Он посмотрел на Алекса, словно ожидая, что тот уйдет, и, похоже, удивился, когда тот этого не сделал.

— Что? — спросил он. — Я занятой человек.

— Ты не можешь привести Дэнни, — сказал Алекс, доставая револьвер за ствол и кладя его на стол Каллахана. — Сначала тебе нужно кое с чем разобраться.

Каллахан перевёл взгляд с Алекса на пистолет и обратно.

— Где ты это взял? — спросил он угрожающим тоном.

— Один из тех громил из переулка обронил его, — ответил Алекс. — Здоровяк, ростом выше шести футов, я не разглядел его лица.

Каллахан сжал руки в кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев.

— Спасибо, что обратил на это моё внимание, — сказал он ровным, едва сдерживаемым голосом. — Дальше я сам разберусь.

— Вы уверены, что не хотитее, чтобы я помог? — спросил Алекс, указывая большим пальцем на коридор. — Там много копов.

Каллахан достал из-под пиджака табельное оружие и положил его на стол рядом с револьвером, который принёс Алекс.

— В этом году департамент получил новое оружие, — сказал он. — Эти револьверы с красными рукоятками, новые. Пока что они есть только у детективов и высшего руководства.

— И вряд ли высшее руководство отправило отряд громил, чтобы схватить Дэнни, — сказал Алекс.

— А теперь, — сказал Каллахан, вставая и убирая пистолет, — мне нужно поработать. Когда закончу, я приду за Дэнни. Один. Передай ему это.

Алекс кивнул.

— Передам.

Он повернулся к двери, но Каллахан окликнул его.

— Ты и плохие новости, похоже, неразрывно связаны, — сказал он. — С этого момента держись подальше от полицейских дел, понял? Я больше не хочу тебя видеть.

Алекс почувствовал, что сжимает поля шляпы, и разжал руку. Он натянул на лицо сардоническую улыбку и повернулся к огромному детективу.

— Раз уж мы такие честные, позволь мне сказать, что если с Дэнни или его сестрой что-то случится...

— Да? — сказал Каллахан, бросая Алексу вызов и требуя, чтобы тот закончил фразу.

— Ты меня не увидишь... Фрэнсис. — Алекс надел шляпу и вышел, оставив лейтенанта в ярости. Руки у него задрожали только в лифте, когда он спускался в вестибюль.

Офис «Нью-Йорк Таймс» находился к юго-западу от Центрального вокзала Манхэттена, поэтому Алекс поймал такси и приехал туда как раз вовремя, чтобы встретиться с Лесли. На ней была красная шелковая блузка с белым жакетом, темная юбка до колен, чулки и туфли-лодочки. Она собрала волосы в пучок, уложив локоны рыжевато-русых волос на макушке, и накрасила губы своей обычной рубиновой помадой.

— Достаточно шикарно для тебя? — спросила она, когда Алекс подошел к ней.

— Ты справишься, — ответил он.

— С чем?

Алекс предложил ей руку, и она взяла ее.

— Что мне действительно не помешало бы, так это сигарета, — сказала она, с надеждой глядя на него.

Алекс достал пачку, поднес ее к губам, достал сигарету для себя, а потом протянул Лесли последнюю из своего драгоценного запаса. Он остановился, чтобы прикурить от спички, а затем повел ее через вестибюль здания «Таймс.

— Я ничего не нашел о Карлтоне Пирсе в газетном архиве библиотеки, — сказал он. — Но это не значит, что он призрак. Если он вращается в тех кругах, где бывают богатые люди, то кто-то должен его знать.

— Ты хочешь расспросить репортеров, которые пишут о светской жизни? — предположила Лесли.

Алекс рассмеялся.

— Не совсем, — сказал он. — Хочешь верь, хочешь нет, но репортеры ненавидят частных детективов даже больше, чем копы. Наверное, они видят в нас конкурентов. В любом случае они вряд ли мне что-то расскажут, но...

Лесли одарила его улыбкой на миллион долларов.

— Но они могут помочь попавшей в беду девушке, — сказала она, изображая южный акцент.

— Именно, — ответил Алекс.

Они сверились с планом здания, а затем на лифте поднялись в кабинет редактора светской хроники. В закрытом кабинете за столами сидели с десяток человек. В отличие от кабинета Каллахана, здесь не было окон, а на двери красовалась табличка «Редактор». Алекс немного удивился, увидев среди мужчин, которые обычно доминировали в газетной среде, несколько женщин.

— Ладно, — сказал он, отводя Лесли в сторону. — Будешь притворяться секретаршей кого-то из тех, кто работает над материалом. Скажешь им, что тебе нужно собрать информацию о Карлтоне Пирсе, что он какой-то светский лев.

— И это всё? — недоверчиво спросила Лесли.

— Почти, — ответил Алекс.

— А что мне делать, если они спросят, на кого я работаю?

— Они не спросят, — заверил её Алекс. — Просто выбери кого-нибудь из этих неопрятных на вид раздолбаев. Они захотят, чтобы ты подольше с ними пообщалась, и будут с тобой разговаривать.

— А, — сказала Лесли с ухмылкой, явно поняв, в какую игру играет Алекс. Она подняла руку и расстегнула блузку, потом подумала и расстегнула ещё одну пуговицу. — Вот так? — спросила она.

Алекс кивнул, стараясь не пялиться на открывшуюся часть её груди. Почувствовав, что зрительный контакт будет безопаснее всего, он встретился с ней взглядом, и она ему подмигнула.

— Сейчас вернусь, — сказала она.

Пройдя через весь кабинет, она направилась к лысому пухленькому мужчине в помятом костюме, который стучал на пишущей машинке. Когда Лесли подошла к нему, его лицо заметно посветлело, и он подался вперед, подперев рукой подбородок, пока она с ним разговаривала. Алекс не слышал, что она говорила, но лицо мужчины приобрело растерянное выражение. Он достал из стола тонкую папку и пролистал ее, но в конце концов покачал головой. Затем он встал и, шаркая ногами, поспешил к другому столу, яростно что-то шепча его владельцу. Так продолжалось минут двадцать. В конце концов лысый мужчина вернулся и сообщил Лесли, что, очевидно, потерпел неудачу. Она поблагодарила его и пошла обратно к Алексу в сторону лифта. Лысый мужчина смотрел ей вслед, пока она не свернула за угол.

— Никто не слышал о Карлтоне Пирсе, — сказала она.

Алекс хотел ее успокоить, хотя и не знал, как именно, но тут из-за угла выскочил лысый мужчина. Увидев Алекса, он замер, но желание помочь прекрасной Лесли пересилило все подозрения, которые у него могли возникнуть.

— Я, э-э, — начал он. — Я кое-что придумал. Джаред Уотсон пишет для спортивной рубрики, но у его семьи хорошие связи. Он из богатой семьи. Возможно, он знает вашего мистера Пирса.

— Какой же вы милый, — сказала Лесли, похлопав его по руке. — Я пойду спрошу, может, он сможет помочь. Спасибо.

Лысый мужчина просиял.

— Если я могу еще чем-то вам помочь, — сказал он, — не стесняйтесь, обращайтесь.

Лесли пообещала, что не будет, и мужчина ушел. Поскольку ни один из них не знал, где находится спортивный отдел, Алекс остановил встревоженного мужчину с охапкой корреспонденции и спросил дорогу.

Джареду Уотсону было чуть больше двадцати, у него были зачесанные назад волосы и безупречный костюм. В отличие от сотрудников отдела светской хроники, у него был собственный кабинет, стены которого были увешаны фотографиями спортивных мероприятий и подписанными снимками Джареда с различными знаменитостями. Джаред широко и заразительно улыбался, приветствуя Лесли и Алекса. И, казалось, был готов говорить о чем угодно.

— Пирс? — переспросил он, когда Лесли задала свой вопрос. Он почесал подбородок и откинулся на спинку стула. — Фамилия знакомая... но я не знаю никакого Карлтона Пирса.

Лесли вздохнула и собралась уходить.

— Постойте, — сказал Джаред. — Вы имеете в виду Чарли Пирса?

— Может быть, — ответил Алекс, забыв, что говорить должна Лесли. — Кто такой Чарли Пирс?

— Он паршивая овца в семье Хьюстонов, — сказал Джаред. — Джек Хьюстон женился на вдове, Эмили Пирс, у которой уже был сын Чарли. Судя по всему, старик ненавидел этого ребенка и лишил его наследства. Но когда старик умер, мать начала давать ему деньги. Насколько я знаю, он ведет замкнутый образ жизни, но у него есть дом на 8-й улице, недалеко от центра.

— У вас есть точный адрес? — спросила Лесли.