— Рэйф..

— Сейчас.

Киран резко выдохнул, но не стал спорить. Повернулся и ушёл без единого слова.

Я вытер лезвие о брюки, выдохнул сквозь зубы.

Скоро узнаю, предала ли она меня. И если да — не знаю, что тогда сделаю.

АДЕЛА

Вибрация телефона нарушила тишину в моей квартире. Я едва взглянула на экран, ожидая сообщение от Лауры, пока не увидела имя. В животе что-то сжалось. Одно сообщение: Киран в пути. Мне нужна ты на минутку.

Я уставилась на эти слова, окружающее пространство вдруг расплылось перед глазами. Я даже не стала отвечать. Какая в этом была бы польза?

Я глубоко вдохнула, провела руками по серой майке, а затем надела сверху свитер. Тело казалось странно лёгким, почти невесомым, когда я обула ботинки и схватила сумку. Я всё ещё пыталась убедить себя не идти, когда увидела машину, припаркованную на улице внизу.

Это была плохая идея. Я знала это. Но всё равно глубоко вдохнула и вышла за дверь.

Чёрный внедорожник стоял у бордюра, окна полностью затемнены. Киран стоял рядом с пассажирской дверью, лицо его было нечитаемо, когда я подошла.

Когда я оказалась достаточно близко, я скрестила руки на груди и приподняла бровь:

— Зачем это?

Что-то мелькнуло в его глазах — возможно, настороженность?

— Рэйф хочет с тобой поговорить.

Его голос был необычно ровным. Я изучила его лицо, заметив, что плечи у него напряжены сильнее обычного. Челюсть была сжата чуть слишком крепко, и он слегка пах кровью.

— Ты выглядишь так, будто только что с похорон, — пробормотала я, изо всех сил стараясь не обращать внимания на запах.

Губы Кирана сжались тонкой линией, и он отвернулся. В животе закрутилось тревожное чувство. Но я подняла подбородок, глубоко вдохнула и села в машину. Я справлюсь с Рэйфом.

Когда мы прибыли к огромному особняку, Киран вышел первым, обошёл машину и открыл мне дверь. Его уверенный взгляд не давал никаких утешений, когда он кивнул в сторону входа.

— Он ждёт тебя внизу.

У меня в животе завязался узел. Подвал. Я крепко проглотила, горло внезапно пересохло.

Воспоминания о том, как я была запутана в простынях Рэйфа, нахлынули с силой. Но быть здесь сейчас… это было другое. Это та часть его дома, в которую я никогда не ступала. Та часть, где живёт его монстр.

Киран провёл меня внутрь, тяжёлые ботинки громко отзывались эхом в слабо освещённых коридорах. Он остановился у двери в подвал, толкнул её, открывая лестницу, ведущую в темноту.

Я замялась.

— Иди, — сказал Киран, тише, чем я ожидала.

Я заставила ноги двигаться, хватаясь за перила, спускаясь вниз. Чем глубже я заходила, тем холоднее становилось. Я морщила нос от металлического запаха крови, что доходил до меня. Чёрт.

И тогда я увидела его. Рэйф стоял в центре комнаты, руки его были в брызгах крови, чёрная футболка, наверное, была вся пропитана ею. Тёмные волосы растрёпаны, поза — широкая и хищная. А перед ним, привязанный к стулу, сидел мужчина, которого я узнала. Один из людей Моро. Резко вздохнула.

— Рэйф.

Он медленно повернулся, губы его искривились в нечто похожее на усмешку, если бы не безумие в его глазах. Что-то блеснуло — я заметила нож, лезвие блестело под тусклым светом.

— Что ты делаешь? — голос был хриплым, почти шёпотом.

Он рассмеялся — неприятный звук — и спокойно шагнул ко мне.

— Просто разговариваю.

Прежде чем я успела среагировать, он двинулся. Вспышка движения, холодный укус металла — наручники щёлкнули, заперев меня у каменной стены.

— Рэйф! — я дернулась, паника вспыхнула в груди. — Что, чёрт возьми, ты делаешь?

Я была так ошарашена, что голос зазвенел в несколько октав выше. Его лицо было близко к моему, дыхание тёплое на коже.

— Я хочу, чтобы ты смотрела, Адела.

Пульс бился в висках, я боролась с наручниками, другая рука прижималась к стене.

— Это не... это не нужно...

Он меня не слушал, шагнул назад к мужчине на стуле. Голова того повисла вперёд, лицо исцарапано, кровь собиралась под стулом. Рэйф присел рядом, схватил его за волосы и дернул голову вверх.

— Никто не трогает то, что моё, — пробормотал он, но глаза были не на жертве.

Они смотрели на меня. Жадно. Безумно. Я вздрогнула.

— Я не был тем, кто...

— Не был...Нож прижался к щеке. — Ты говорил с ней. Ты думал о том, чтобы трахнуть её, — спокойно сказал Рэйф. — И ты меня разозлил. Этого хватило.

Дыхание мужчины сбилось.

— Ты, блядь...

Лезвие прорезало плоть. Я вздрогнула от хриплого крика, вырвавшегося из его горла.

Живот сжался, наблюдая, как его лицо исказилось от боли. Кровь капала на пол, словно время замедлилось. Я хотела отвернуться, закрыть глаза и притвориться, что этого не происходит. Но Рэйф не позволял. Его взгляд был прикован к моему, вызывая меня отвести глаза, заставляя видеть его таким, какой он есть. Тёмный монстр Нью-Йорка.

Вот как он выглядит, когда теряет то, что принадлежит ему? Я почти сказала ему тогда. Почти крикнула, что он тоже причинил мне боль. Что я съехала из-за него. Но слова умерли в горле. Потому что впервые я не была уверена, что он сделает, если я ему напомню.

Я царапала наручники, запястье горело от усилий, но бесполезно. Металл не поддавался. Цепи гремели бессильно, дыхание рвалось быстрыми, прерывистыми вздохами.

И вдруг он снова оказался на мне.

Рэйф прижал меня к стене, его тело было раскалённой печью из крови и жара. Его руки меня сковали — одна упиралась рядом с моей головой, другая прижимала к бедру, пальцы ещё были влажны от следов того, что он только что сделал. И тут он улыбнулся.

Та самая чёртова ямочка появилась на правой щеке — та, что раньше сводила меня с ума, та, которую я целовала раньше. Но теперь она меня пугала. Потому что это была не улыбка веселья. Это была улыбка человека, который разваливается на части.

В животе сжалось. Пульс бился так сильно, что я подумала, будто сейчас умру.

— Я приставил пистолет к голове после того, что сделал с тобой, — пробормотал он, губы приоткрылись, словно слова царапали его горло. — Но я не смог выстрелить.

Его окровавленная рука поднялась, пальцы провели по моей щеке, оставляя красные следы на коже. — Я не смог, Адела. Мне нужно было всё исправить.

Сердце колотилось, тело напряглось под его прикосновением.

Я боялась.

Но что-то внутри — та часть, что всегда была безрассудной, та часть, что всегда хотела его, несмотря на все тревожные знаки и предупреждения... болела. Рэйф Вон — это болезнь. И я была заражена.

— Никогда прежде я не был так одержим женщиной. Его лоб почти касался моего, дыхание было тёплым, неровным. Пальцы опустились ниже, обхватили мою шею, надавливая настолько, чтобы напомнить о своей силе и контроле. Губы мои приоткрылись, но я едва смогла издать звук. Рейф резко выдохнул, сжал шею ещё сильнее, его глаза бегло пробежались по моему лицу, ища, охотясь — прежде чем выражение его лица исказилось. — Насколько сильно ты этого хотела?

Я напряглась.

— Что?

Он приблизился, и моя спина сильнее прижалась к холодной стене. Его тело пылало жаром.

— Моро, — прорычал он. — Насколько сильно ты этого хотела, Адела?

По спине пробежал холод. Его слова были гневны, но в них было ещё нечто, что почти меня сломало. Разбитое сердце. Отчаяние.

— Я не хотела, — прошептала я, качая головой. — Я же сказала...

— Чушь, — прервал он. — Он хотел вырвать тебя из моих рук. Его пальцы сжались вокруг моей шеи. — И ты чуть не позволила.

Я резко вдохнула, тело застыло. Чёрт. Страх грыз края моего сознания. Ноздри Рэйфа расширились, челюсть дернулась.

— Скажи мне, — потребовал он, голос стал ниже, — как он тебя трогал?

Я подумала, но решила не лгать. Он был диким зверем на грани.

— Ты видел всё это.