Похоже, королевские детективы не слишком-то утруждали себя работой, а ведь на наши налоги они получают приличное жалование. Похоже, сыщики, чтобы оправдать ожидания публики, решили по-быстрому указать на убийцу, тщедушного молодого человека, так некстати покончившего с собой. Эта смехотворная версия оказалась слишком удобной для детективов, сохранивших свои серебряные жетоны.

Похоже, мы так и не узнаем всей правды об этом преступлении, так же как и о многих секретах Мирабеллы Старр».

Статья была наполнена ироничным сарказмом, желчью, а иногда мрачным юмором и резко отличалась по стилю от всех скучных заметок, что я читала до этого. Заинтересовавшись, я стала искать и другие очерки мисс А. Белл. Все они были хлесткими, а некоторые прямо-таки сочились ядом.

«Наверно, эта женщина нажила себе немало врагов», — подумала я.

Но, к моему удивлению, заметка про Мирабеллу Старр была последней.

Больше фамилия журналистки А. Белл нигде не встречалась.

Подумав, я дословно переписала текст статьи в свой блокнот.

Затем крупными буквами написала А. Белл и поставила вопросительный знак.

Итак, что же мне стало известно после посещения библиотеки?

В убийстве знаменитой актрисы обвинили художника, некого П.К. Но мисс А. Белл выразила сомнение в том, что он настоящий преступник. Обвинила она и нерадивых детективов, намекнув при этом на секреты мисс Старр.

Возможно, это просто ловкий прием, полунамеки, чтобы зацепить внимание публики? А вдруг мисс А. Белл знала больше, чем написала в статье? И почему она больше не напечатала ни одной статьи в «Мотыльке»?

Возможно, она стала публиковаться под другим именем?

Я на всякий случай стала пролистывать газету дальше, но ничего похожего на язвительный стиль А. Белл мне не удалось обнаружить.

Повертев еще раз газету, я обнаружила на последней странице в рамочке объявление, сделанное мелким шрифтом.

«Если у вас есть интересные новости, первым делом несите их к нам на Ясеневую улицу, 12б. Редактор «Мотылька» мистер Л. Эванс».

Я записала адрес в блокнот, попрощалась с миссис Палмер и поблагодарила ее за помощь.

Кажется, стоило нанести визит в редакцию «Мотылька».

Я посмотрела на большие настенные часы, висевшие на стене библиотеки, они показывали половину четвертого. Ясеневая улица находилась в одном квартале от библиотеки, а тетя обычно возвращалась к шести часам вечера после заседаний дамского клуба. У меня еще было время, чтобы продолжить свое расследование.

Я чувствовала радостное волнение и азарт, словно вот-вот подберусь к разгадке головоломки. Заниматься расследованием оказалось увлекательным занятием! Шагая по улице, я едва сдерживала улыбку.

Навстречу то и дело попадались бойкие мальчишки, предлагающие свежие газеты. Наконец я увидела нужный дом, на вывеске которого витиеватыми буквами выведено слово «Мотылек».

Толкнув входную дверь, я попала в довольно захламленное помещение, заваленное коробками и бумагой. Откуда-то снизу, словно из подземелья, раздавались гудение и стук.

— Что вы хотели, мисс? — громко спросила меня молодая женщина лет тридцати с небольшим. К моему удивлению, одета она была в брюки и цветной просторный балахон. — Я помощник редактора, миссис Хоган.

— Мне хотелось бы поговорить с мистером Эвансом. У вас в объявлении написано, что можно приносить новости.

— Мистер Леонард, это к вам! — прокричала женщина и показала рукой на дверь в дальнем углу помещения.

Робко постучавшись и не услышав ответа, я толкнула дверь

Взлохмаченный мужчина неопределенного возраста в клетчатом зеленом пиджаке сидел за большим столом, заваленным грудой бумаг, возвышавшейся почти до самого потолка.

— Закройте дверь, мисс, чтобы было потише. Типография у нас прямо внизу, — довольно сказал мистер Эванс. — Чтобы пироги продавать прямо из печки.

Мужчина выглянул из-за бумажной горы и выехал вперед ко мне на стуле, к ножкам которого были приделаны маленькие колесики. Он, морщась, оттирал с рук черную краску.

— Итак, что вы хотели, мисс...мужчина выжидательно посмотрел на меня.

— Мистер Эванс, меня зовут Коринна Льюис, я учусь в школе «Кленовый лист». На лето мне задали написать очерк. Я хотела бы получить консультацию…

— Это не ко мне, — перебил меня мистер Эванс, продолжая оттирать руки.

— Дешевая краска, — проворчал он и, прокатившись на своем чудном кресле по всему кабинету, распахнул дверь.

— Луиза, распорядись сменить поставщика чернил! — рявкнул он в коридор.

А затем повернулся ко мне:

— Не буду вас задерживать, мисс Льюис. Я очень занят.

Но я не собиралась сдаваться.

— Мистер Эванс, в доме своей тети я нашла старые номера вашей газеты. Они показались мне очень интересными.

— Да? — приосанился редактор.

Кажется, моя маленькая лесть ему понравилась.

— Особенно занимательными я нашла статьи мисс Белл. Может быть, она согласится оценить мои наброски и дать мне несколько советов?

— Мисс Белл! — фыркнул мистер Эванс. — Амелия не работает здесь уже десять лет!

— Очень жаль, — вздохнула я. — Ее стиль письма показался мне живым и интересным.

Редактор еще раз прокатился по всему кабинету.

— Амелию погубил ее слишком острый язык. Но вы правы, мисс Льюис. именно это и привлекало читателей. Выпуски «Мотылька» расхватывали как горячие пирожки! Люди любят сенсации, разоблачения и скандалы, а мисс Белл умела все это преподнести под нужным соусом так, что вся столица потом неделю обсуждала! Но ей пришлось уволиться...А теперь в «Мотыльке» печатается вот это!

Мистер Эванс с раздражением потряс передо мной листок с заголовком «Чудесный рецепт варенья из ревеня». Или вот это!

Я мельком прочитала заголовок «К чему снится почтовый голубь?»

— Вот лично вам, мисс Льюис, снились хоть раз почтовые голуби?

— Нет, сэр, — растерянно сказала я.

— А мне приходится размещать весь этот бред!

Редактор стукнул кулаком по столу, и бумажная гора угрожающе накренилась.

Я с замиранием сердца уставилась на верхние листы.

— Мистер Эванс, а почему пришлось уволиться мисс Белл?

— Мне некогда, мисс Льюис, — редактор нацепил на нос большие очки, ловко выровнял бумаги и пододвинул к себе несколько исчерканных листов.

Я разволновалась. Мне очень нужно было встретиться с Амелией Белл!

— Но, мистер Эванс, может быть, вы подскажете мне, где она сейчас? Вдруг мисс Белл согласится дать мне несколько уроков? Несомненно, ее время будет оплачено, — торопливо затараторила я.

Мужчина вдруг оторвался от своих бумаг и с интересом посмотрел на меня.

— Вы не похожи на пронырливую аферистку, мисс Льюис. Вы ведь с северного побережья? Я только сейчас заметил ваш акцент, — неожиданно сказал он.

— Я выросла в Корнелле, мистер Эванс, — я покраснела.

Проклятое произношение снова выдало меня.

— Я ведь и сам родился на западном побережье, в тридцати милях от вашего городка, — вдруг улыбнулся редактор. — Красивые места, хоть и суровые. Мой отец был аптекарем. Ладно, где-то у меня есть адрес мисс Белл. По старой памяти я бесплатно печатаю раз в месяц ее объявление.

Редактор, порывшись в бумажной горе, нашел нужную газету и показал мне объявление внизу страницы в рамочке, украшенной причудливыми виньетками.

«Самое точное предсказание будущего с помощью магических карт всего за два шиллинга. Миссис А. Бартоломью, Конюшенный переулок, дом четыре».

— Но здесь говорится про миссис Бартоломью, — растерянно произнесла я.

— Дела у Амелии идут неважно, и она решила заняться предсказаниями. Приготовьте два шиллинга, мисс Льюис, и вам наверняка удастся с ней побеседовать. Про магические карты, конечно, не стоит верить, это просто чепуха для привлечения доверчивых клиентов. Возможно, она заодно согласится дать вам несколько уроков. Но мой вам совет, мисс: если вы все же решите стать журналисткой, то выбирайте приятные и безопасные темы. Рад был с вами познакомиться, — и редактор, кивнув, погрузился в свои бумаги.