- С-селене с-скажем?

- Обязательно. Пусть она, как старшая, решит, говорить ли Вади и Ашниру, что они братья.

- Скажет, - вздохнул Мирт. – Они оба какие-то потерянные. Вади-то уже легче – в компании Ирмы, да ещё будучи её семейным, - на последнем слове он улыбнулся. – А вот Ашниру, который, как мне кажется, всю жизнь провёл в разных приютах…

- Подерутся! – затрясся от смеха Хельми.

- Почему ты так думаешь?

- С-селена же с-сказала, что младш-ший с-стес-сняется с-своего проис-схождения. А тут Вади… Недавно почти одичавш-ший…

Теперь рассмеялся Мирт.

- Попробует только младший хоть слово сказать об этом Вади!.. Да Ирма его убьёт за своего семейного!

- Тогда остаётся ещё одна преграда в их отношениях. Точнее – нет, иначе как-то, - задумался и Коннор. – Как им сказать, что клан… Или сказать только Вади?

- Понял, о чём ты, - отозвался Мирт. – Думаю, надо обязательно сказать Вади, что он теперь в безопасности и может спокойно ездить в школу. А до того, как он узнает об Ашнире, предупредить, чтобы младшему брату о том – молчок! Вот когда младший подрастёт и будет больше понимать в жизни, тогда можно будет рассказать ему историю Димирова клана.

- И всё-таки жаль Тапани…

Братья замолчали. Желание пойти к волчишке слегка притихло. Не хотелось навещать болезных в таком настроении – печали и даже горечи. Хотелось посидеть немного и успокоиться, приводя суматошные мысли в подобие упорядоченности.

А потом они всё-таки поднялись на второй этаж. Шли-то спокойно, не спеша, а потому почти бесшумно. И остановились. У двери в «палату» Ирмы стояли два маленьких, неразличимых пока силуэта. И эти маленькие тёмные личности явно жали к этой двери свои уши!..

Хельми солидно хмыкнул – и обе тёмные личности пискнули от неожиданности и, проскакав в обе стороны – к тупику коридора, а потом снова к двери «палаты», попытались скрыться, проскользнув между ногами трёх старших братства.

Первая тёмная личность, несмотря на шмакодявистость и шустрость, была поймана юным драконом и в его руках вдруг радостно захихикала:

- Хельми! Это Хельми!

Вторую, пока что неопределённую личность поймал Мирт. Активно брыкавшегося типчика он немедленно поднял за подмышки к потолку, дабы утихомирить. Но эта личность перестала судорожно пинаться только тогда, когда Шамси с плеча юного дракона весело закричала:

- Это Хельми и Мирт! Не бойся!

«Ха, - удивился Коннор, - Мирт, ты поймал Ашнира! Что они тут делали? Хельми, спроси!»

- Ш-шамс-си, а как вы с-сюда попали?

Волчишка склонилась к лицу юного дракона с его же плеча.

- Ашнир никогда не видел деревенской школы, и я хотела ему показать!

- А как вы оказалис-сь на втором этаже?

- Голоса услышали, - беспечно объяснила Шамси. – А потом послушали – так красивенько! Ну и дальше слушали.

Братья переглянулись. «Красивенько»?

Мирт догадался первым.

- Красивенько – это Колин читал?

- Ага! И мы слушали и слушали! Ах, как красивенько!

Из дальнейшего допроса выяснилось, что Колин пришёл к сестрёнке не с пустыми руками, о чём эта парочка и подслушала под дверью к Ирме.

- У них там какая-то книжка, - сообщила радостная Шамси, всё ещё сидевшая на плече у Хельми, обнимая его за шею.

- Зайдём? – предложил ей юный дракон. – Пос-слуш-шаешь прямо в комнате.

- А можно? – обрадовалась волчишка.

Ашнир, которого за руку держал Мирт, чтобы не сбежал, глубоко вздохнул.

И братья, предварительно постучав в комнату, ввели парочку в общество «любителей изящной словесности».

Ух ты… Оказалось, что в палате Ирмы народу и так – яблоку негде упасть. Но ничего, устроились и вновь вошедшие.

На краешке кровати своей сестрёнки сидел Колин, с толстой книгой, чьи страницы были заложены листочками с переводами, откуда он и читал «красивые слова». На кровати Вади сидели Берилл и Гарден, который при виде «гостей» внезапно обозлился невероятно! Чуть не до слёз! Кажется, он испугался, что Колин больше читать не будет. Или что старший брат уведёт его отсюда. Двойняшки-оборотни Тармо и Вилл сидели прямо на полу, опираясь спинами на край кровати Вади и обняв колени…

Вскоре Гарден, сообразив, что никто не собирается никого выгонять, а Колин не собирается убегать из «палаты» – не дочитав, потеснился, чтобы Мирт сел рядом. Хельми, с Шамси на плече, пристроился на краю той же кровати. Сам Вади, глядя на Ашнира, улыбнулся и похлопал по месту рядом с собой – старшие братья, затаив дыхание, только переглянулись, когда Ашнир, не сомневаясь, сразу подошёл к мальчишке-оборотню и подпрыгнул сесть на предложенное место. И нисколько не возражал, когда из-за невиданной тесноты на кровати получилось так, что Вади положил мальчику-оборотню ладонь на плечо, прислонив к себе – младшего брата, о чём пока что не знал.

Коннор же подтащил к изголовью Ирмы единственный стул и сел, приложив руку к животу волчишки, к месту перелома, чтобы потихоньку вкачивать в него силы.

И снова зазвучал голос Колина, нараспев читавшего стихи из неведомого мира, пусть без рифмы, но всё равно завораживавшие…

…Повезло, что ужин уже был пару часов назад.

Колин остался в «палате», рядом с заснувшей сестрёнкой и дремлющим Вади, вооружившись ручкой и продолжая переводить все стихи подряд из книги. Старшие братья разобрали остальных спящих, чтобы отнести их в Тёплую Нору. Берилл и Гарден шли позади всех, негромко разговаривая, и Коннор надеялся, что говорят они о впечатлениях от Колинова чтения, а не о новой попытке сбежать в поисках приключений. Впрочем, поиски приключений – это от Ирмы. Хотя… На этот раз отправиться в город, к родителям Джарри, предложил Ирме и её компании Берилл. Так что надо бы держать нос по ветру и не допускать компашку до побегов.

Он сам держал на руках спящую Шамси. Хельми нёс двойняшек, а Мирт, опять-таки держа за руку, вёл насупленного Ашнира. Мальчик-оборотень втихомолку сердился, что с ним, как с маленьким. И не хотел признавать, что уснул под чтение стихов, а проснулся, когда его, задремавшего, попытались взять на руки.

На втором этаже его с благодарностью приняла Вильма и увела в комнатушку для мальчиков. С той же благодарностью она проследила, как Коннор осторожно укладывает Шамси на её кроватку. Двойняшки же, уложенные юным драконом на кровати под хихиканье Ригана, так и не проснулись. Берилл единственный дошёл до своей кровати самостоятельно и тут же свалился на неё. Гарден, наверное, хотевший попрощаться с друзьями перед сном, только удивлённо вздёрнул брови, но улыбнулся, и Мирт увёл его готовиться ко сну.

Тёплая Нора уже не шумела на разные голоса. Младшие-то уже по спальням разбрелись, а кого-то успели и отнести. Так что, помешкав немного, старшие братства дошли до гостиной для старших и посидели немного за учебниками, делая домашние задания и помогая тем, кто на чём-то из предметов застрял. Коннор освободился быстрее и с Ладой ушёл в гостиную для младших – посидеть, поболтать, рассказать о том, что было в Сером Лабиринте.

Оказалось – это здорово: рассказывать о том, что видел, о том, что пережил сам.

Когда Лада, пожелав ему спокойной ночи, поднялась к себе, он некоторое время смотрел на пол, по которому сложно ходить из-за разбросанных повсюду игрушек. Потом встал и почти машинально прибрался – ну, то есть просто разнёс игрушки по коробкам и по полкам. Кому из малышни надо – завтра всё равно найдут… Мимо детской гостиной потихоньку проходили старшие ребята, поднимаясь по лестнице и обмениваясь пожеланием «спокойной ночи» и с сидевшим на диване Коннором, и друг с другом…

Потом всё затихло на две-три минуты. Хлопнула дверь в тамбур – и в гостиную вошёл Колин. При виде старшего брата мальчишка-оборотень улыбнулся ему и подошёл, чтобы сесть на диван рядом. Последними присоединились Хельми и Мирт.

- Почему не в мансарду? – спросил Мирт.

- Там Мика с-спит, - отозвался Хельми. – Да?