— И я рад тебя видеть, подруга! — радостно отвечает он.

Всё это время я лишь усмехаюсь, глядя на их борьбу, в которой может победить лишь сильнейший.

А после иду ставить чайник, желая примирить враждующих соперников, неравных в своём могуществе.

Вернувшись в гостиную, я обнаруживаю Лизи одну, сидящую на мягком диване и не спеша листающую модный журнал, завалявшийся у меня на столике.

— Как ты, милая? Я вижу, вчерашний разговор пошёл тебе на пользу, — ласково улыбается она при виде меня и тут же фокусирует всё своё внимание лишь на моём представшем облике.

Присмотревшись к слегка растрёпанному внешнему виду, девушка меняется в лице, закипая от ярости и переполняющих разум разыгравшихся эмоций.

А после кричит на весь дом, желая немедленно разобраться с виновником всего этого происходящего действия:

— Ник Деверсон, что ты с ней сделал? Сейчас же поторопись объясниться!

Подойдя к большому зеркалу у входа, я внимательно смотрю на своё отражение и мгновенно замечаю явную причину её негодования.

Вся моя шея покрыта тёмно-бордовыми отметинами.

И тот, кто оставил их на бледной, нежной коже, либо делал это намеренно, либо совсем не думал о последствиях своего старательного поступка.

— НИК! — хриплый крик вырывается из моего горла.

И в эту самую минуту мне хочется придушить этого героя-любовника собственными руками, невзирая на все оттаявшие к нему чувства.

Ник

Спешно одеваясь, я слышу звучный голос Элизабет, доносящийся из гостиной комнаты.

А чуть позже меня громко окликает Сара, наверняка разозлившись от выраженных, оставленных мной засосов на её нежной шее.

Ну да, малость перестарался. Что ж теперь панику наводить?

Ну, может, и не малость.

Просто в тот момент я был опьянён мыслью: показать всем, что она моя. И первым делом Рику.

Я хотел, чтобы он знал о том, что Сара была со мной этой ночью.

Да, возможно, это выглядело глупо и по-детски. Но в тот самый момент я даже и не думал об этом.

И сейчас мне надо приложить все усилия, чтобы каким-то образом наиболее незаметно выбраться отсюда.

С девушками я могу объясниться позже. Для меня было важным немедленно попасть к Бэну и разведать обстановку, которая может стоить для меня многого.

Собрав, не медля, все свои вещи, я тихо спускаюсь по лестнице, озираясь по сторонам, и ожидаю удачного момента для безоглядного бегства, пока меня не поймали с поличным.

Неразлучные подружки всё ещё находятся в гостиной, но от двери стоят достаточно далеко, что мне на руку в этой сложившейся ситуации.

Ну и прекрасно!

Сосредоточившись на своём грандиозном плане, я встречаюсь взглядом с Сарой, стоящей у камина со скрещенными руками на пышной груди.

В её глазах читается ярость. Она словно прошибает меня насквозь громом и молнией, практически обездвиживая на месте своей красотой.

Быстро подбежав к возлюбленной, я нежно целую её в губы и говорю хриплым, чуть виноватым голосом:

— Любимая, я всё объясню тебе позже. Прости, радость моя, но мне надо бежать.

После сказанных слов я почти выбегаю на улицу, когда в пороге меня догоняет запущенная Элизабет книга и ударяет в широкую спину своей необычайной тяжестью.

Со смехом, не оборачиваясь, я закрываю за собой входную дверь, оставляя девчонок наедине разносить мою необъяснимую выходку в пух и прах.

Но это, на мой взгляд, самая необходимая мера в новом сюжете нашей любовной продолжительной истории, написанной с чистого листа.

Неожиданно нагрянув к Бэну, я застаю его в кабинете за основательным чтением светских новостей.

Ну как чтением… Он спит, развалившись на диване и прикрыв лицо газетой.

Бесшумно подойдя к нему со спины и нависнув сверху, я кричу над самым его ухом, намереваясь вызвать на эмоции своего лучшего друга:

— РОТА ПОДЪЁМ!

Бэн тут же соскакивает со своего облюбованного места с напуганным видом и спешно оглядывается по сторонам, пытаясь найти источник создавшегося хаоса.

И, придя в себя, он запускает в меня свёрнутую в трубочку газету, заставляя мгновенно увернуться от летящей угрозы.

— С ума сошёл⁈ — отчитывает он меня за опрометчивые действия.

А я продолжаю безудержно сотрясаться от смеха, не в силах ничего поделать с внезапно нахлынувшим на меня настроением.

— Прости, не смог удержаться, — оправдываюсь перед ним, расслабленно плюхаясь на мягкий диван.

— Ну и что ты мне расскажешь? — нетерпеливо спрашивает друг, скрещивая руки на груди и ожидая моего ответа.

— Я влюблён. Навечно. Бесповоротно. В свою прекрасную жену, — смакуя буквально каждое слово, растянуто проговариваю я.

— Бывшую жену, — поправляет он меня.

— Не суть, — стискиваю зубы, стремясь вычеркнуть из наших жизней фрагмент нежеланного прошлого.

— А как же твоя девушка?

— Да нет у меня никакой девушки! — сознаюсь Бэну, шокируя его в очередной раз.

— То есть, как это нет?

— Я заплатил ей, чтобы она мне подыграла.

— Ах ты, гадёныш! Ты Cape сказал об этом? Она, наверное, вину чувствует за всё произошедшее, — встревоженно произносит Бэн, пытаясь выбить из меня правду.

— Нет. Ещё не сказал.

— А следовало бы! Знаешь, Ник, Рик — прекрасный человек. Он действительно её очень любит и ценит, несмотря на то, что она не питает к нему тех же чувств, какие испытывает к тебе.

— Я не понял. Ты уже в друзья его записал? А как же я? И вообще, на чьей ты стороне? — недоумеваю я от серьёзной темы состоявшегося разговора.

— Я просто буду очень благодарен тому, кто из вас действительно сделает Сару счастливой. Потому что она, как никто другой, заслуживает этого.

И после сказанной им масштабно глубокой фразы я понимаю, что Бэн знает о жизни моей любимой гораздо больше, чем я сам.

Ведь он, в отличие от меня, все эти пять лет был с ней рядом, поддерживая в трудные минуты будто самого родного и дорогого ему человека.

— Ты вообще знаешь, через что ей пришлось пройти в течение всех этих лет, когда ты оставил её одну? Сколько слёз она выплакала и ночей не спала? Не знаешь. Потому что ты был где-то там, в другом городе. А я был здесь, рядом с ней, — задевает он меня за живое своими словами, ранящими щемящее в груди сердце. — Практически каждые выходные Лизи меня отшивала, потому что в это время она целиком и полностью посвящала себя лучшей подруге. Но я не об этом. А о том, что Сара очень сильная женщина. Но ты… её слабость. Ты делаешь её уязвимой, Ник. Поэтому я тебя очень прошу, если ты имеешь серьёзные намерения по отношению к ней, действуй сразу, не раздумывая. В противном случае оставь её другому, который действительно сможет сделать её счастливой…

Немного помолчав и обдумав всё сказанное нами друг другу, я говорю ему серьёзным тоном:

— Спасибо, друг, что был с ней рядом всё это время. Что так заботишься о ней. Я это очень ценю. И пойду на всё возможное, чтобы сделать Сару счастливой. Обещаю. Но мне нужно уехать. На время. До дня вашей свадьбы.

— Ты спятил⁈ Смерти хочешь? Если ты не успеешь на свадьбу…

— Я точно буду на ней, — перебиваю его, по-дружески сжимая крепкое плечо Бэна.

— Ты снова оставляешь её? — тихим голосом спрашивает он у меня, боясь услышать положительного ответа.

— Мне надо всё подготовить для нашей дальнейшей счастливой жизни. Решить кое-какие дела. Это не терпит отлагательств. Просто не хочу потом отвлекаться на посторонние вещи, когда мы переедем в другой город. Не хочу, чтобы в первые совместные дни нашей жизни там она чувствовала себя одинокой.

— Что ж, если ты считаешь это таким важным… Тебе решать, — тяжело вздохнув, произносит молодой человек, заставляя меня грустно улыбнуться.

Ведь я и сам не хочу идти на этот шаг.

Но чувствую, что Саре ещё нужно какое-то время, чтобы принять наши чувства и официально обозначить их перед окружающими людьми.

— Присмотри за Сарой. И спасибо тебе за всё, друг. Я перед тобой в неоплатном долгу, — от чистого сердца благодарю его, крепко обнимая за плечи.