— Адам... — молебным шепотом выстанываю его имя, пока горячие ладони гуляют по моему телу и согревают. Не успеваю осознать, как Вольтов цепко хватает меня за лодыжку левой ноги и приближает к своим губам. Как зачарованная слежу за действиями парня. Вся трясусь. И взвизгиваю, когда Адам обхватывает губами мой большой палец и посасывает. Согревает пленом своего рта. Меня жестоко отшвыривает, и я валюсь на кресло. Но встаю на локти, чтобы наблюдать за столь интимными выходками парня.

— Маленькие и холодные ножки, — влажно шепчет и облизывает поочерёдно каждый пальчик, заставляя их пульсировать теплом. А лютый жар разливается внизу живота, и моя киска стремительно мокнет. Пульсирует и стучит желанием.

ГЛАВА 33

— Адам, это слишком... — чувствую себя совсем чуть-чуть некомфортно и пристыженно.

— Ты моя девочка, и я хочу тебя согреть, — горячей стенкой языка облизывает мою стопу и покусывает пяточку. Тонкие ощущения отстреливают в промежность. И я непроизвольно дергаюсь. Слюнявлю подушечки пальцев и натираю сосочки, пока Вольтов продолжает согревать пальцы на правой ноге свои горячим ртом.

— Черт, Адам! — не выдерживаю. Это гребаная пытка! И я перебираюсь к парню на колени. Призывно трусь промежностью о выпирающий бугор в его штанах и скулю в губы.

— Хочешь на мой член, Майская? — сыплет пошлостями, а сам уже расстегивает ширинку и достает член.

— Хочу... — вжимаюсь сиськами в огненную грудь парня и обхватываю член у самого основания. Адам помогает мне разобраться с моими трусиками и натягивает тонкую полосочку стринг на ягодицу. А я пристраиваю головку к своей капающей дырочке и медленно насаживаюсь на плоть, виляя попкой.

— Ох, ты моя тугая девочка, — рычит Вольтов и остервенело сминает мои бока, и выкручивает, контролируя мои движения.

— Боже! — истошно кричу, обливаясь потом. Настоящий взрыв тепла в каждой клеточке тела.

До упора опускаюсь на член и рефлекторно соединению бедра от сильного давления. Стеночки гудят и пульсируют, сильно обнимая мужской орган.

— Дай мне привыкнуть, — прошу, запыхавшись, и льну виском к губам любимого. Вольтов крепко обвивается вокруг моей талии, расцеловывая шею и вылизывая ключичные ямочки. Мои бархатные стеночки реагируют на ласку более сильным сдавливанием, и Адам жестко оттягивает мои ягодицы. Раскрывает мою дырочку. Слегка подмахивает бедрами, толкаясь глубже и дальше. Дотрагивается до самой женственной точки, заставляя трястись и стонать.

— Я люблю тебя, Ева, — сталкивает нас лбами и жестко держит за шею.

— Угу, — от эмоций слова не идут с губ. Но я открываю глаза и по щекам моим текут слёзы.

— Знаю! Потому что я люблю тебя ещё сильнее, — отвечаю тихо и мажу свои слезы по губам Адама.

Парня клинит жестко, срывая в нем все внутренние предохранители. Он сползает по спинке кресла. Снова обвивается кольцом. И начинает поступательно трахать. Залетает членом все глубже по обильной смазке, что капает из киски прямо на его бедра. Звонко хлопается пахом о мою промежность. И я срываюсь на истошные визги. Выкручиваюсь из объятий Адама и заваливаюсь на кресла, сильнее оттопыриваю задницу. Мне прилетают сочные шлепки. И Вольтов просто безжалостно натягивает меня на свой член, заставляя мои стеночки сходить с ума. Гореть от трения. И бешено сокращаться в приближении оргазма.

— Адам... — задыхаюсь от стонов, и парень снова заключает меня в объятья, совершая финальный толчок. Меня окатывает жар самой преисподней. И конвульсивный оргазм сковывает все мышцы. Вольтов прижимается щекой к моим сиськам, помогая мне пережить экстаз и успокаивая мою дрожь. Умудряется приподнять меня и горячей струей спермы кончить мне на спину.

— М-м-м... — обессиленно мычу парню в шею, засасывая соленую кожу.

— Согрелась? — смеётся мне в волосы, и грудь его вибрирует.

— Да, — укладываю голову Вольтову на правое плечо и с любовью смотрю на парня.

— Когда я первый раз поцеловал тебя, то уже был на крючке. Всего один поцелуй, и я подсел, — умиротворение в голосе Адама переворачивает весь мой внутренний мир. Сердце вообще отказывает биться, чтобы не спугнуть откровение такого сложного человека, как Вольтов.

— Я понимал, что никто другой никогда не заставит меня почувствовать этот электрический разряд. А потом я посмотрел в твои совершенные глаза, — Адам укладывает ладонь на мою щечку, — и точно знал, что пойду за тобой на край света.

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ СПУСТЯ

Тихо вставляю ключ в замочную скважину и медленно поворачиваю с характерным щелчком. Бесшумно захожу в квартиру, желая сохранить инкогнито и сделать любимой сюрприз.

Специально отключаю сигнализацию, чтобы ни единый звук в доме не всполошил мою девочку.

Снимаю кожаную куртку и разуваюсь, ступая босиком до нашей спальни. Крошечный лучик света пробивается из-под двери комнаты. Тяжело дыша, максимально тихо вхожу в нашу комнату, где я всегда нахожу покой и действительно могу по-настоящему отдохнуть.

Слегка улыбаюсь, улавливаю нотки лаванды и задерживаю дыханию, когда вижу Еву. Наполовину прикрытую одеялом в ночнушке, которую я так люблю. Майская выглядит такой красивой и умиротворенной.

Нет! Теперь Вольтова!

Моя девочка во всём!

Ее грудь медленно вздымается и опускается с каждым вздохом.

Ослабляю и полностью снимаю галстук. Чувствую, что задыхаюсь рядом со своей женой. Нежной. Сексуальной. Подчиняющей меня своей воле. Даже когда спит.

Ближе подхожу к кровати. Стараюсь не шуметь. Закатываю рукава и расстегиваю верхние четыре пуговицы на рубашке и растираю грудь. Отчаянно не хватает кислорода. Но стоит скользнуть рукой под одеяло и коснуться бархатной кожи, как я снова могу дышать.

Ева — мой воздух! Вся моя жизнь!

Воровато стягиваю с крошки одеяло, открывая прелестное тело. Её мягкая белая ночнушка прикрывает грудь и живот. Трусики видны там, где ночнушка задралась. Пышные бёдра хочется закусать. Или почувствовать их давление в момент оргазма.

Тяжело выдыхаю, сжимая возбужденный член через брюки. Дьявол! Одного взгляда на любимую достаточно, чтобы у меня колом стоял.

Забираюсь на матрас, осторожно раздвигая её ножки. Не спуская глаз с любимой, стягиваю её светло-голубые трусики. Медленно. Только бы не проснулась! Но я испускаю забитый стон при взгляде на идеальную, гладко выбритую киску.

— Чёрт, — тихо бормочу, устраиваясь между разведенных ножек любимой.

Осыпаю влажными поцелуями её бёдра, всасывая в рот нежную кожу после каждого поцелуя.

Если бы я мог умереть у неё между ног, уверен, я умер бы самым счастливым мужчиной!

Вылизываю языком паховые ямочки и губами встречаюсь с половыми губками Евы, вдыхая ее аромат. Влажная. Горячая. Подтекающая мне на губы. Даже во сне она чувствует, что я рядом. Оставляю мягкий поцелуй на ее киске.

Сглатываю после поцелуя, чувствуя, что уже полностью потерялся в ней. Пальцами аккуратно раздвигаю ее складки и провожу языком от входа до клитора. Утробно постанываю, погружаясь в мягкую плоть своей девочки языком. Обвожу маленький бугорок, замечая, как Еву дергает. Всасываю клитор в рот, массируя пальцами сочащуюся дырочку. Дразню. Издеваюсь. И ввожу один палец в тёплое лоно.

Сука! Гребаный рай!

Клянусь, я едва не теряю сознание, слыша хриплый стон Евы. Она медленно просыпается, как маленькая малышка. Реагирует на мои ласки.

Улыбаюсь и двигаю пальцами внутри нее, наслаждаясь ощущением ее стенок. Мягких и бархатных.

Блять! Упираюсь бедрами в кровать, нуждаясь в каком-то трении из-за того, насколько болезненно распирает в паху.

— Адам?.. — тихо зовет моя девочка, слегка выгнувшись на кровати.

— Привет, птенчик. Я дома, — отвечаю задорно, и мой голос эхом отзывается в её промежности.

Ева тихо стонет и тут же запускает пальчики в мою шевелюру на затылке. Еще не до конца проснулась, но сжимает сильно. Довольно хмыкаю, нежно слизываю капельки влаги и смотрю на неё исподлобья.