— И это правильно, — одобрил я его действия, — потому что всегда может случиться какое-нибудь «если что», которое никто не ожидает.

— А вообще жаль, конечно, что не она твоя девушка! — сказал Юра, кивнув на Алису.

Мы с фурией переглянулись и прыснули со смеху.

— Очень странный повод для сожаления ты выбрал, — сказал я, — какое тебе вообще до этого дело?

— Никакого! — честно признался Юра, — но вы вместе хорошо смотритесь! Прямо вот как пара!

— Знакомые слова, я их уже не раз слышала! — весело сказала Алиса.

— Только вот пары создаются не по тому кто как с кем смотрится, — сказал я.

— Точняк! — сказала Алиса, и облокотилась мне на плечо.

— Что они там, спят что ли? — повернулся я в сторону медленно ползущих со скоростью пешехода грузовиков. Видимо те кто находился за рулём всё равно опасались сюда ехать после того что случилось.

Я ещё раз помахал им рукой, чтобы пошевелись.

Машины уже вползали на площадь. Чем ближе они подъезжали, тем напряжённее делались лица у встречавшей их команды Юры. Да и сам он тоже заметно напрягся.

— Ладно, не будем им мешать, пойдем, отойдём в сторонку, — сказал я, — не хочу в этом участвовать. Ни в этом и в чём другом. Уйти хочу!

— Ща двинем, ждать больше нечего! — сказала Алиса, — нужно уходить, пока сюда ещё кто-нибудь не нагрянул, и тебе не пришлось снова заниматься массовым убийством.

— Да уж, за последние дни с этим как-то очень жирно пошло. Много смертей… очень много! Знаешь, а это всё-таки отнимает силы. Не физические, а какие-то другие. Как будто каждая прерванная жизнь забирает с собой и частичку тебя. Я вот вроде бы не особо напрягался, а чувствую себя как выжатый лимон. И это накатывает именно после драки, после того как убьёшь кого-нибудь. Какое-то психическое выгорание что ли… — сказал я.

— Психическое выгорание от массовых убийств, — повторила мои слова Алиса, как бы пробуя их на вкус, — а что, неплохо звучит!

— Да куда уж лучше! — скептически заметил я.

В этот момент из кузова начали выгружать привезённых женщин.

— Ладно, здесь походу всё утряслось, — сказала Алиса, — я сейчас слетаю за вещами, и можем двигать.

— Давай! — кивнул я, глядя на трогательную встречу которая сейчас происходила возле машин.

— Похоже здесь и в самом деле всё утряслось, — задумчиво проговорил я себе под нос и помахал рукой Игорю, чей взгляд как раз в этот момент перехватил.

Тот быстро подбежал.

— Что тут было? — спросил он у меня, поглядывая на большую кучу трупов.

— Не важно, — отмахнулся я, — пришли друзья тех кто приезжал сюда на машинах… на ваших машинах.

Игорь с тревогой оглянулся на грузовики, потом снова посмотрел на трупы и спросил:

— А это вся банда или у них ещё кто-то остался?

— Понятия не имею, но думаю, что все основные силы мы у них выбили. Однако нужно всё равно изменить вид грузовиков до неузнаваемости, как я и говорил. А потом двигайте в Сокольники. Не передумайте, вам там будет лучше, поверь! — сказал я.

— Да я верю, верю, — сказал Игорь, — мы уже приняли решение. Всю ночь про это думали, спорили и договорились идти туда, куда ты сказал.

— Хорошо! — сказал я, — загружайте обе машины, мешать вам никто не будет. Но всё что останется я пообещал этим ребятам. Так что, это точно последняя ходка.

— Да понял я, понял! — вздохнул Игорь.

Рядом приземлилась Алиса с моим рюкзаком, который чудом выжил в огненном шторме, потому что оказался за обломком бетонной стены. Я надел его на себя и ещё раз посмотрел на происходящее.

Ребята Юры прикатили что-то вроде телег или повозок, в которые «запрягаются» люди. Это был тот транспорт, про который он говорил. Именно в них и стали аккуратно грузить привезённых женщин.

Я толком не понял, все к ним вернулись или кого-то они не досчитались… но выяснять уже и не хотел. Мы сделали что могли, а остальное исправить не в наших силах. Пускай дальше сами разбираются, не маленькие. А нам пора!

Пока все были заняты делами и не обращали нас внимания, мы решили тихонько уйти. Попрощались только со стоявшим рядом Игорем и зашагали по улице.

Я почти физически ощущал на своей спине множество взглядов. Когда мы пошли, шум разговоров как будто стих и я не знал этого точно, но был почти уверен что все кто находится на площади сейчас смотрят нам вслед.

Мы произвели на них неизгладимое впечатление своим появлением и вмешательством в их судьбу.

Именно для них это вмешательство было удачным и своевременным, чего не скажешь о членах двух банд что сложили здесь свои головы.

Когда мы свернули за угол, я почувствовал необычайное облегчение.

По вздоху Алисы я понял что она тоже.

— Чувствовала, как они взглядами сверлят наши спины? — спросил я.

— Ещё как! — усмехнулась Алиса, — думала что они меня прожгут насквозь! Всё таки во взглядах что-то есть… какая-то энергия, которую мы просто пока что не понимаем…

— Кстати, об энергии взглядов! — вспомнил я, — давно ты умеешь молниями из глаз стрелять?

— Чего? — опешила Алиса.

— Ты не в курсе, что так можешь? — улыбнулся я, — тогда сюрприз-сюрприз! Ты умеешь стрелять молниями из глаз, осталось только научиться пользоваться этим осознанно.

— Это там, после огненной атаки я в тебя пальнула? — смутилась Алиса.

— Да, но моя защита сработала. И я убедился в том что тебе такая тоже просто необходима. Во времена разгула боевой магии, ходить без защиты это роскошь которую мы не можем себе позволить. Скорее бы Антон снабдил всех подобными артефактами.

— Слушай, но я в самом деле не в курсе, как из глаз стрелять… — оживилась Алиса, — надо попробовать!

Она остановилась напротив дерева, уставилась на его ствол и напряглась всем телом, так что даже немного начала кряхтеть. Но, ничего не происходило.

Я подошёл иотвесил ей совсем лёгкий, дружеский подзатыльник.

Из глаз Алисы вылетели две алые искорки и медленно кружась, полетели вниз.

Фурия замерла расставив руки.

Я некоторое время смотрел на неё, но потом не выдержал и всё же спросил:

— Ты чего? Всё в порядке?

— Во мне сейчас борются сразу три разных чувства, — сказала Алиса, стараясь по-прежнему не двигаться, — первое, это удовольствие от небольшого притока маны, последовавшего за твоим ударом. Второе, это возмущение от того, что ты меня в принципе ударил, хоть и не сильно. И третье, это восторг от того, что у меня немножечко получилось.

— Ну да, самую капельку! — рассмеялся я, — этими искрами ты вряд ли кого-нибудь остановишь. В меня ты стреляла не в пример мощнее! А почему ты не двигаешься?

— Стараюсь не спугнуть ощущение, чтобы суметь его повторить! — сказала Алиса.

— Ну и как успехи? — спросил я.

— Пока что не очень! — сказала Алиса и сбросила с себя оцепенение, — нужно будет потом ещё попробовать. Но вообще это интересно! Может быть, я ещё чего-нибудь умею, просто не знаю об этом, а?

— Как и все мы, — кивнул я, — у всех есть потенциальные навыки, которые мы просто пока что не осознали и не научились ими пользоваться.

— Ну, ты то свои используешь на полную катушку! — сказала Алиса.

— Те, что знаю, — сказал я, — но человеку всегда хочется больше. Я вот, например, очень страдаю без левитации!

— Если бы ты ещё и летал, — покачала головой Алиса, — то был бы… вообще… не знаю как сказать.

— Чересчур хорош? — улыбнулся я.

— Да, точно! — обрадовалась Алиса, — это был бы перебор! Должны же у тебя быть какие-то слабые места?

— Зачем? — спросил я.

— Если ты слишком селён, то если вдруг слетишь с катушек, тебя никто не сможет остановить! — сказала Алиса.

— Мысль интересная… — негромко сказал я и задумался.

— А вообще знаешь… — начала Алиса и замолчала.

— Не знаю, покаты не сказала, — посмотрел я на неё, — говори уж, раз начала.

— Ты ведь в курсе, что я не особо щепетильная, — сказала Алиса, — могу и руку человеку оторвать если надо будет. И спать потом буду спокойно!