И такая жизнь у меня началась два года назад, когда тело налилось силой. До этого было куда печальнее. Но ладно… о плохом надо вовремя забывать, а время проводить весело. Да! Именно так! Весело. Нет, на спиртные напитки я не налегаю, но вот разные деликатесы очень люблю, щедро угощаю друзей и… Ну и нетрудно догадаться, что деньги у меня не задерживаются.

Хотя не сказать, что я большой охотник до настоящих деликатесов. Так… рыба лучших сортов, да курятина, приготовленная всевозможными способами. Другого мяса и не пробовал никогда, хотя пару раз предлагали свинину. Но… свиней у нас не держат, хотя на столах богатеев иной раз это мясо появляется.

Я, когда ещё совсем мелким и глупым был, недоумевал откуда. Потом уж узнал о карану. Странных духах, о которых любят разглагольствовать в трактирах редкие старики, вспоминая свою золотую молодость.

Хотя по их же словам, тогда жилось куда хуже. Кур не держали, рыбу ловили в основном с берега, потому что древесины для лодок не хватало. Но вот свинина постоянно присутствовала в трактирах, хотя и стоила довольно дорого. И добывали её из этих самых карану, которых тогда в пустыне ещё можно было найти. Сейчас-то их встретить — настоящее чудо.

И я главного не понимаю! Если из карану, на выбор счастливчика, встретившего этого духа, можно сделать голема, даже внутренне неотличимого от человека, или свинью, то не получается ли, что съесть свинину из карану, это почти то же самое, что съесть человечину?

В любом случае, жрать что-то, про что я точно не знаю, откуда это получили, я не хочу. Да мне и нормальных вкусняшек хватает, чтобы хорошо посидеть вечерком в приятной компании. И не особо задумываясь о том, во сколько это обходится.

Но может мне уже пора изменить образ жизни? Купить дом в рассрочку, благо население постоянно убывает, и скромных городских усадеб под продажу целая куча. Но денег всё равно потребуется немало. И именно сейчас самое время начать работать побольше, развлекаться поменьше, и в итоге… обзавестись жилищем, парой-тройкой жён, а затем и детьми. Вечерами сидеть в ближайшем трактире с кружкой пива… А уже лет так через двадцать здоровье начнёт подводить, и хорошо если к тому времени все основные траты закончатся. Мда… обычная жизнь местного, в целом успешного мужчины.

Но… Я просто чувствую, что это не моё! Где обещанная божественная жена? Причём это не просто девушка нереальной красоты — это что-то большее! Это… Это мир, требующий моего вмешательства. Это битвы и свершения! Это…

— Эй, Кес! — снова выкрикнула самая бойкая куртизанка, которая уже вышла из воды и обсыхала под лёгким ветерком, широко расставив руки и ноги. — А знаешь, что мне прошлой ночью рассказал один матрос с того парусника?

Я бросил ленивый взгляд на недалёкий порт, где обычно стоят только куча рыбацких баркасов, да несколько неуклюжих лесовозов, но сейчас впивались в небо три мачты огромного океанского корабля, и просто пожал плечами. Что рассказывал матрос, мне было совершенно неинтересно.

— Он сказал, что в Кастонии, а это их самое прекрасное королевство, указом монарха уже давно ввели обязательное восьмилетнее образование. Представляешь, Кес, там бы ты до сих пор сидел за школьной партой.

— Ха-ха-ха! — присоединилась вторая девушка, как раз выходя из воды.

— Ну что вы докопались до парня? — крикнула третья, которая ещё плескалась в волнах. — Наш Кес вообще неграмотный. Да и зачем это ему с такими-то мускулами? Грамотеев половина города, а красавчиков таких, ещё поискать!

Я еле удержался от язвительного ответа. Ну действительно, когда мои более благополучные сверстники осваивали грамоту в трёхлетней школе, я высунув язык бегал, чтобы просто не сдохнуть с голода.

Мои родители умерли почти разом, всего в течение года, когда мне не исполнилось ещё и восьми лет. Все трое. И отец, и мать, и вторая жена отца. Нет, не было никакой эпидемии, просто… Просто я был поздним ребёнком. Очень поздним. Настолько, что все соседи прятали улыбки, когда в семье стариков на седьмом десятке появился очередной ребёнок.

Также они прятали улыбки, когда мои старшие братья, у которых у самих уже были первые внуки, продали небогатый дом, а меня выпроводили на улицу. Просто никто не изъявил желания приютить приложение к небольшому наследству.

Я снова откинулся головой на валун и прикрыл глаза. От весёлых девиц вроде бы отбрехался, а что они там будут себе придумывать — дело десятое. Главное, что причина не обращать на них внимание уже озвучена, а остальное меня волнует мало. Неграмотный? Ну и плевать. Таких в городе половина, если не больше. Хотя что-то гложет в глубине души, конечно. Неужели мой предел достигнут, и я действительно вписался в размеренную убогую жизнь?

И тут у меня перед закрытыми глазами вдруг возникло видение красивой девушки. Блондинки с длинными распущенными волосами, шёлковой волной падающими на плечи. Ухоженной и прекрасной. А главное, взгляд. Спокойный и уверенный. А ещё и немного циничный. Красавица будто говорила без слов: «Вот такая я. Делаю что хочу, а ты, если желаешь что-то предложить, то постарайся уж».

Не успел я налюбоваться, как видение изменилось. Всё та же девушка, но уже заметно старше. Скорее ближе к тридцати. И уже с тёмными волосами, а ещё с огромными кошачьими ушами.

Я боялся даже вдохнуть, чтобы не спугнуть очарование момента, и тут девушка снова изменилась, превратившись уже в совсем взрослую женщину. Ближе годам к пятидесяти, но всё такую же прекрасную. А затем я вдруг отчётливо понял, что это всё, старше она уже не стала.

— Эй, Кес! Что с тобой? Ты не дышишь и даже не слышал как я подошёл! — меня теребили за плечо, и я наконец это почувствовал.

Открыл глаза и шумно вдохнул. Посмотрел на Груба и просто отмахнулся, проворчав:

— Ничего. Всё нормально.

Приятель только головой покачал, после чего достал из сумки пупырчатый огурец, совсем свежий и даже с остатком подсохшего цветка, и протянул мне:

— Мы с отцом сегодня собрали первые из нового урожая. Попробуй!

Я кивнул и взял подарок. Огурцы — это хорошо. А ещё и довольно дорого. Не каждый может себе их позволить. А мне вот нередко перепадает что-то с огорода друга. Его отец известный в Кобурне огородник, и поставляет овощи в самые богатые дома.

И не сказать, что мы такие хорошие друзья, скорее приятели, но мы с Грубом постоянно зависаем в трактирах по вечерам, а у него не всегда есть деньги, так что нередко плачу за обоих я. А парень потом пытается так отдариться.

И нет, я не простачок, за чей счёт можно постоянно пьянствовать. Просто Груб оказался единственным, кто хоть как-то помог мне в самый трудный первый год жизни на улице. Уговорил отца, чтобы тот покупал у меня водоросли по нормальной цене. Довольно редкие водоросли, которые прибой иногда выбрасывает на пляжи. И особенные они тем, что внутри них вода почти пресная, так что их можно закапывать в землю как удобрение, и не опасаться, что грядки вскоре превратятся в солончак.

И если бы я продавал такие находки скупщику, то получал бы от силы четверть цены, по которой они достаются огородникам. А отец Груба тогда даже набил морду мелкому барыге, недовольному, что часть его ожидаемых доходов стали проходить мимо.

По мере того как я рос, то стал нырять за этими водорослями, а затем перешёл на сбор всяких моллюсков. Сначала на небольшой глубине, а теперь вот, достаю самых ценных оттуда, куда больше никто донырнуть не может.

Ну и угощать приятеля не считаю глупым, в память о той давней помощи.

— Я чего пришёл-то, — тем временем произнёс парень. — Тебя Дзара разыскивала. Она с подругами в порту сейчас, кораблём любуются. И она была такой… странной какой-то…

При этом приятель кидал взгляды в сторону моря, я тоже посмотрел. Девиц уже не было, значит увидев Груба, они смылись за скалу, потому что устраивать бесплатные представления для кого попало не в их правилах. Это я их заинтересовал, а обычному костлявому подростку такое не светит. Но кажется тот заметил что-то издали, и теперь просто мечтает посмотреть на это же поближе.