Он ничего не делает, чтобы остановить меня, когда я сдергиваю простыню и бросаю ее на пол.

Я не могу перестать смотреть, как выпуклость в его черных трусах становится еще больше под моим взглядом.

И он не останавливает меня, когда я тянусь к поясу трусов. Я замираю, ожидая, что он что-то скажет, но он молчит. Может, это мое воображение, но на мгновение мне кажется, я могу видеть, как пульс на его шее бьется так же быстро, как и мой.

Когда я освобождаю его член, он стоит напряженно по стойке смирно, пульсируя, будто умоляя о моем прикосновении.

Я облизываю губы.

Мне нужно перестать думать об этом и сделать это, прежде чем я потрачу еще две недели на мечты об этом.

Прежде чем я успеваю передумать, я поднимаю майку через голову и обнажаю перед ним грудь.

Рот Эрика раскрывается, и я вижу, как он сжимает кулаки по бокам. Однако он не тянется ко мне, что вызывает у меня странное волнение.

— Оставайся именно так, — говорю я ему.

Стягивая пижамные шорты с бедер, я стою перед ним обнаженной, сердце колотится в груди. Сейчас или никогда.

Я осознаю, насколько моя киска влажная, когда взбираюсь на него и сажусь верхом на его бедрах. Воздух ласкает мою влажную щель, и я тихо стону, когда головка его члена касается моих скользких складок. Он такой большой, а его тело такое широкое, что между нами нет зазора, хотя я все еще на коленях.

Мне приходится подняться на ступни, чтобы приподняться достаточно, чтобы взять его член в руку и направить кончик к своему входу.

Он смотрит с изумлением, как я вожу им по своему чувствительному месту снова и снова, пока не истекаю влагой.

Боже, как я этого хочу.

Я уже предвкушаю твердое ощущение его скольжения внутри меня, когда опускаюсь на него. Несдержанное проклятие вырывается из его губ, когда вся головка погружается внутрь.

Он толстый, и прошло много времени. Чем больше я стараюсь, тем труднее становится, пока я не сжимаюсь вокруг него так туго, что начинается жжение.

Он такой огромный.

Я хочу этого, но не думаю, что получится. Я вижу напряжение в мышцах его шеи, его напряженное выражение лица, но он делает то, о чем я просила, и не двигается.

Я все порчу, как и в прошлый раз. Так что я делаю единственное, что могу придумать в этот момент. Я сползаю с него и позволяю его толстому члену упасть тяжело на живот. Затем, расслабляясь, сажусь на него, и моя скользкая киска касается всей длины его члена.

Я пробно покачиваю бедрами. Он твердый и горячий, и между моих ног его член ощущается потрясающе, когда я нахожу угол, при котором кончик касается основания моего клитора.

Я стону.

Будто боясь разрушить чары, он наблюдает без слов, позволяя мне делать с ним то, что я хочу.

Моя киска пульсирует от потребности. Не могу вынести мысли о том, чтобы сейчас остановиться. Поэтому вместо этого я использую его тело как игрушку, скачу на нем, пока не начинаю страдать от потребности в разрядке, скольжу по скользкому месиву, которое я устроила на его члене.

Я уже чувствую давление нарастающего оргазма, угрожающего захватить меня. Благоговение, которым он наблюдает за мной, приближает меня к краю еще больше.

Он ничего не делает, просто лежит в тусклом свете, ожидая, чтобы я его использовала как свою игрушку. Прилив власти, который я чувствую, заставляет мою киску сжаться, и мне снова хочется, чтобы я могла принять его.

Эрик стонет, когда я ускоряюсь. Мое дыхание становится быстрым и прерывистым, а пот струится между грудями.

Ноги устали, но я не хочу останавливаться. Я упираюсь руками в его грудь и беру от него то, что мне нужно, снова и снова. Этого все еще недостаточно. Хотя ощущение его выпуклого члена, ударяющего по тому сладкому месту, — блаженство, этого недостаточно, чтобы столкнуть меня за край.

Отчаявшись, я откидываюсь назад, держась за его мускулистые бедра, ищу другой угол.

Эрик стонет, и подо мной его бедра дергаются.

Когда этого все еще недостаточно, я издаю рычание разочарования.

Это должно сработать. Мне нужно, чтобы это сработало. Мне нужно стереть воспоминание о последнем разе, когда я была близка с мужчиной.

— Прикоснись ко мне!

Эрик замирает. Это лишь делает меня более отчаянной.

— Прикоснись ко мне, — я хватаю его большую руку и кладу себе на клитор. В тот момент, когда его большой палец нажимает, я чувствую это всем телом. Мое напряжение мгновенно спадает, даже несмотря на то, что моя пизда сжимается.

Низкий, гортанный звук исходит от Эрика.

— О, блять. Инесса, ты такая красивая. Твоя киска так приятно ощущается.

— Продолжай, — мой голос звучит сдавленно. Я скачу на нем как одержимая.

— Да. Сейчас. Только это так хорошо. Я сейчас…

— Не смей! — я бросаю на него яростный взгляд.

Он содрогается и стискивает зубы.

— Не буду. Продолжай. Не буду.

Я скачу на нем, пока это не захватывает меня полностью.

Пока я не содрогаюсь в оргазме. Мои бедра дрожат. Влага хлещет из меня и покрывает его член.

Когда я снова поднимаю голову и гляжу на него сверху вниз, он завороженно смотрит. Рука на моем клиторе дрожит.

— Пожалуйста, Инесса.

Моя киска сжимается.

Он скулит.

О, мне это нравится. Я снова вращаю бедрами.

— Ты хочешь кончить?

— Да. Да, пожалуйста.

Снова наклоняясь вперед, я приближаю наши лица и смотрю на него, пока снова набираю темп.

— Ты кончишь, Эрик? Я хочу, чтобы ты кончил.

Я хватаю его руки и прижимаю их к матрасу. Затем трусь своей киской о него, пока не чувствую, как он срывается.

Зажатый между моей киской и его телом, член пульсирует. Эрик издает долгий низкий звук.

Затем его руки сжимают мои пальцы, и он содрогается подо мной, извергаясь. Его семя брызгает, собираясь лужей на животе и груди. Белое и густое, оно стекает в пупок и образует маленькие капельки вплоть до ключицы.

Я замедляю движения, давая ему достаточно, чтобы последние всплески удовольствия спали.

Мы оба замираем.

Затем его глаза расширяются, и он смотрит вниз на себя.

— Ах, прости за беспорядок.

— Все нормально. Я уберу.

— Нет, Инесса. Подожди! — я уже перекидываю ногу через него, чтобы слезть, но он просто поднимает меня и ставит на пол. Затем встает. — Давай я.

Хотелось бы мне сказать ему, что это не мое настоящее имя. По какой-то странной причине это кажется важным сейчас. Но беспорядок, который он устроил, стекает по его животу, да и вообще, это не по-настоящему. Сейчас речь лишь о том, чтобы убедиться, что эта сделка выгодна и ему тоже, пока она длится.

Он приносит полотенце и убирается. Когда он предлагает вытереть и меня, я позволяю, ожидая момента, когда застыну, но он так и не приходит. Мне нравится, как он мягко касается меня своими огромными зелеными руками. Мне нравится, как он обращается со мной, как с принцессой, никогда не возлагая на меня никаких ожиданий. Это лучшее из всех миров.

На самом деле, есть не так уж много того, что мне не нравится в моем монстре-женихе.

Когда я возвращаюсь в спальню после сказанного шепотом «спокойной ночи», я ловлю себя на мысли, что хотела бы пригласить его пойти со мной.

13



Эрик

Я просыпаюсь с улыбкой на лице. Не знаю, что заставило Инессу прийти в мою кровать посреди ночи, но я, конечно, рад, что она это сделала.

Полагаю, она начинает мне доверять.

Я насвистываю, нарезая фрукты для ее фруктового салата. Сегодня я добавляю небольшую ложку йогурта и посыпку из поджаренных орехов сверху для дополнительного изящества. Я забыл сказать ей, что вчера для нее пришло письмо от USCIS. Я кладу его рядом с ее тарелкой, чтобы она увидела, когда проснется.

Я уже закончил свой завтрак, когда дверь спальни открывается, и она выглядывает наружу. Твикси проскальзывает мимо, яростно виляя хвостом, чтобы укусить меня за пятки, пока я не ставлю на пол миску, наполненную собачьим кормом.