— Разве? — оскалился я, выискивая глазами возможную засаду. — Тогда у меня для тебя есть одна мудрая поговорка. Глаза боятся, а руки…

— Из жопы, — мрачно продолжила мечница, скрестив клинки перед собой на манер ножниц. — А если нет, я им сама туда затолкаю!

Сверху казалось, что до лагеря бежать всего ничего, но как всегда перепады высот внесли свои коррективы на местности. Да и скакать через буераки приходилось больше положенного — то по сыпучим камням, то через многочисленный валежник. Расплывшийся оползень то и дело заваливал деревья вокруг себя, некоторые из которых как будто вообще отказывались гнить. Дров там можно заготовить хоть на целую деревню, чем и воспользовались окраниты, окружив периметр подобием лежачего частокола. Ещё не стена, но уже какое-то укрытие.

Оттуда по нам даже шмальнули пару раз в качестве дружеского приветствия, благо никого не зацепили. Как и задумывал Капу, внутри творился форменный бардак, вынуждая светлых рыцарей без толку рвать глотки в попытках организовать подчинённых. Сопротивление пока что имело лишь очаговый характер, и этим грех не воспользоваться.

Я притормозил у очередного валежника, использовав его погрызенный насекомыми ствол в качестве упора. Всё-таки после пробежки тяжело целиться — живая рука так и норовит дрогнуть. Плоть слаба, но всё-таки предпочтительней бездушного металла.

До штабелей впереди наскидку осталось метров тридцать. Вроде бы фигня, только там и засел противник, вынуждая нас прятаться и перебегать от дерева к дереву. Бесполезную чехарду стоило прекращать как можно скорее.

Спустя пару мгновений над сложенными друг на друга брёвнами показался приплюснутый металлический шлем — этакий кухонный половник без ручки. Не самый удобный головной убор, честно говоря. Некоторые любители псевдоисторических игрищ и то в гараже получше сварганят из металлолома и такой-то матери. Но как известно, трудности закаляют дух. А этих болванок окранитские кузнецы могут наклепать за смену целую гору и кучу в придачу.

Ладно, погнали!

Короткий выдох, чтобы успокоить колотящееся в груди сердце, и мой болт с громким треньканьем тетивы отправился проверять кустарную поделку на прочность. Часовой не успел ещё толком высунуться со своей деревянной бандуриной, как ему прилетело точнёхонько в лоб. На таком расстоянии блочный охотничий арбалет дырявит даже кирасу, если попал под удачным углом. Чего уж говорить о железном ведёрке. Голову с торчащим древком мотнуло назад и она скрылась за штабелем. Похоже, что навсегда.

И пока наш единорожек прилёг баиньки, настала пора вновь немного пробежаться. Мимо меня бордовым вихрем пронеслась Двойка, подоспевшая первой к укрытию. Правда, работы для мечницы там не нашлось, а дальше я её не пустил. Ещё не хватало гоняться за часовыми в одиночку. За околицей начиналось практически поле, где даже мелкий кустарник не поленились вырубить. Прятаться там совершенно негде, поэтому выбежавшие на выручку товарищам окраниты быстро превратились в злые подушечки для булавок. Им бы нормальные ростовые щиты, а не пародию на баклер вместо наруча… В ближнем бою такая штука может и выручить, а вот прикрыть хозяина от обстрела ей уже не под силу.

С другой стороны, даже смертельные раны не всегда останавливают человека, если дело не касается головы. А целиться нам приходилось преимущественно в тело. Так что нет ничего удивительного в том, что бойцы разом повернули в нашу сторону. Лишь один подстреленный рухнул на землю с твёрдым намерением не вставать.

Расчёт в принципе верный, ведь арбалет страшен лишь в заряженном состоянии. После выстрела он на несколько секунд превращается в неуклюжую дубинку, а его владелец — в лёгкую добычу. Поэтому оставшаяся на ногах пятёрка воинов имела шансы на успех. Правда, часть из них потеряла прыть из-за посторонних предметов в организме, но здешние люди не чета хлюпким землянам. От какой-то там дырки в брюхе они не умирают, и даже будучи убитыми не сразу с этим мирятся. Сам видел.

Главное успеть добежать, а там уже совсем другие расклады. Часовые для рукопашной сшибки носили короткие копья, а тех-охотники предпочитали короткие клинки, вроде кинжалов. Для почётного харакири, не иначе.

Когда на тебя несётся разъярённый латник с мечом, поневоле занервничаешь. С оружием у рыцарей никаких проблем не наблюдалось — здоровенные прямые клинки, способные посоперничать с топором. Иногда мастеровые затачивают лишь одну сторону на манер гигантского тесака или фальшиона, и от удара этим тяжёлым рубилом не всякая броня спасёт. Толку от того, что у тебя целая шкура, если под ней все кости вдребезги? Вот и я думаю, что никакого.

Однако доблестные воины света не знали, что судьба-злодейка свела их с подлецом и негодяем, которого местная земля с трудом-то носит. Рыцарский кодекс мне не указ, а святош я предпочитаю видеть исключительно в гробу. Поэтому стоило пыхтящим воякам приблизиться на опасную дистанцию, как все мы дружно вскинули запасные орудия, любезно одолженные у часовых и егерей.

Как говорится, от нашего стола — вашему!

Даже я схватил стальную бандурину, которая при каждом выстреле так и норовила вырваться из рук и отбила всю спину во время перебежек. Взвести агрегат Юта не могла при всём желании, даже у меня протез поскрипывал весьма протестующе. Страшная штука. Никакой эргономики, только чистая мощь. Ударная сила болта сбила с ног латника, словно в него из ружья засадили. Остальным тоже пришлось несладко, и лишь у пятого вышло добраться до нас относительно невредимым. Всего с одним штырём в плече и вмятиной на кирасе от рикошета по касательной. Умник вынырнул из-за спин павших товарищей, но врезаться в наш жиденький строй ему было не суждено.

Навстречу последнему герою рванула Двойка, без труда поднырнув под взмах меча. Окранит и глазом не успел моргнуть, как лазутчица уже оказалась у него за спиной. Там тоже защищала броня, но уже далеко не везде. Короткий клинок вакидзаси чиркнул под коленом, опрокинув рыцаря наземь, а удар трезубца в подмышку не позволил ему подняться. Прочих, кто ещё трепыхался, постигла та же печальная участь. Чтоб не мучились.

На этом сопротивление полностью себя исчерпало. Мы спокойно перезарядили оружие, включая запасные стволы, однако больше никто в нашу сторону не ломился. Видать, это были последние патрульные, бродившие в нашей стороне. Остальные могли оббежать чёрный комплекс по дуге и вовсе не попасться нам на глаза.

И какой смысл тогда тут куковать?

Звенело лишь в стороне лагеря, куда и я и повёл нашу застрельную компанию, держась поблизости от деревянных укрытий. Свою задачу мы даже немного перевыполнили, поэтому грех ребятам не помочь. Там вряд ли ждут нашего появления, а риск нарваться на неприятности есть везде. Какой-нибудь залётный егерский отряд мог выскочить из леса в любой момент, и тут уже нам крыть будет нечем. Разве что, пытаться отпугнуть врагов плотным обстрелом, и то не факт, что выйдет.

Спасибо хоть, что этот раз со мной никто спорить не стал — надо так надо. Прогресс налицо. Разгромные победы укрепили боевой дух команды, и даже Иголка не так сильно дёргалась. Меня самого потряхивало, но больше от нервов. Всё-таки налёт осы на медведя это уже не авантюра, больше безумием попахивает. Не сказать похуже. Ну куснём его за нос раз-другой, а дальше?

Однако на окраинах лагеря сомнения начали меня понемногу отпускать. Тут словно безумный комбайн проехал, смяв палатки порой вместе с их обитателями. А уж о тех, кто успел оттуда выбраться, и говорить нечего. Людей очень грубо порубили, несмотря на броню и оружие. Не раз и не два я замечал сломанные клинки, нетрудно догадаться — обо что. А их владельцы валялись рядом, выпотрошенные заживо. Некоторые ещё дышали, непонятно зачем.

М-да, после такого зрелища в копилке фобий у меня совершенно точно зазвенело пополнение. Как там боязнь роботов правильно называется? Хотя, уже не важно.

Побоища встречались мне и раньше, но там я всё-таки чувствовал себя зрителем, а не участником. Да и ревуны действовали слишком прямолинейно, атакуя в лоб. Здесь же прослеживался бездушный расчёт. Пустить в галоп стадо животных, и в этом бедламе планомерно вырезать защитников, одного за другим. При желании я мог бы без труда проследить маршрут Старого, но предпочёл поспешить на звуки битвы.