Последний взгляд назад показал, что к изгороди собираются не только взрослые, но и те ребята, которые отучились в деревенской школе и которых не задействовали в заботе о ясельниках. Вспомнив о них, Селена с содроганием поёжилась: не прибежали бы сюда!

Но главное – Колин стоит не один. Рядом Вик, которая держит его за руку.

И всё-таки… что предложил Трисмегист Колру, на что чёрный дракон согласился немедленно? Да ещё эта его фирменная ухмылка – в предвкушении… Что они задумали?

Ветры друидов под властью двух мальчишек постепенно изменяли свои очертания. Причём Селена, затаив дыхание, обнаружила следующее: когда Коннор и другие ребята, кто научился создавать такой ветер, контролировали его, их руки на посохах слегка, едва заметно шевелились.

Ладони Кадма и Ивара будто окаменели на посохах. А ведь и Ивар ранее манипулировал посохом, чуть-чуть двигая пальцами. А сейчас – даже не дрогнет. Кадм научил? Он же дольше жил у тёмных друидов…

Ещё минута – и стало видно, как именно изменяются лиственные вихри: они всё больше походили, как ни странно, на миниатюрные, в сравнении с машинными демонами, торнадо! Каждый из вихрей вытянулся в высоту такую, что приходилось задирать голову, чтобы разглядеть их увесистые вершины, и всё больше, пока ещё медленно эти их вершины мотались в воздухе, грузнея не только от листьев, подобранных ими, но и веток. Вскоре головы вихрей вкрадчиво колыхались в воздухе, грозя рухнуть вниз с обманчиво невиданной тяжестью.

Моторы мотоциклистов уже заглушали голоса за изгородью, а чёрный дракон всё так же лениво любовался вихрями тёмных друидов.

Боевики Абакара подъезжали к калитке в три ряда, постепенно тормозя – в диком недоумении – перед фигурой в кресле (не узнали? Наверное, потому что Колр дрался вчера в темноте?) и двумя мальчишками по бокам от него. Взгляды на Трисмегиста, с ленцой глядевшего на них, тоже были обалдевшими: не боится?..

Последнее доказывало, что старик Абакар приучил своих боевиков к мысли: им никто не указ! Даже эльфы!

Наконец остановились все.

Частя дыханием, Селена сосчитала оборотней и передёрнула плечами: двадцать семь! И у бедра каждого – то ли охотничье ружьё, то ли дробовик. Моторы гудели, а оборотни, словно заворожённые странной картиной, глазели то на лиственные вихри, то на неожиданных для них здесь существ.

Колр не шевелился.

Знак к действию подал Кадм. Он, наконец, ожил и чуть приспустил посох вперёд, просто наклонил его от себя. Лиственный вихрь качнулся мощной головой к мотоциклистам. Те невольно втянули головы в плечи, мгновенно испугавшись, что «голова» рухнет им на головы. А потом один рассмеялся, сообразив, что пробежавшие между их рядами вихри состоят из безобидного материала. Тёмных друидов либо не узнали, либо о них, как всегда, в городе мало что известно… Но наклонил к рядам мотоциклистов свой вихрь и Ивар.

Грохочущий хохот боевиков Абакара прокатился по луговине, когда оба вихря, склонённые, мягко пробежали между их рядами.

А потом Колр встал с кресла.

Гогот стих.

Дракона узнали – не того, что был в драке на подворье старика Абакара, просто дракона – и запереглядывались пока что в удивлении и в опаске.

А упавшие наземь лиственные вихри резко вспыхнули яростным огнём! Между теми самыми рядами боевиков!

Ровные ряды мотоциклистов мгновенно смешались в безалаберную кучу, вспыхивавшую огненными ошмётками, кричавшую от боли и суматошно рвавшуюся покинуть смертельно опасное место с бешеным огнём, который с рёвом вздымался всё выше и выше! Налетая в гудящем пламени друг на друга, сталкиваясь друг с другом, боевики разворачивались, даже не попытавшись воспользоваться оружием… А оказавшись чуть дальше от места, где они только что стояли, бросались на влажную после дождей землю, сбивая с себя огонь… И тут же вновь вскакивали, с ужасом оглядываясь на изгородь и немедленно удирая подальше от деревни.

А дорога наверху снова зашевелилась, и с неё начинали спускаться другие мотоциклы (к изумлению заметивших) и машины.

Когда место перед калиткой очистилось от боевиков Абакара, дракон легко взял кресло и пронёс за изгородь, а мальчишки-друиды (Ивар старательно – глядя на Кадма) «отозвали» драконий огонь со своих упавших вихрей и потушили его.

- Э-э… - насторожился Трисмегист, отталкиваясь от столба калитки. – Как по мне, так на кукурузном поле сейчас начнётся война? Или?..

Мотоциклисты поначалу остановились – наверное, выжидая посмотреть, кто им целой «толпой» едет навстречу… И внезапно рванули в разные стороны от встречных!

Ах, как хотелось быть в курсе того, что там происходило!!

Потому как за удиравшими боевиками Абакара помчались две машины и пятеро мотоциклистов из «своих», то есть тех самых встречных!

Мальчишки-друиды даже дёрнулись побежать к речке, но к ним уже спокойно приближались машины: одна со знаками Чистильщиков, другая – деревенская, на которой уезжал Джарри.

- Что?! – бросились к притормозившим машинам все невольно встречающие. – Что там случилось?!

Рамон вышел из машины и сам, пока его люди выходили из машины с детьми на руках, с огромным изумлением посмотрел назад.

И только Джарри – со странным выражением лица между гневом и насмешкой – сумел объяснить:

- У нас же уроки второй смены для старших оборотней! На мосту нас догнали Теренс (Кадм улыбнулся знакомому имени) и его сыновья. Когда они узнали, что происходит, почему-то обозлились и поехали так же быстро, как и мы. Нам они ничего не объяснили. Но, кажется, у них свой зуб на старика Абакара. Не знаю, что там происходит теперь, но Теренс и сыновья, а ещё наши старшие братства ринулись в погоню за боевиками Абакара! А мы с Рамоном просто растерялись, но сообразили, что есть важная причина быстро доехать до деревни.

И кивнул на Чистильщиков, которые бережно вносили на территорию деревни малолетних бандитов. Тармо и Вилл уже пинались, чтобы их опустили на землю. Но Ирма, которая лежала на руках одного из Чистильщиков и над которой со страхом склонились Колин и Селена, всё ещё находилась без сознания. От школы уже бежал предупреждённый Бернар, и Колин с отчаянной надеждой посматривал то на сестрёнку, то на старого эльфа-целителя. Впрочем, вскоре, узнав, что с волчишкой, подбежал и Колр, чтобы немедленно укутать её в мощный кокон силы.

Через минуту Бернар и Чистильщик, несущий Ирму, заторопились к деревенской школе в сопровождении Колина и Вик, а Селена осталась у изгороди, обнадёженная, что к вечеру Ирма будет чувствовать себя хотя бы без боли.

- Что-то всё как-то неуверенно, - высказалась хозяйка места. – Ждать ли теперь братство? Я побаиваюсь спрашивать и отвлекать Коннора в такой ситуации. Или не стоит и лучше уйти пока в Тёплую Нору?

- Наверное, стоит так сделать, - вздохнул Джарри. – Думаю, братья, закончив там, расскажут нам обо всё по дороге сюда.

Трисмегист только завистливо вздохнул а Колр усмехнулся, глядя на него.

Мужчины, сошедшиеся со всей деревни на защиту, постепенно разошлись, обсуждая происшествие. Немного помялся Дэйти, но всё же подошёл к Селене, которая заметила его сомнения и остановилась, дожидаясь его.

- Это правда, что старый Абакар разозлился на детей?

Хозяйка места коротко пересказала ему основные события, приведшие чуть ли не к войне с оборотнями Серого Лабиринта, а потом осторожно поинтересовалась:

- А вы как с ним… соседствовали? Не было какого-нибудь внимания к вашей семье? Или жили мирно?

- Ну, свою дань он собирал со всех жителей Серого Лабиринта, если знал, что они работают, - вздохнул Дэйти. – Не брезговал и копеечкой. Но так, чтобы внимание к нам было… скажем так, пристальным – нет, такого не было.

Сама помявшись немного и переглянувшись с Джарри – тот еле заметно покачал головой, Селена решила не рассказывать отцу Эдена, какие планы строил старый оборотень на его старшую дочь. В конце концов, девочка сейчас под защитой храма Белой Стены. Тем более – храмовник Ильм уже знает, что оборотни Серого Лабиринта слишком задрали свои носы, по которым маги Старого города, кажется, собираются внушительно стукнуть.