Оглянувшись по сторонам, констебль украдкой извлек из-под подкладки фуражки несколько купюр и монет.

— Это моя заначка от супруги, стало быть, — сказал он. — Она еще ни разу не сумела догадаться, где я ее храню.

— Ваша запасливость спасла вам жизнь, мистер Смит, — сказал, улыбаясь, доктор. — Впрочем, нападавший, похоже, не хотел вас убивать, а просто оглушить.

— Ну, только бы он мне попался, — проворчал констебль, потирая шишку на голове.

— Интересно, с какой целью совершили поджог? — спросила я подошедшего Тревора.

— Известно, что при пожаре люди хватают все самое ценное. Возможно, преступник хотел удостовериться в чем-то лично или просто выманить хозяек из дома, чтобы самому провести обыск... Я установлю за домом усиленное наблюдение. Заодно расспрошу леди Вуд, возможно, у них было еще нечто ценное, о чем мы не знаем…

Мы зашли в дом, здесь пахло гарью и едким дымом.

— Все произошло очень быстро, — сказал Аргайл.

Постепенно зеваки стали расходиться.

— Кто мог это сделать, мистер Аргайл? — поинтересовался Джеймс Коул.

— Возможно, бродяга, решивший поживиться. Но скорее всего, настоящий преступник или его сообщник. Давайте навестим нашего живописца. Слишком уж много косвенных совпадений.

Констебля отправили домой, а мы с Аргайлом и Джеймсом Коулом поехали к дому миссис Браун.

Оказалось, что на углу переулка дежурил его брат.

— Как идет ваше наблюдение, мистер Коул? — спросил Аргайл.

— Я не отлучался с поста, сэр. Мистер Брук не покидал дом, он в своем флигеле. В его комнате горит лампа, — доложил Джон.

— Что же, у меня есть к нему несколько вопросов. Коринна, оставайтесь здесь и не входите внутрь, — велел Аргайл, разминая кисть правой руки.

Аргайл постучал дверным молоточком, но никто не открыл.

— Миссис Браун глуха, как тетерев, — сказал Джеймс.

— Она выходила недавно с тростью, потом вернулась и опять ушла, — добавил Джон.

— Ты уверен, что это была именно миссис Браун?

— Старая леди, она еле шла, опиралась на трость. В руке у нее была какая-то сумка…

Тревор выругался сквозь зубы.

— У вас есть в повозке лом? — спросил он Джеймся Коула.

— Да, сэр.

Через несколько мгновений дверь поддалась.

Оказалось, что миссис Браун дома. Она мирно дремала в кресле и даже не услышала шума.

Зато комната во флигеле, где совсем недавно я позировала Леонарду Бруку, была пуста. На кровати валялись вещи, бумаги. Статуэтки воронов надменно взирали на нас, словно радуясь нашей неудаче.

— Кажется, наша птичка упорхнула, — констатировал напарник.

На Джона Коула было жалко смотреть.

— Как ты мог попасться на этот дешевый маскарад? — укоризненно сказал его брат.

— Я даже и подумать не мог, что Брук мог додуматься до такого, — растерянно ответил юноша.

Аргайл сказал:

— Это я виноват. Решил, что сумею взять Брука с поличным, а он оказался хитрее. Теперь вопрос: куда он мог отправиться?

— Может быть, у него есть какое-то тайное убежище? — предположила я.

— Коринна, отправляйтесь в пансион и не покидайте его. Братья Коул пусть продолжают вас охранять. Я организую поиски Брука. Прикажу проверить заброшенные сараи, ближние дома. Художник не мог далеко уйти. Предупрежу паромщика и жителей рыбацкой деревни. Думаю, он ждет завтрашнего осеннего равноденствия.

На кухне в пансионе я увидела, как миссис Розмари отпаивает Аглаю и Эмилию Вуд чаем.

Леди Аглая всхлипывала:

— Как же так, что мы будем теперь делать? У нас даже нет средств на ремонт дома. И все из-за твоей глупости, Эмилия!

— Никто не знал, что так получится, леди Аглая, — примирительно сказала я.

— Единственная золотая вещь, которая у меня осталась, это медальон свекра! — всхлипнула леди Аглая.

Я перевела взгляд на цепочку на ее шее.

— Можно мне взглянуть, леди Вуд? — попросила я.

— Конечно! — Аглая Вуд сняла цепочку и протянула мне медальон.

— А ваш медальон тоже при вас, мисс Эмилия? — спросила я.

— Да, — кивнула девушка.

— Я хочу посмотреть и на него.

Эмилия протянула мне медальон на тонкой цепочке.

Я положила два медальона рядом и перевернула. Мне показалось, что это две части единого целого. Приблизив их друг к другу, я увидела знак, означавший символ воды. Похоже, что настоящий медальон разделили. Видимо, Итан Вуд почему-то не хотел, чтобы четвертый «ключ» был целым.

— Я хочу показать эти медальоны сэру Аргайлу, — сказала я.

— Но это фамильная ценность и единственное, что у нас осталось! — запротестовала леди Аглая.

— Это очень важно для расследования, — настаивала я.

Написав записку для Тревора, я передала ее одному из братьев Коул.

Тревор, прибывший в пансион часа через два, задумчиво рассматривал медальоны при свете лампы. Золотые вещицы тускло поблескивали на столе в моей комнате.

— Вы правы, Коринна. Похоже, Итан Вуд намеренно разделил четвертый ключ на две части. Он не доверял никому. Возможно, опасался, что медальоны попадут в чужие руки. Итан Вуд считал, что они могут представлять опасность, если их собрать все вместе…

Затем детектив постучался в комнату к леди Аглае:

— Боюсь, леди Вуд, я вынужден конфисковать у вас эти предметы в интересах Короны. После окончания расследования я верну их вам, либо вам будет выплачена их полная стоимость, согласно закону.

Аглая Вуд недовольно поджала губы, но спорить с королевским детективом не посмела.

Мы с Тревором вернулись в мою комнату.

— Итак, Коринна, теперь у нас два медальона с символами стихий. Два остальных у преступника. Я уверен, что завтра он отправится на болото. Похоже, Брук одержим идеей найти храм Мэруса, и ничто его не остановит.

Аргайл подошел к окну и отодвинул занавеску. Начинало темнеть, но вдруг с улицы сверкнул лучик света.

— Это братья Коул, — сказал Тревор. — Старательные юноши и хорошие помощники.

— А что насчет Брука? — спросила я.

— Мы не нашли его нигде, — Аргайл повернулся ко мне. — Он будто испарился. Но он здесь, я чувствую это. Брук ждет своего часа, как и мы. Завтра на болотах решится все.

Ночью я почти не спала, прислушиваясь к малейшим шорохам за стеной. Мне казалось, что стоит закрыть глаза, как непременно случится что-то непоправимое.

Едва за окном стало светать, я умылась ледяной водой, пытаясь смыть остатки тревожной дремоты.

За окном висела густая туманная дымка, скрадывающая очертания домов. День осеннего равноденствия обещал быть серым и пасмурным.

Подумав, я надела магическое платье и придала ему самый простой фасон и пепельный оттенок, под цвет этого унылого утра. На ноги я обула новые удобные кожаные сапожки.

На кухне я застала бодрых близнецов, которые уплетали пудинг, запивая его ароматным чаем. Оказалось, миссис Розмари вчера пошла против своих принципов после того, как Аргайл убедил ее, что Аглае и Эмилии Вуд необходима круглосуточная охрана. Братья Коулы провели ночь в тепле, поочередно обходя дом и вглядываясь в подозрительную мглу.

Наскоро позавтракав, мы отправились в офис в Аптекарский переулок. Утренний туман был так густ, что скрывал очертания домов уже в тридцати шагах. Мы шли, словно заточенные в молочно-белое облако, где каждый звук был приглушен, а каждый силуэт — потенциальной угрозой.

Но дверь нам никто не открыл, зато к двери была прикреплена записка, написанная четким почерком напарника. «Коринна, я оставил ключ от офиса у доктора Алистера».

Доктор Вэйн жил по соседству. Он передал мне не только ключ, но и запечатанный конверт.

«Коринна, — гласили пара строк, выведенные уверенным почерком Аргайла, — если со мной что-то случится, сообщите в Эрбенну моему старшему брату Амберу Аргайлу и в Секретное управление расследований».

«Если что-то случится...» Это означало лишь одно — если он погибнет. Холодная волна страха подкатила к горлу.