак. NEURO_IMPACT — самые частые и самые размытые случаи: необъяснимая тревога, дезориентация, внезапное чувство, что за тобой наблюдают.

Я развернул на одном из мониторов подробную карту Санкт-Петербурга и начал наносить инциденты. Каждый тип — своим цветом. К вечеру понедельника карта напоминала полотно абстракциониста, хаотично забрызганное краской. Никакой системы. Никакой логики. Всплеск гравитационной аномалии на Петроградке никак не коррелировал с массовым отключением света в Веселом Посёлке, случившимся неделей позже.

Я засиделся допоздна, уехав домой на такси, когда город уже почти спал. Поездка была до смешного обыденной. Водитель ворчал на дорожные работы, по радио играла надоевшая попса. И этот контраст между мирной, сонной реальностью за окном и тем безумием, которое я видел в своих файлах, был оглушающим. Я ехал домой, а в голове крутился образ второго Гены, его растерянное лицо и футболка с логотипом Led Zeppelin.

Вторник я посвятил поиску внешних корреляций.

Я перебрал все, что только мог придумать. Погода? Нет, инциденты случались и в ясные дни, и в проливной дождь. Время суток? Тоже нет, никакой видимой закономерности. Солнечная активность? Фазы Луны, которые так хорошо сработали в прошлый раз? Полный провал. Данные были абсолютно случайными по отношению к любым глобальным факторам. Я чувствовал, как меня засасывает в болото. Я снова и снова перебирал отчеты, вчитывался в показания очевидцев, пытаясь уловить хоть какую-то деталь, хоть что-то общее. «Ощущение холода», «запах озона», «тихий шепот, похожий на статический шум» — эти фразы повторялись в разных отчетах, но тоже без видимой системы.

Работа кипела. Стол был завален распечатками и исчерканными блокнотами. Термос от Людмилы Аркадьевны давно опустел. Коллеги ушли, бросая на меня сочувственные взгляды. Я снова ехал домой на такси, проваливаясь в дрему на заднем сиденье, и мне снились карты города, на которых хаотично вспыхивали и гасли разноцветные точки.

Прозрение пришло в среду, ближе к полудню. Я сидел, тупо уставившись на карту, и меня осенило. А что, если я ищу не там? Что, если инциденты не связаны с какими-то внешними причинами, а связаны… друг с другом? Что, если это не отдельные, разрозненные события, а звенья одной цепи?

«Блуждающая аномалия».

Я начал работать в новом направлении.

Я пересортировал все инциденты строго по времени. И начал искать последовательности. Вот. Понедельник, 14:32, район станции метро «Чернышевская». Несколько отчетов о резком сбое в работе офисной техники. Тег EM_FAILURE. А вот. Понедельник, 17:15, три квартала восточнее, Таврический сад. Несколько звонков в полицию с жалобами на «странный гул» и паническое поведение собак. Тег ACOUSTIC_PHENOM. А вот еще. Понедельник, 17:50, набережная Робеспьера. Камера городского наблюдения зафиксировала двухсекундную левитацию мусорного бака. GRAV_ANOMALY.

Я нанес эту последовательность на карту и соединил точки линией. Получилась плавная, извилистая кривая. Я взял другой набор инцидентов. Снова та же картина. Несколько событий, растянутых во времени, но связанных географически. Они образовывали путь. Маршрут.