Щит появился передо мной сам собой. Рефлекторно. Все же не зря Кайрат заставлял меня призывать защитный купол по сто раз за тренировку.

— Ты околдовала его! — кричала аристократка, нанося удар за ударом. — Ты заняла моё место! Рядом с ним должна быть я, а не дочь падшей женщины, изменившей мужу и бросившей собственное дитя. Ты была рождена, чтобы сгинуть в деревне. Так зачем же ты вылезла⁈

Мне бы хотелось остаться хладнокровной. Продолжить держать оборону. Остаться в стороне…

Но я все же не столь благоразумна. И оставить эти подлые слова без столь же подлого ответа не могла.

Щит с оглушительным звуком треснул. Все правильно, ведь я больше не собиралась прятаться за ним. Я собиралась атаковать.

Если Её Светлость желает драки — она получит драку.

От первого же моего заклинания Анаверд отлетела к стене. Она определенно не ожидала от меня подобной силы.

— Продолжим или ты извиняешься и убираешься вон?

— Иди к черту, Юрай.

Ясно. Значит, продолжаем.

И начался настоящий хаос. Адепты с криками бросились наутек, оставив в нашем распоряжении пустой коридор.

Мы же с упоением перебрасывались боевыми заклятиями, грязно ругались и совершенно не собирались останавливаться.

— Кай очень хорошо тебя натренировал, — призналась она с усмешкой. — Но помни, если бы не недоразумение с распределением, он бы ни за что не стал с тобой возиться.

— Он признался в чувствах до распределения, — вернула шпильку я.

— Он много кому признавался в чувствах!

— Врешь.

— Ты для него всего лишь увлечение. Забава на пару месяцев. А я…

— А тебя он забыл. Навсегда.

— Это не так! Сама подумай, кто подходит ему лучше? Герцогиня с безупречной репутацией, чистой родословной и великой силой или… Или жалкая ты.

В этот момент она швырнула в мою сторону магическим сгустком, который я не успела отразить.

Воздух выбило из груди. Охнув, я упала на пол. Перевернулась на спину и поднялась на руках. Луиза как раз подошла ко мне и весело улыбнулась.

— Да, ты и правда жалкая. Яйца выеденного не стоишь. Кайрат очень быстро забудет такую блеклую, слабую размазню. Забудет, как твоя мать. Или будет жалеть о том, что ты вовсе появилась. Как твой отец.

И вот пришел он — конец.

Точка невозврата.

Я ощутила чайником, которого кто-то нерасторопный оставил на огне. Кровь забурлила, запульсировала в венах, смешиваясь с истинной сутью моей силы — с неистовым пламенем.

Анаверд что-то почувствовала. Поняла, что приближается нечто ужасное. Но почему-то не ушла. Напротив, она тоже призвала силу.

В миг, когда наши магии столкнулись, время будто замерло.

С удовлетворением я наблюдала за тем, как самодовольство покидает её лицо. На его место приходит чистейшая паника. Ударная волна, мощная и безжалостная, откидывает её далеко-далеко.

Не сочтите меня монстром, но в этот момент мне было почти все равно, в порядке ли она.

Голова закружилась, а перед глазами замельтешили мошки.

Раздались крики. Показались люди.

Махнув рукой, я приняла крайне мудрое решение — прикрыла глазки и провалилась в глубокий безмятежный сон.

Тряпочка была до противного мокрой, а ещё ну совсем не хотела покойно лежать на лбу. Она так и норовила сползти на нос, а то и вовсе съехать по щеке.

Однако чья-то заботливая рука из раза в раз возвращала её на место. Но тряпка упорствовала и вновь мигрировала на нос.

Наконец она всем в край надоела, и её сняли с моего лица.

Тут-то мне и захотелось искренне поблагодарить этого благородного человека, избавившего меня от этого влажного недоразумения. Кое-как открыв глаза, оглядела обшарпанный потолок и скосила глаза на сидящего рядом человека.

Человек был облачен в нечто белое и почему-то расплывался. Я никак не могла вглядеться в его лицо и выдала в полубреду:

— Я в раю?

— Увы, но ты всего лишь в академическом лазарете. Но я, так и быть, побуду твоим ангелом, — игриво произнес знакомый голос.

— Кай! — радостно воскликнула я, хватая его за руку.

Тот тут же сплел наши пальцы воедино и быстро чмокнул тыльную сторону ладони.

— Как ты себя чувствуешь?

— Будто меня придавило камушком. Что случилось?

— А ты… не помнишь?

Я нахмурилась. Шестеренки в голове со скрипом задвигались, принося почти физическую боль от процесса. В голове было пусто. Словно кто-то высосал все мысли, оставив зияющую дыру.

Но вот меня посетило прозрение. Дёрнувшись, я подскочила на кровати и попыталась сесть.

— Что с Луизой⁈

— Жива, — отозвался Майерхольд и… скривился.

Фух! Слава богу!

Окрылённая его словами, я продолжила:

— Мне нужно её проведать.

Не дожидаясь ответа, я попыталась встать.

— Нет, — внезапно твёрдо произнёс куратор. Он поднялся со стула и пересел на койку. Мягко схватил меня за плечи и уложил обратно на подушку. — Совсем не нужно. Поверь мне, она живее всех живых. И единственное, что пострадало — её раздутое эго.

Я во второй раз облегчённо выдохнула.

— Кай, я не…

— Ты всё сделала правильно. Я уверен в том, что ты не виновата. А даже если и виновата, то на это были весомые причины. Евангелина Юрай ни за что не полезет в драку просто так.

— Она… — я всё же попыталась оправдаться, но мой рот закрыли самым приятным и радикальным образом — нежным поцелуем.

— Я так рад, что ты очнулась, — проговорил он после, заглядывая в глаза.

Я смущённо кашлянула, протянула к нему ладонь и ласково провела ею по его щеке.

— Со мной всё хорошо. Правда. Чувствую себя отлично. Кай… Меня исключили, да?..

— Нет. И не посмеют. К тому же все знают, что инициатором драки стала Анаверд. Ты всего лишь защищалась.

Что не слово, то гора с плеч! Никогда бы не подумала, что очнуться после хорошей драки может быть столь приятно.

— А что будет с Луизой?

Губы Кайрата растянулись в пугающе беспечной улыбке.

— Забудь её имя, Евангелина. Ты вряд ли когда-нибудь снова услышишь о ней.

— Что ты сделал⁈ — беспокойно вопросила я, вжавшись в матрас.

Принц закатил глаза.

— Не выдумывай, Юрай. Уж точно не что-то из кровожадных вариантов, которые сейчас крутятся в твоей голове.

— Чёрт тебя разберёт, — фыркнула я. — Ты на многое способен. А она всего лишь…

— Напала на тебя?

— Я не это хотела сказать.

— Не знаю, что ты хотела сказать, но я говорю правду. Никто не смеет трогать тебя. Я больше не допущу повторения подобного. И вина Луизы не только в этом. Она предала меня куда раньше.

А вот с этого момента поподробнее!

Заметив мой озадаченный взгляд, куратор решил объясниться:

— Я долгое время ломал голову, как же так вышло, что вместо Луизы в книге оказались твоё имя и твоя кровь. Зря гадал. Ответ лежал на поверхности. Анаверд саморучно подложила мне свинью. Но кое-где всё же ошиблась. Вместо свиньи мне попалась самая очаровательная и сообразительная напарница.

— Теперь всё сходится. Она в сговоре с Астом.

— Забудь о ней. Она больше никогда не преградит тебе дорогу, — заверил меня наставник. — А сейчас самое главное — твоё здоровье. Кстати, ты не голодна?

Прислушавшись к себе, я согласно кивнула.

— Скоро буду, — Майерхольд поднялся и было ушел порталом, но вдруг вновь склонился ко мне и снова поцеловал. Невесомо. Почти невинно. Но так, что сердце замерло, чтобы забиться быстрее.

А после он ушел. И стало так тоскливо.

Но я знала, что он сдержит слово и вот-вот вернется. И была безмерно счастлива ждать его.

Просто ждать его.

Я обязательно поправлюсь. И сделаю всё, чтобы мы победили в Игре. А потом… Не знаю, что будет потом, но точно нечто прекрасное.

И ничто больше не сможет нас разлучить.

— Надеюсь, — произнесла себе под нос, ощутив ледяной укол тревоги.

Астарт Райнхард пребывал в глубокой задумчивости и умело балансировал между холодным рассудком и жгучей яростью. Ему хотелось в срочном порядке отправиться в лазарет и саморучно придушить брата и его возлюбленную.