— Классная штука, если нужно возиться с какой-нибудь мелочёвкой, вроде проводов, — пояснил он, перехватив мой осуждающий взгляд. — У меня такие были, но разбились.

— Двадцать тысяч кат, — тут же подсказал старый крохобор.

— Можете затолкать их себе поглубже, — посоветовал я ему. — Нам нужна медицина. Кислота с разбавленной Панацеей, высокой концентрации.

— По десятке отдам. Дешевле никак, совсем немного осталось…

Понятное дело, что речь шла всё о тех же тысячах. Мне, конечно, приятно вновь чувствовать себя сыном миллиардера, но наш бюджет и так схуднул до неприличия. В Стоате я целую бутыль мог купить за пару сотен, а не жалкую мензурку. Обдираловка…

Но в голове против воли засели слова инженера, и вскоре я уже сам крутил очки в руках. Потом и вовсе нацепил их на лицо. Линзы вращались с приятным слуху металическим щёлканьем, усилия резкость или наоборот всё размывая. Ну чисто анти-стресс, по цене крыла от самолёта.

Поигравшись немного, я подозвал к себе Юту и вручил ей девайс, чтобы кое-что проверить. Поначалу она не поняла моей задумки, пришлось всё делать самому. С настройкой помог Мау, догадавшийся о моих намерениях куда быстрее остальных. И уже где-то через минуту наша медработница запищала, как маленькая девочка, мотая головой в разные стороны до головокружения.

— Я всё вижу! Вижу!

— Поздравляю, — буркнул я, смирившись с новыми расходами.

— Тридцать тысяч, — кукарекнул продавец, но осёкся от моего взгляда.

— Скажи-ка, уважаемый, у тебя в роду долгожители были?

— А с какой целью…

— Просто так, — передёрнул я плечами. — Интересно вдруг стало, вдруг ты тоже хочешь?

— Хорошо-хорошо, сбавлю до двадцати пяти в честь общей покупки.

— Пятнадцать. Иначе она вообще не состоится. Мне проще каты в море выбросить.

— А как же ваша спутница?

— Перебьётся.

От моего ледяного тона девушка по старой памяти съёжилась, в точности как у профессора Шаана. Лавочник прекрасно читал язык тела и предпочёл остановиться на прежних двадцати тысячах. Лучше синица в руках, чем гриф на груди. Ну или православный ворон. В общем, договорились.

В итоге я просадил чуть больше полусотни, ничего толком не взяв. Но хотя бы вынудил крохобора доставить покупки по адресу. Ещё не хватало нам таскать тюфяки с ящиками для продовольствия, пусть лучше охрана разомнётся.

Большую часть из этого добра я планировал протащить и на корабль. Даже если придётся кого-то из экипажа отправить рыбам на корм. Из всех покупок оставил лишь обувь, переобувшись прямо в лавке, и вернул Юте дымчатые очки. Хорошо хоть не розовые.

А из мелочёвки, взятой на сдачу, глядишь, получится соорудить нормальную капельницу для быстрого переливания «масла». У нас осталось ещё где-то с половину бурдюка, и отдавать его вместе с ревуном я не собирался. Достаточно того, что пожертвовал часть поломанному разведчику.

Нельзя сказать, что вместо благодарности нам в руку смачно харкнули, но почему-то впечатление именно такое…

— С-спасибо! — донеслось откуда-то сбоку, прервав мои размышления.

Юта не знала, куда себя деть, разрываясь от противоречивых чувств. За дымчатыми линзами блестели глаза, до краёв полные слёз. Я ободряюще улыбнулся, похлопав её по худенькому плечу.

— Ну, как ощущения?

— Будто из воды вынырнула! Всё такое… резкое!

— Говорил же, крутая вещь, — пробормотал смущённый Мау. — Их как раз тех-охотники мастерят где-то у себя в цехах.

— Возьмём и тебе, не переживай, — пообещал я. — Но за нормальные деньги, когда всё утрясётся. А ей они нужнее.

— Хотите взять меня с собой? — сообразила девушка.

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Посмотрим сначала, кого нам нужно будет провожать.

— Я г-готова! — выпалила она, неуклюже прижавшись ко мне сбоку. — С вами, хозяин, мне н-ничего не страшно!

— Прекращай меня так называть, — поморщился я. — Ты не моя рабыня, запомни уже наконец. Я твой командир, и могу тебя отпустить, если возникнет желание.

— Ну уж нет, к-куда я одна пойду? — замотала Юта головой, растрепав серебристые волосы. — М-меня опять закроют и посадят на цепь… Н-не хочу!

— Но с нами опасно, — напомнил я.

— З-здесь везде опасно, в любое время, — поёжилась она. — А тех, кто з-забывает об этом, ждёт смерть!

Я не нашёлся, что бы ей на это возразить.

В качестве завершения культурной программы, вечерком я решил сходить в баню. Не метафорически, а в самую настоящую купальню с парком и прочими прелестями. Даже девочки имелись — за стенкой, что меня полностью устраивало. Я сюда не за этим пришёл.

Омываться тропическим дождиком весело и необычно, но только в первый раз. Потом как-то начинает надоедать. Мы и так уже одичали до той степени, что самые базовые удобства воспринимаются императорской роскошью. Батюшки святы, уличный сортир! Простите, местные лопухи, но вы меня натурально успели задрать. И пока нас не отправили обратно в глушь, стоило немного себя побаловать.

Помывочная звёзд с неба не хватала, отличаясь от прочих лишь специфическим составом воды. И не пресная, но и не морская — нечто среднее, слабо солёное. Видимо, сказывалась близость побережья, а пробурить нормальную скважину контрабандисты не смогли. Или не посчитали нужным. Для питья жидкость не годится, поэтому здесь пользовались всё теми же дождесборниками, благо с осадками всё в порядке. А добытую влагу потом чаще всего разбавляли вином. И пьётся веселее, и цвет приятный.

Техническую же воду нагревали самым примитивным образом — раскалёнными камнями. Не уверен, что кипятильные тены долго бы протянули в этом рассоле. Да и электрификацией могли похвастаться далеко не все здания. Ветряки на скалах не ставили ради пущей маскировки, поэтому вся нагрузка возлагалась на несколько топливных генераторов. Те заправлялись чем-то вроде биодизеля, который чадил куда сильнее обычных нефтепродуктов. Наверное, всё дело в низкой очистке, хотя и тут есть о чём призадуматься.

Значит, вы умеете делать из компоста топливо, да и нефть кое-где подсасывать на старых месторождениях, а нормальное оружие — нет? В скудоумие местных кулибиных как-то не особо верится. Тот же Мау вполне способен сварганить чего-нибудь эдакого прямо на коленке. Из подручных материалов он соорудил петли для люка, дабы тот не падал на голову взбирающимся на крышу, и теперь по моей просьбе пыхтел над улучшением протеза. Давно хочу, чтобы грузило не просто выскакивало из паза, а хоть немного летело в нужную сторону. Даже пружины купил по его просьбе.

Неужели за столько лет никто бы не додумался, как сделать ту же пневматическую турель более мобильной? Не говоря уже о взрывчатых веществах и огнестреле. Объяснение тут может быть только одно — к таким умникам сразу же стучатся вежливые ребята из Университета и просят больше так не делать. Других кандидатов на ум почему-то не приходит. Остальным большей частью плевать, у них другие заботы.

Забавно, что организация, которая вроде бы ищет забытые технологии, на самом деле тормозит прогресс цивилизации. А их просвещение и техническая помощь всего лишь жалкая подачка Союзной империи, дабы та совсем не одичала. Со Святой Нацией и шеками всё проще — они сами жуткие консерваторы. Остаются рои, которые из металлолома потихоньку мастерят дешёвые аналоги протезов. А что там у них внутри творится — никто доподлинно не знает. Даже самые отчаянные торговцы предпочитают взаимодействовать лишь с пограничными ульями.

Интересно там побывать самому, но слишком уж они далеко. Южные чуть ближе, но не столь гостеприимны, и находятся в состоянии холодной войны с империей. Чего они там не поделили никто уже не помнит, но взаимные набеги происходят регулярно. Поэтому выходцы оттуда крайне редки, вроде Сапфира или легендарного капитана Вырвиглаза.

Стоило вспомнить про выкупленного из рабства роя, как мысли тут же перескочили к более приземлённым вещам. Как там наша башенка в Стоате? Выполнила ли Камура своё обещание приглядеть за оставшимися в городе? Учитывая нападения в пустыне и даже в столице, за нас взялись всерьёз. Поэтому поводов для беспокойства хватало. Начнёшь всё вспоминать — точно заработаешь невроз.