— Ты думаешь, я Тайгер Смит? Вы думаете, я убил эту женщину, когда учился в колледже, и связался с Счастливчиком Тони? — Его лицо исказилось в уродливой гримасе. Алекс подозревал, что именно такой взгляд был последним, что увидела Джанет Харгрейв. —  Я заберу у тебя значок за это, — сказал Смит Дэнни, а затем повернулся к капитану. — И это ты руководишь департаментом? Я позвоню мэру, и ты лишишься всех своих должностей».

— Простите, — перебил его Дэнни. — Я не хотел намекать, что мы подозреваем вас в том, что вы Тайгер Смит».

Алекс толкнул Лесли локтем.

— Смотри, — прошептал он.

Окружной прокурор, казалось, собирался что-то сказать, но Дэнни открыл папку, которую держал под мышкой, и бросил на стол Смита фотографию.

— Это фотография команды, выигравшей чемпионат по крикету в 1910 году, — сказал Дэнни. Он указал на фотографию. — Это вы. Мы не подозреваем вас в том, что вы Тайгер Смит, мы это знаем.

— Это не я, — настаивал Смит. — К тому же я играл не в крикет, а в бейсбол.

Он указал на рамку с призом за своим столом, в которой лежали бейсбольный мяч и бита.

— Да, — сказал Дэнни. — Я читал об этом в статье о вас в «Таймс» на этой неделе. Но потом один британский врач рассказал мне кое-что интересное. Он сказал, что мы, американцы, постоянно путаем бейсбол и крикет».

Дэнни заглянул в папку и достал вторую фотографию, которую ему дал Алекс. Ту, что сопровождала статью о окружном прокуроре в «Таймс».

— Это вы за своим столом, — сказал Дэнни. — Тоже хорошая фотография. Особенно мне нравится ваша спортивная коллекция. Вы заметили, что она немного отличается от нынешней. Конечно, это было до того, как вы использовали крикетную биту, висевшую на стене, чтобы убить Эндрю Мэтисона. Я хочу сказать, что вы не могли просто взять и повесить на стену орудие убийства, но репортёр ошибся с видом спорта, поэтому вы просто повесили бейсбольную биту и сказали, что всё в порядке.

Окружной прокурор Смит побледнел, но Алекс видел, что его адвокатская смекалка работает на полную катушку.

— Это ничего не доказывает, — сказал он.

— Полагаю, присяжные будут думать иначе, — сказал шеф.

— Есть ещё кое-что, — сказал Дэнни, оглядывая коридор в поисках Алекса. Алекс кивнул ему в ответ, и Дэнни снова повернулся к окружному прокурору. — То письмо, которое Джанет отправила Мэтисону. В котором она писала, что должна встретиться с вами в парке, чтобы порвать с вами.

— О чём вы говорите? — спросил Смит, вложив в свой голос всё презрение, на которое был способен.

— Вы не нашли его, когда обыскивали номер Мэтисона в отеле, — продолжил Дэнни, как будто Смит ничего не сказал. — Оказалось, он отправил его по почте тому, кому доверял. Тому, кто, как он знал, не даст вам уйти, если с ним что-то случится.

Дэнни театрально взмахнул рукой, и в комнату вошел гость Алекса.

— Уверен, вы помните детектива Махони, — сказал Дэнни.

Махони был в своем лучшем костюме, в руках он держал письмо Джанет. Он положил его на стол окружного прокурора и отошел в сторону.

— Здесь все написано, — сказал он, сверля Смита взглядом. — Все так, как сказал офицер Пак. Почерк самой девушки. Я бы узнал его где угодно, даже спустя столько лет».

Бывший детектив Махони удивился, увидев, как Алекс и Джаред подъезжают к его дому в Квинсе. Еще больше он удивился, обнаружив в почтовом ящике письмо от Мэтисона. Когда Алекс объяснил, что случилось с Джанет много лет назад и что им нужен Махони и его письмо, чтобы засадить Смита за решетку, Махони ухватился за этот шанс.

— Не думаю, что у присяжных возникнут сомнения в правоте этого письма, — сказал Каллахан. — Вы хотите что-то сказать, мистер Смит?»

— Я заберу у вас значок за это, — прошипел Смит. — У всех вас.

Каллахан достал наручники и шагнул вперед.

— Я получу от этого удовольствие, — сказал он. — Разворачивайтесь, вы арестованы.

— Лейтенант, — сказал Дэнни, протянув руку, чтобы остановить Каллахана. Лейтенант вопросительно посмотрел на Пака, но Дэнни кивнул в сторону Махони. — По-моему, это наручники детектива Махони.

Каллахан кивнул и передал наручники Махони, который ухмыльнулся.

— Я долго ждал, когда свершится правосудие в отношении Джанет, — сказал он, защелкивая наручники на Смите. Он толкнул окружного прокурора в руки двух полицейских, которые вошли в комнату. «Отвезите его в участок и заприте».

Окружной прокурор Эддисон Смит выглядел так, будто вот-вот взорвется от ярости, но он заткнулся и просто сверлил взглядом всех вокруг, особенно Дэнни, пока его уводили.

— Отличная работа, офицер Пак, — сказал капитан. — У меня на столе лежат документы о вашем повышении. Я подпишу их, когда вернусь. У вас есть костюм?

— Да, сэр, — ответил Дэнни, даже не пытаясь скрыть радость.

— Что ж, идите домой и приведите себя в порядок, — продолжил шеф. — Утром явитесь к Каллахану, детектив.

— Спасибо, шеф, — сказал Каллахан. — Я возьмусь за него.

— Смотри, чтобы взялся, — сказал шеф, пожал руку Дэнни, Каллахану и, наконец, Махони, после чего вышел вслед за офицерами.

Алекс подождал, пока капитан уйдет, и только потом вошел в кабинет вместе с Лесли и Джаредом.

— Молодец, парень, — сказал Каллахан. — Ты и твой друг-писатель».

— Спасибо, босс, — ответил Дэнни.

— А что с головорезами Касетти? — спросил Алекс.

— С ними проблем не будет, — ответил Каллахан. — Теперь, когда Смит под арестом, у Касетти появились дела поважнее. Кроме того, мы взяли его продажного копа, так что он знает, что мы его раскусили. Он не станет рисковать и затевать войну с полицией, охотясь за Дэнни.

Дэнни, похоже, вздохнул с облегчением, услышав это.

— Отдохни сегодня, — сказал Каллахан, — но утром не опаздывай».

Дэнни пообещал, что не опоздает, и Каллахан направился к двери, жестом пригласив Алекса следовать за ним.

— Неплохо, мистер Локерби, — сказал он, когда они вышли в коридор. — Полагаю, вы сыграли в этом деле более важную роль, чем вам кажется.

Алекс поднял руку, словно давая клятву на Библии в суде.

— В основном это заслуга Дэнни, — сказал он. — Клянусь честью.

— Да, — сказал Каллахан. — И, полагаю, тот факт, что вам нужно было, чтобы он надавил на скупщика, тут ни при чем?

— Я был... заинтересован в том, чтобы помочь.

— И, полагаю, после того, как Дэнни добился для вас желаемого, вы решили, что неплохо было бы иметь в отделе друга, да еще и в звании детектива.

— Вы очень циничны, лейтенант, — сказал Алекс, изображая обиду. — Мне нравится Дэнни, и он сообразительный. Из него выйдет хороший детектив.

— Согласен, — сказал Каллахан, — иначе я бы не позволил ему вести это дело для шефа. Тем не менее я бы не хотел, чтобы ты крутился под ногами и вмешивались в дела полиции. Договорились?

— Честное слово, — солгал Алекс. Он чувствовал, что его связь с Дэнни будет выгодна им обоим, и не собирался от нее отказываться. Кроме того, если бы он это сделал, это могло бы расстроить Эми, а на такой риск Алекс идти не хотел.

Каллахан, казалось, пытался прочесть мысли Алекса. В конце концов он сдался.

— Прощай, писака, — сказал он, надевая шляпу. — Думаю, больше мы с тобой не увидимся. С этими словами здоровенный лейтенант просто развернулся и пошел к лифту.

Алекс проводил его взглядом, а затем вернулся в кабинет. Джаред расспрашивал Дэнни и детектива Махони об убийстве Харгрейва и смерти Эндрю Мэтисона двадцать лет спустя. Алекс помахал Дэнни и вышел в коридор.

— Так вот какой ты частный детектив? — спросила Лесли, не переставая улыбаться своей улыбкой на миллион долларов.

— Нет, — признался Алекс. — Обычно я упрямый сукин сын.

Лесли рассмеялась, явно не поверив ему.

— Ты проделал потрясающую работу, — сказала она. — Уверен, сегодня ты выспишься.

— Так и будет, — согласился Алекс, вспомнив предыдущую беспокойную ночь на диване. — Но не сейчас. Мне нужно сделать еще пару дел.

Было уже за полночь, когда Алекс постучал в дверь убогой подвальной квартиры на окраине Гарлема. Через пять минут он постучал снова, на этот раз чуть громче. Он не хотел шуметь в такое время, чтобы не разбудить управляющего домом, чья квартира находилась чуть дальше по коридору.