Например, под властью Абакара были все жители Серого Лабиринта. Что значило, он мог повелевать не только оборотнями, но и людьми. Особенно ему нравилось, что в подчинении оказались и маги. Правда… Маги эти довольно стары и не столь уж сильны, но в одной человеческой семье подрастала девочка, учившаяся в Старом городе аж у самих Белостенных. И на неё у Абакара были огромные планы. Он собирался шантажировать её семьёй, как это делал со старыми магами. На то, что девочка училась под контролем магов Старого города, он не обращал внимания. Главное, что время от времени она приезжала к семье на каникулы, а там… У Абакара имелись свои методы воздействия, как он самоуверенно считал, чтобы оставить сильного (а в Старый город забирали сильных!) мага в Сером Лабиринте.

Но однажды семья девочки пропала. А с её пропажей исчезла уверенность, что можно обновить место подневольного мага в Сером Лабиринте. Остались двое стариков, с которыми приходилось продолжать общение.

…Несмотря на позднее время, дежурные оборотни приволокли обоих стариков-магов к хозяину Серого Лабиринта.

Тело Вейлина уже лежало на скамье, которую принесли в «кабинет» ранее.

Всё так же сидевший за столом Абакар просипел:

- Тобар, ты должен вылечить моего внука. Мирчу отведите в подвал – пусть посмотрит, как пленники сумели сбежать!

Лысый Мирча с сочувствием взглянул на Тобара. Мимолётного взгляда на тело лежавшего тут же молодого оборотня хватило, чтобы понять: не жилец. Голова разбита так, что… Перехватив взгляд коллеги, Тобар ссутулился в безнадёге.

Долго в «кабинете» Мирча не оставался: подтолкнули в спину и заставили идти привычным коридором до тупика с подвалом.

Когда он вернулся, в «кабинете» валялся Тобар, настолько избитый, что даже встать не мог. Мирча поколебался, но, содрогаясь в душе, всё же постарался не обращать на подневольного коллегу внимания.

Абакар привычно сидел за столом, позади – два телохранителя.

- Ну? – прорычал старый оборотень. – Что скажешь?

- Четыре ребёнка-оборотня, один вампир и один эльф, - спокойно, хоть и внутренне трепеща, перечислил Мирча. – Именно ребёнок-эльф совершил старинный ритуал и открыл ход в коридоры старинного эльфийского подземелья. Мне не суметь открыть этот ход, потому что на нём эльфийское заклинание.

- Но откуда взялся эльф? – не выдержал Абакар. – Там было шесть оборотней! Хотя… - задумался он, глядя на правнука и не видя его. – Один из них и правда был вампир… Нет, сейчас не об этом. Мирча, куда выводят эти подземные коридоры?

- Вроде… в замок первых правителей Города Утренней Зари.

Старый оборотень тяжело вздохнул. Умный и предприимчивый, он быстро просчитал некоторые выгодные ему ходы и задал новый вопрос:

- Где-нибудь эти коридоры выходят на поверхность – кроме замка?

- Никогда в жизни не видел схемы этих подземелий, - покачал головой Мирча. –Знаю о них только из истории города.

- А если… сломать стену в том месте?

Мирча снова покачал головой.

- Стены закреплены магией. В стародавние времена эльфы строили подземелья, чтобы уберечься от страшных врагов, и старались сделать их непробиваемыми. Только эльф может сделать ход сквозь стену. Руки эльфа.

- Тупик… Везде…

Старый оборотень бросил взгляд на умирающего правнука. Лежавшего на полу мага-целителя Тобара, стонущего от боли, взглядом он не удостоил.

…Коридор, в который они свернули и дошли до конца, оказался тупиком. Волчата обегали его и обнюхали, но не нашли даже намёка, что можно продолжить путь.

Маги не поверили. Гарден и Берилл перейдя на глубокое магическое зрение, тоже обследовали тупик и с горечью пришли к тому же выводу.

Что волчишка придумала глупый выход из положения, обвинять Ирму не стали, как она побаивалась. Каждый по-своему представлял, каким может быть выход в таком таинственном местечке, как это. Главное-то, что именно она что-то предложила. Так что, вернувшись из глубокого тупика, уставились на неё же вопросительно. Что дальше?

- Возвращаемся, - скомандовала Ирма. - Проверим второй коридор. Там уж точно будет выход на поверхность, раз здесь не повезло.

Она вела себя так, как будто на поверхности города успела всё увидеть и твёрдо знала, как надо действовать. Что держалась на грани – не показывала, хотя порой слёзы вдруг подступали к глазам (с трудом умаргивала их назад) и хотелось подойти к Вади, чтобы уткнуться ему в подмышку и поплакать. Он взрослее, и она частенько чувствовала его бессловесную поддержку… Даже сейчас.

Её слова взбодрили компашку. Кроме одного его члена, а именно Вади. Когда он, поддерживаемый друзьями, доплёлся до коридорной развилки, он бы упал, не поддержи его Берилл. Тот бросился к нему, когда понял, что двойняшкам не удержать вконец ослабевшего мальчишку-оборотня.

У развилки посидели, отдохнули, выпили взятую с собой воду, благо одна бутылочка из-под молока освободилась. Тармо и Вилл даже сбегали по собственным следам назад, к залу с фонтанчиком и заполнили бутылочку, опустевшую по второму разу.

- Идём во второй коридор! – встала первой волчишка.

Двойняшки вскочили и только было потянулись поднять Вади, как тот, полулежавший, привалившись к стене и держась за живот, осторожно помотал головой на протянутые к нему руки.

- Нет, - прошептал он: говорить ему всё ещё было трудно. – Я… не пойду. Вы идите. А я отлежусь и потом… ладно? Догоню…

- Давай я тебя ещё раз обезболю? – предложил встревоженный Гарден, присев перед ним на корточки. – Тебе сразу станет легче.

- Нет!.. – шёпотом выдохнул Вади. – Не надо… Я ведь помню, что под землёй силы брать негде. А вы ещё тратитесь на магическое зрение в этой темноте… Идите и найдите, а я… Живот очень болит. Разогнуться трудно… А уж идти… Нет. Вы же потом вернётесь.

- Скейты, - предложил Вилл. – Как с Лорой.

- Точно! – обрадовался Тармо.

Ирма подумала и покачала головой, не глядя на заинтригованного Гардена. Мальчик-эльф сообразил, что упоминают любопытную историю, связанную со скейтами.

- Нет. Там Лора была просто слабая, а Вади побит. Не удержим его – если будет падать. Но Вади прав. Зачем ему мотаться туда, а снова потом сюда? Мы оставим его здесь, а когда найдём выход – вернёмся за ним.

Но скейты они всё-таки использовали. Сложили так, чтобы они превратились в единое сиденье, и связали их верёвками двойняшек-оборотней, чтобы не расползались. И усадили на полученный сухопутный плот на колёсиках мальчишку-оборотня. Сначала он возражал, но ему напомнили, что в подземелье холоднее, чем даже в осеннем городе, а ему, побитому, никак нельзя сидеть на холодной земле. И он покорился им. Хотя переход с земли на скейты для него опять-таки оказался болезненным. Пару раз он даже зашипел от боли, пока его поднимали с земли и сажали на импровизированное средство передвижения.

- Сиди здесь и жди нас, - велела Ирма, оглядываясь на него в начале следующего коридора. И шагнула в новую тьму, стараясь не думать о том, каково сейчас мальчишке-оборотню, оставленному в одиночестве и в темноте… Хотя… свечу ему тоже оставили.

Вернулись к Вади быстро. Новый тупик обследовали на огромной скорости и выяснили, что он тоже безнадёжный. Ни малейшей зацепки, чтобы выбраться наружу.

- И что теперь делать? – спросил Берилл. – Ждать, когда нас найдут братство и Селена? До-олго…

- Они нас здесь не найдут, - безучастно сказал Гарден.

- Почему?

- Всё то же самое, что с силой. Мы в подземелье. А магия крови и браслетов работает только на поверхности.

Ирма пригляделась к мальчику-эльфу. Кажется, Гарден начинал сникать и всё больше впадал в уныние. Несмотря на его рассказ о себе, волчишка побоялась, что он вот-вот впадёт в свой ступор – и тогда их компашке мало не покажется. Вади… Потом Гарден. Потащи-ка обоих на себе…

- Вади, тебе придётся потерпеть, - строго сказала она мальчишке-оборотню. – Немного – не бойся. Сейчас мы довезём тебя до зала с водой и там оставим.