Это вам, ребята, не работяг с наёмниками в порту резать!

Наши бравые копещики били с дистанции, стараясь сковать или замедлить вражеского бойца. Затем в него либо прилетала кувалда, либо набрасывались девчонки с лёгкими мечами. Изнанка орудовала изогнутой саблей чуть шире стандартной катаны, и ничуть не уступала в скорости Двойке. Вжух-вжух — и у бедолаги подрезаны сухожилия, подрублены ноги, либо вспорота шея. Последнее, правда, случалось редко из-за повального ношения кольчужных водолазок.

Однако любая защита работает лишь до того момента, пока тебя не валят с ног каким-нибудь багром и не затыкивают безо всякого уважения со всех сторон. Доспехи, которые могут сдюжить удар двуручного меча, бессильны против подлого удара трезубцем куда-нибудь в подмышку. Это не кинжал, он и кольчугу может прошить при должном усердии, словно трёхгранный штык. Жуткая штука, сам такую же ношу на поясе.

Тот самый подарок, который страшнее потерять, чем собственную голову.

Лишь в глубине прореженных зарослей кто-то попытался организовать подобие сопротивления, но Шест лихим наскоком располовинил кучку обороняющихся, попутно лягнув одного из противников стальной пяткой. Того будто ветром сдуло, но дальше мне стало не до наблюдений за боем. Вдруг откуда ни возьмись на нас выскочил притаившийся враг. Судя по слою пыли на доспехе, его присыпало в какой-то ямке, где он благополучно отлежался, избежав серьёзных травм. И решил по старой доброй традиции засадного полка вырезать тылы.

То есть, нас.

Расчёт у бородача в глухом шлеме был очень даже неплохой. Я как раз выстрелил в очередного улепётывающего противника, и щёлканье тетивы послужило невольным сигналом к атаке. Боец с рычанием выскочил из своего укрытия и вприпрыжку рванул к нам. На его счастье Мау, скорчившись от боли, не успел перезарядить своё оружие. Инженер сейчас мало что соображал.

Как и большинство коллег, детина в кирасе оказался вооружён мечом. Не каким-нибудь удлинённым вариантом катаны со сложно выговариваемым названием, а полноценным клинком с крестообразной гардой и скошенным остриём. Эль классико. Орудие я опознал моментально, только для удивления времени не осталось. Мечник мог прикончить меня с одного удара, поэтому в него сначала полетел арбалет, заставив отмахнуться, а потом уже грузило на цепочке.

Действовать пришлось наверняка, безо всякого изящества, но к моему облегчению многочисленное железо на мужике сыграло с ним злую шутку. Бедолагу скособочило, затрясло и он грузно упал на камни забралом вниз. А я, скотина этакая, тут же вогнал трезубец в обнажившийся загривок.Саблю не стал даже тянуть из-за перевязи за спиной — в таком состоянии это лишняя потеря времени. Старинный клинок из чудо-сплава может и не сломался бы при неловком ударе по латам, но зачем это проверять?

И уж тем более не стоило заниматься самодеятельностью со взятием в плен «языка». Что мне у него спрашивать? Я и так прекрасно понял, кого только что отправил на встречу со своим небесным покровителем. Если сверху некоторые нюансы экипировки налётчиков можно было списать на совпадения, унификацию и прочее дерьмо, то вблизи никаких сомнений не осталось.

Это никакие не пираты, Ктулху их побери. На полуостров прибыло само воинство Святой Нации. Скорее всего, в лице одного из печально знаменитых отрядов инквизиции. «Зачем?» — вопрос дискуссионный. Можно придумать миллион версий или ограничиться единственно верной — во имя Окрана, конечно же!

— Чтоб вы второй раз подохли, ушлёпки!

Двойка в привычной манере замахнулась было пнуть ближайшее тело, но вовремя успела поймать мой недобрый взгляд. Почти все окраниты носили металлическую броню, и отбить об неё ногу проще простого. Это не мелкий железный крабик, а у нас и без того половина состава так или иначе ранена.

Я не в счёт — отделался лишь царапинами да синяками. Хуже всех пришлось Мау, которого не спасла трофейная кольчуга. Инженер потерял много крови, жаль только постельный режим обеспечить мы не могли. В отличие от него Доска могла передвигаться самостоятельно, а вот воевать в ближайшее время — точно нет. Ей прилетело прямо в грудь, где только-только срослись рёбра после удара ревуна.

Невезучий нагрудник стоило выбросить по-хорошему, только на шека с их анатомическими особенностями очень сложно подобрать броню. Человеческие кирасы не подходили даже бывшей невольнице из публичного дома, которой отпилили большинство костяных отростков. По мне так стало гораздо удобнее, но у них это несмываемый позор, если что.

Хорошо хоть мы лишены предрассудков. А если сыщется когда-нибудь шипастый кандидат, ему тоже придётся принять это правило или проследовать на хрен. Семижильную и неприхотливую воительницу я ни на кого променяю. Что касается Земли… Тут и придумывать ничего особо не нужно. С таким размером груди отбоя от почитателей не будет даже у нас. И пусть только кто-нибудь попробует назвать их извращенцами — она сама обидчиков скрутит в бараний рог.

А пока пусть поправляется.

Самострелы егерей оказались на удивление дальнобойными штукенциями. Это не громоздкие и кое-как отёсанные бруски охранников лагерей, бьющие в лучшем случае шагов на пятьдесят. Дальше стрелку оставалось полагаться только на волю Окрана. Как он пошлёт, так болт и полетит.

А тут явно поработали мастера своего дела, хоть в целом конструкция оставалась более примитивной, чем у нас. Где-то на условный век разница. Про блочный механизм у моего арбалета и говорить нечего — тут совсем другой уровень технологий.

На наше счастье, стрелков оказалось не так уж и много. Мы напоролись на разведотряд, который возомнил о себе слишком много. Я не считал трупы, но в любом случае нескольким удалось бежать. И не стоить забывать о тех архаровцах, что должны были дежурить по ту сторону сопки. Вряд ли они решатся на преследование, а вот вернуться к своим в порт и наябедничать на нас — это запросто.

Двойка тоже узнала старых знакомых, да и Шест подтвердил наши нехитрые предположения. Самурай по долгу службы не раз и не два сталкивался с главными врагами Союзной империи, поэтому мог вычислить их по одной только манере сражаться. Он и подсказал, что это именно разведчики, усиленные малым взводом пехоты. Типичный рейдовый отряд егерей, который с одинаковым успехом может вырезать мирную деревеньку или выследить группу неверных в труднопроходимой местности. Тех же изгоев, например.

Гоняться по лесу за недобитками у меня не было ни малейшего желания. Хотя прорывающаяся из глубин души кровожадность требовала забить каждого в землю по самые брови. Но благоразумие всё же взяло верх. Чем быстрее отсюда свалим, тем лучше. А им всего хорошего — объясняться с паладинами или не приведи Окран с инквизитором.

То же касалось и сбора трофеев, но сразу стартануть прочь от сопки не вышло из-за раненных. Остальные же от безделья принялись обшаривать трупы. Так отряд обзавелся свежим перевязочным материалом, несколькими балахонами, кое-какой бронёй, а так же дефицитной провизией. Окраниты даже таскали при себе копчёное мясо и сухари с кусочками вяленых фруктов. С чаем просто объедение, а вот всухомятку можно и зубы ненароком обломать.

Я участие в мародёрке не принимал, предпочитая сидеть повыше и высматривать возможную угрозу. Прямо как гордый орёл. Поэтому спешащий ко мне Хоп невольно заставил напрячься. Крестьянину распороли плечо и бок, но в целом он достойно орудовал своим странноватым топором на палке. Юта его наскоро заштопала и занялась куда более травмированными бойцами.

— Там этот… — задыхаясь после подъёма выпалил бывший невольник. — С молотком… Нашёл чего-то…

Разумеется, речь шла о Молотильщике. Неугомонный наёмник отделался лишь несколькими вмятинами на броне, а сам забил не меньше десятка окранитов. Да, большая часть противников пострадала от обвала, но ратный подвиг это умаляло не сильно. Командира мечников он зашиб ударом железного кулака, смяв ему шлем вместе с черепом, когда тот блокировал кувалду. После такого бросились наутёк даже те, кто собирался драться до последней капли крови.