Бенедикт резко обернулся. Ди стояла в дверях кабинета.

«Я тоже сыграю», — сказала она, и слова прозвенели в голове Тима с болезненной ясностью. — « И, если один из нас победит, ты расскажешь Ловцу все, что он хочет знать».

На мгновение Бенедикт стал еще более бледным, чем был до этого. Испуганным. Ошеломленным. А потом он улыбнулся, как большая ленивая ящерица, и довольно протянул:

— Идет.

— Я все верно понял? Вы с Ди собираетесь участвовать в покерном турнире, организованном в казино, которым владеет вампир по имени Бенедикт? — спросил Тим вполголоса, на случай если кто-то мог их подслушать.

Иден улыбнулся и отпил кофе. Место, в котором они сидели, было ничем не примечательным дешевым фастфудом, в меню которого не было ничего неожиданного, но на столиках был порционный черный перец, что, по-видимому, полностью устраивало Идена. Три пустых пакетика валялись рядом с его изуродованной рукой.

— Да, все верно.

— Можно я укажу на очевидную иронию?

— Можно. Но, строго говоря, мы имеем дело с оригиналом, а не отсылкой.

— В смысле?

— Вампир Бенедикт существовал задолго до того, как Спилбергу пришла в голову идея фильма. Он, в общем-то, и был источником вдохновения.

Тим отпил свой кофе, переваривая услышанное. На вкус напиток был отвратительным, но Тим все равно испытывал тайное удовлетворение от того, что теперь может пить кофе со сливками, каким бы мерзким тот ни был.

— И ты хочешь, чтобы я тоже там был?

— Ты и Мьюз, да.

— Но Бенедикт сказал…

— Что не даст ей играть — что довольно разумно с его стороны. С ней невозможно блефовать, — Иден улыбнулся.

— То есть ты хочешь, чтобы мы были… наблюдателями?

— Очень умными и способными наблюдателями, да.

Тим невольно покачал головой. Он все еще не был уверен в своих способностях — во всяком случае, не настолько, насколько в них был уверен Иден.

— Кстати, можно я возьму твой телефон? — спросил Иден. — Надо позвонить Мьюз.

Тим вытащил телефон из кармана. Там было одно сообщение от Энн. Он нашел номер Мьюз в списке недавних звонков и протянул телефон Идену, который нажал на вызов и поднес трубку к уху. Послышались глухие гудки — и вдруг Тим уловил знакомый пряный аромат. Он повернул голову — и увидел Мьюз, сидящую рядом. Ее фиолетовое бархатное платье и красное виниловое пальто выглядели совершенно нелепо на фоне пластиковых стульев и столов. Люди, как обычно, начали пялиться.

— Я иду, — недовольно сказала она, забрав у Идена кофе и осушив его одним глотком.

— Откуда ты… — начал Тим.

— Слухами земля полнится, — отрезала она.

— Ты выглядишь расстроенной, дорогая, — улыбнулся Иден, откладывая телефон в сторону. Тим быстро забрал его себе.

— Может, у меня были другие планы, — буркнула она.

— У тебя были другие планы? — вежливо поинтересовался он.

— Нет. Но могли быть. Хотя с каких это пор тебя это волнует?

— Меня всегда волнует, если я тебя беспокою.

— Но ты все равно собирался меня побеспокоить.

— Я собирался спросить, свободна ли ты, — спокойно сказал Иден.

Мьюз смотрела на него пару секунд.

— А если бы я сказала, что занята?

— Я бы сказал, что очень жаль, потому что ты пропустишь все веселье, — улыбнулся Иден.

Она подняла брови, а потом фыркнула:

— Ты неисправим.

— Ты бы меня не любила, если бы было иначе, дорогая, — улыбнулся он.

— Ну, этого мне никогда не узнать, — усмехнулась она и подозвала официанта.

Иден перестал улыбаться и посмотрел в окно. Дождь барабанил по стеклу, и свет фар вечернего трафика переливался в них. Тим открыл сообщение от Энн.

«Хочешь выпить кофе около трех где-нибудь рядом с моим офисом?»

Он посмотрел на часы. До трех в Бостоне оставалось десять минут, а они с Иденом находились в Белграде. Это была первая попытка Тима самостоятельно попасть в неизвестное место в реальном мире, и она с треском провалилась — он целился в Берлин. Иден вежливо воздержался от комментариев и предложил перекусить. Тим вежливо согласился.

Но он был почти уверен, что сможет вернуться в Бостон сам, если Энн ждала его там.

— Ты не против, если я ненадолго отлучусь? — спросил он у Идена.

— Нисколько, — ответил тот. — Нам нужно быть в отеле Бенедикта через три часа.

— Окей, — кивнул Тим и вдруг задумался. — Мне нужно быть в костюме или чем-то таком?

— Желательно. Правда, Бенедикт не поставил никаких условий по поводу твоей одежды, и мы можем этим воспользоваться. Так что ботинки не меняй. — Иден многозначительно усмехнулся.

— Он собирается выдать тебе одежду? — поморщилась Мьюз. — Вот сволочь.

Иден кивнул с холодной улыбкой. Тим хотел спросить, зачем Бенедикту это понадобилось, если Иден может менять одежду как захочет, но времени на расспросы у него не было.

Особенно если ему нужно было срочно найти костюм, подходящий для светского раута в компании вампира.

Тим напечатал «конечно» в ответ на сообщение Энн и пошел в туалет, чтобы незаметно перейти в пустыню подсознания, а оттуда — снова в реальность. Он следовал за ее образом, за мягкой неуверенностью ее улыбки, за теплым шелком длинных волос, за легким прикосновением тонких пальцев…

Тим шагнул на улицу в центре Бостона как раз вовремя, чтобы увидеть, как Энн выходит из офисного здания. Она его не заметила — говорила по телефону, быстро идя вдоль улицы. Тим достал из кармана свой телефон и увидел сообщение: «Отлично! Увидимся в „Тэтт“».

Он пошел за Энн на расстоянии, не желая прерывать ее разговор; в ее голосе слышалось раздражение, хотя он не мог разобрать слов.

Солнце било прямо в глаза, пробиваясь сквозь голые ветви, сугробы на тротуаре серебрились от мороза, и волосы Энн тоже блестели, раскачиваясь в такт ее быстрым шагам. На солнце они отливали рыжим.

Как обычно, он видел все. Как она чуть наклоняла голову, будто пыталась передать что-то жизненно важное в телефон у уха. Ее бежевое шерстяное пальто, скрывавшее, но не прятавшее прямую, стройную спину и изящный изгиб талии. Ее длинные ноги, казавшиеся еще длиннее в широких брюках и сапогах на каблуке. Все это было не просто одеждой — это было частью Энн, передающей ту же самую уверенность, заботу, тепло…

Тим поморщился. Как обычно, он видел слишком много.

Он подождал, пока она войдет в кофейню, и еще несколько минут постоял на улице. Солнце грело лицо, упорно пробиваясь сквозь морозный воздух. Еще пара недель — и оно победит окончательно, растопив снег в черные разводы на теплом асфальте.

Он заглянул в кофейню и увидел Энн у стойки — она делала заказ.

Что он здесь делает? Он мог бы быть где угодно. Да, Тим пообещал Энн, что придет, — но он мог бы сказать, что занят. Что он в командировке. Что он на другом континенте.

Только он не мог.

Тим вздохнул и вошел в кофейню.

Внутри все столики были заняты. Тим огляделся и увидел, как Энн машет ему от окна. Он улыбнулся, помахал в ответ и встал в длинную очередь. Тим все еще чувствовал во рту вкус дешевого белградского кофе, и ему хотелось заменить его чем-то получше.

Когда он подошел к ее столику, Энн смотрела в окно, и ее лицо было спокойным, как октябрьский лес.

— Прости за опоздание, — извинился Тим.

— Сейчас всего пять минут четвертого, — она слегка улыбнулась. — И вообще, я написала тебе в последний момент.

— Что случилось? — спросил Тим просто, чтобы завязать разговор, но, заметив, как она нахмурилась, понял, что это и был повод. Что-то действительно случилось — и поэтому она захотела с ним встретиться.

Тим сделал глоток кофе и торжественно пообещал себе, что пригласит Мьюз в кафе. Безо всякой причины. Просто так, а не потому, что у него что-то случилось.

— Я просто хотела поболтать, — пожала плечами Энн, отпивая свой чай. — Мы давно не виделись.

— Ага, — кивнул Тим, внимательно глядя на нее.

Она вздохнула и смущенно улыбнулась: