— А ты молодец, действительно в технике шаришь, — похвалил капитан своего пассажира. — Я бы даже не додумался искать такое устройство.

— Я сделал по аналогии с капсулами для людей, это не очень сложно, — словно оправдывался Чен. Похвала была ему непривычна от чужих людей, только с профессором он чувствовал себя комфортно.

Капитан ещё раз взглянул на ящик и удобно устроившуюся в нем мисс Чу, а затем направился к пульту управления, по пути пнув Мина в ботинок. Напарник хрюкнул и засмеялся, проследив за ним взглядом. Чен отключил гравитационный ящик и открыл, чтобы кошка могла выйти в любой момент.

На сегодня все дела были завершены, а времени до отбоя оставалось много. Чену неловко было находиться рядом с пультом управления. Всё, что можно было починить, он уже починил, и теперь заняться было решительно нечем, а за окном царила такая непроглядная тьма, что смотреть туда было совершенно неинтересно. Поэтому остаток дня он провёл в спальном отсеке. Ему не был известен график Ифаня, который во время их полета большую часть времени спал. Но сейчас он бодрствовал и Чен отважился заговорить с ним, а биороид с удовольствием эту беседу поддержал. Остаток времени до отбоя они обсуждали проект K.A.I.

🛸

Ночью снова не спалось. Чен проворочался несколько часов, но безуспешно. Сев на кушетке, он протёр глаза и пригладил отросшие за время путешествия волосы, которые теперь касались плеч. На корабле было тихо, даже кошка спала, он тихонько покинул спальный отсек и направился к навигатору.

Согласно заданным координатам, уже через день-два они должны найти скопление ледяных астероидов, а значит, их миссия почти выполнена. Конечно, там может и не быть ничего, в конце концов прошло почти 50 лет, мало ли... Или они обнаружат новую подсказку о том, куда следовать дальше. Хотелось бы первое, но ничего нельзя гарантировать. Даже если путешествие окажется бесплодным, парень о нём не жалел. Ему удалось получить бесценный опыт и многое повидать. Впрочем, он надеялся, что корабль они всё-таки найдут. Если бы профессор Ким желал оставить его без вести пропавшим, он бы его просто уничтожил, но это не так, а значит надежда остаётся. Чен подумал о возвращении на родную станцию и надеялся ощутить радость, но почему-то было немного грустно. Когда всё закончится, люди, ставшие ему близкими за последние два месяца, покинут его. А ведь у них почти сформировалась хорошая команда! Зато начнется новый важный период по возрождению планеты и ему просто некогда будет скучать.

— Хочешь сбить маршрут? — раздался за спиной строгий голос капитана. Чен вздрогнул и резко повернулся к нему лицом.

— Нет, конечно, я просто смотрел, сколько нам осталось до цели.

— Зачем ты это делаешь? — спросил Кай, сунув руки в карманы комбинезона.

— Ты про поиски? Ну я хочу сделать хоть что-то полезное.

— Даже если история тебя не запомнит? А если с тобой случится тоже самое, что с моим дедом? Если тебя объявят предателем?

— Есть такой риск. Я же незаконно покинул станцию и если у нас всё получится, меня могут убить ещё до того, как я успею объясниться. — Чен задумчиво постучал по своим губам. — Но я не боюсь. Если у нас всё получится, точнее когда, потому что я уверен в успехе миссии, даже если меня уже не будет, люди смогут обрести новый дом и выжить.

Кай вздохнул.

— Однажды я читал версию, что люди сами виноваты в уничтожении Земли, за что и расплачиваются. А раз так, мы не заслуживаем нового дома.

— И ты с этим согласен? — хотя Чен уже слышал такое предположение и даже размышлял над ним, но в итоге пришел к выводу, что оно ошибочно.

— Порой мне кажется, что да. Нам стоит смириться и доживать свой век в космосе, пока не умрут последние представители человечества. Ведь даже получив второй шанс мы с почти 100 % вероятностью загадим новую планету и со временем приведем её к гибели.

— Если люди существуют, значит это зачем-то нужно.

— И зачем же?

— Философский вопрос. А философы вымерли. Но я не готов к такому исходу. Я считаю, что люди имеют право на второй шанс, даже если повторят прежние ошибки. Потом они осознают их и исправят.

— Идеалист.

— Виноват. Но я вижу в людях много хорошего, в их устремлениях, в нашей прошлой культуре. У нас на станции и сейчас есть творческие личности, которые по возможности украшают станцию и помогают бороться со стрессом остальным. Но то существование, которое нас ждёт перед гибелью — это пытка и мука. Так не должно быть. Если бы вселенная хотела от нас избавиться, мы бы не спаслись в космосе, не прожили почти 200 лет тут и не получили бы шанс найти проект К.А.I. Но я нашел тебя и мы знаем в какую сторону нам двигаться. Думаешь, это случайность?

— Я не знаю. Это слишком сложно. Наверное, ты отчасти прав. Наверное это всё зачем-то нужно.

Они какое-то время промолчали, раздумывая над разговором и рассматривая голографическую карту.

— Могу я спросить ещё? — поинтересовался Кай.

— Прежде ты не просил разрешения. Что изменилось?

— Я лучше тебя узнал. Вначале я воспринимал тебя просто как источник заработка, ну и немного источник приключений. Вот уж их у нас с лихвой набралось и это явно ещё не конец. Но теперь я узнал тебя лучше. И я не понимаю, что мне с этим делать, — разоткровенничался Кай.

— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, — признался Чен.

— Я сам себя не понимаю. Раньше я бы разорвал контракт и улетел бы к чертям подальше. Но ты сумел меня убедить и даже заинтересовать. Я вдруг понял, что не смогу спать спокойно, пока не увижу этот грёбанный проект моего деда. Ты назвал его гениальным и я не могу перестать думать об этом. И насчёт существования людей тоже. Раз мой дед смог это придумать и воплотить в жизнь, раз планета, как ты утверждаешь, уже запущена и осталось только оживить её, наверное нужно хотя бы попытаться это сделать. Буду ли я жалеть, если откажусь и всё брошу? Буду ли испытывать вину за уничтожение человечества? Ты плохо на меня влияешь, Чен.

Инженер улыбнулся и смущённо потупился.

— Я не специально. Не сразу, поначалу ты меня вообще пугал, но потом я разглядел в тебе... Не знаю, доброту что ли. Ты прячешь её за дерзостью и хамством, но она в тебе есть. Ты заботишься об Ифане, ты не оставил мисс Чу на станции, хотя это было очень рисковано, ты всё-таки согласился искать проект.

— Нельзя выжить среди космических пиратов, будучи добрым. Никому этого больше не говори, иначе мой рейтинг рухнет.

— Не буду. Но ты даже не отрицаешь. Почему ты так не уверен в себе? Почему сперва в штыки принял моё предложение?

— А смысл отрицать, если ты угадал? Знаешь, в отличие от деда, во мне нет ничего хотя бы интересного. Я не умею изобретать, не умею строить, меня не посещают гениальные идеи и я не страдаю от переживаний за чужих мне людей. Ты правильно сказал, в какой-то степени я эгоист и до недавнего времени мне на самом деле было плевать. Мне нравилось так жить. Я вроде как никому не должен и мне тоже никто не должен. Из близких только Мин и Ифань. Ну и мисс Чу конечно. Я бы в любом случае не оставил её на станции. А вот прочие люди... Если честно мне и сейчас по прежнему плевать. Даже если мы все умрём. Они мне никто и я им тоже. Почему я должен думать об общем благе?

— Потому что теперь это твоя миссия. Твой крест, если хочешь. Да, оставленный тебе против твоей воли. Но подумай сам, если бы дед всё тебе рассказал тогда, согласился бы ты добровольно беречь его секрет и продолжать его дело? Смог бы хранить тайну? Опять же, многое мы понимаем в 10 лет?

Кай тяжело вздохнул и снова обратил взгляд на карту космоса. Пару мгновений он молчал, а Чен терпеливо ждал. Наконец капитан заговорил снова.

— Большую часть своей жизни я прожил, злясь на свою семью. Я так и не простил их, не попытался понять и до сих пор не понимаю. Неужели нельзя было использовать другой способ сохранения информации? А если бы я погиб раньше, чем ты меня нашел? Если бы повредил руку и эта карта была безвозвратно утеряна?