Почему он приревновал меня? Мы знакомы чуть больше недели, у него, как и у меня, нет никаких чувств и быть не может. Даже не представляю, как мы будем жить вместе.

Знакомство с его семьёй выдалось очень скверным. Мне казалось, что все, сидя за этим столом, готовы убить меня. Оно и понятно, всё никак не могу выбросить из головы разговор мамы и папы, тот, где они упоминают Пашу как врага нашей семьи.

Это заставляло меня бояться ещё больше.

Сейчас я жалею, что отказалась от охраны отца. Они бы не позволили ему кричать на меня. Пусть тоже занимались моей слежкой, но не до такой степени, как Стёпа и Коля.

Мне кажется, они докладывают ему даже о том, что я ела и во сколько ходила в туалет.

После той сцены прошло уже несколько дней, а я всё ещё пытаюсь прийти в себя. Мне снова стали сниться кошмары, от которых я думала, что избавилась навсегда. Теперь о спокойном сне можно забыть.

Я не спала всю ночь, всё размышляла о том, как мне жить дальше. Как быть с человеком, которого боюсь до чёртиков.

Конечно, понимала, что такое быть женой бандита. Когда вышла замуж за Антона, он мне это прекрасно продемонстрировал. Повезло, что я была дочерью влиятельного человека. Ведь знала, что мой отец занимал какой-то более весомое положение, чем Антон, возможно поэтому остальные меня не трогали.

Однажды в наш дом пришло много не очень приятных людей, братвы, так их называл мой бывший муж. Мне пришлось хлопотать на кухне и «обслуживать их». Хоть все и относились ко мне с уважением, но я то и дело ловила на себе жадные и похотливые взгляды.

Антон замечал это, но почему-то всегда доставалось именно мне. У нас часто были ссоры и скандалы на почве его ревности, чаще необоснованной. Тогда был первый раз, когда он ударил меня.

Уже под утро я уснула, прогоняя неприятные воспоминания. Встала только после обеда и сразу позвонила в частную клинику, где раньше наблюдалась у психолога, чтобы записаться на приём.

Сегодня у меня вовсе не было никаких дел, на работу не нужно, у всех выходной, и ателье закрыто.

Быстро приняла душ, нанесла тональник, чтобы хоть как-то замазать огромные синяки под глазами. Когда спустилась вниз, то быстро сварила себе кофе, выпила его и отправилась в больницу.

На входе меня уже ждали Стёпа и Коля. Не знаю, во сколько они приезжали сюда и уезжали ли вообще, но каждый раз, когда я выходила из дома, машина уже ждала меня у ворот.

Сев в автомобиль, я поздоровалась с ними и уткнулась в телефон.

— Куда едем?

— В больницу.

— Вам плохо? — обеспокоенно спросил Стёпа.

— Нет, но мне туда нужно, — солгала я.

Чувствовала себя просто отвратительно. Как будто только сейчас ощущала последствия своего решения выйти замуж. Точнее, эти последствия обрушились на меня как снежный ком.

Коля пытался пошутить и разговорить меня, но ему это не удавалось… Думаю они чувствовали свою вину, за то что произошло. По крайней мере я надеялась на это.

Когда мы подъехали к больнице, они отправились со мной, но уже перед кабинетом я приказала им ждать за дверью. Не хватало ещё, чтобы они слушали наш разговор с врачом.

У меня отличный специалист, просто лучший в городе. Арсений Романович был старше меня примерно лет на десять, но этой разницы я никогда не чувствовала, хоть мы и общались на «вы».

Он вытащил меня из глубокой депрессии, когда Антона посадили и он оставил после себя на мне кучу «шрамов».

С последней нашей встречи доктор мало чем изменился. На вид ему можно было дать не больше тридцати, у него короткие русые волосы, довольно мускулистая фигура, которую отлично видно через больничный халат. Взгляд довольно мягкий и доброжелательный, с приятными чертами лица.

Кабинет был всё тот же. Выполнен в минималистическом стиле. Я села напротив стола в удобное мягкое кресло. Оно напоминало кресло-качалку, в нём также можно было слегка покачиваться.

— Что вас привело ко мне, Алина Юрьевна? — спросил он с улыбкой.

Я расслабилась и опустила плечи, мне всегда было комфортно рядом с этим человеком.

— Кошмары вернулись, — ответила я и отвернулась к окну.

— Сюжет тот же?

— Тот же.

— Что произошло с вами накануне?

Я не могла рассказать ему о своей свадьбе. О том, что этот брак вынужденный и мне пришлось спасать свою сестру, которая бы точно не выдержала этого. Но теперь я не была точно уверена, выдержу ли это сама.

— Ничего такого, просто... — помедлила, нервно сглотнув. — Прочитала письмо от Антона.

Это была частичная правда.

— О чём он вам пишет?

— О любви. Хочет, чтобы я простила его.

— А вы бы хотели этого?

— Нет.

— Мы уже обсуждали с вами это, верно? И договорились, что вы не будете читать от него письма.

— Да, я помню об этом.

— Конечно, вы взрослый человек и способны самостоятельно принимать решения, но лучше оградить себя от влияния этого человека, как мы сейчас выяснили, он до сих пор его имеет. Это триггер, который сработал и вновь вызвал такое состояние.

— Я понимаю, Арсений Романович, но что делать теперь, когда всё уже случилось?

Не знаю, на что я рассчитывала, ведь не могла сказать ему прямо о том, как всё есть на самом деле. О том, что Антон действительно является первопричиной этого, но далеко не он стал всему виной.

— Вернём наши сессии и будем работать над вашим состоянием. Я так понимаю, проблемы со сном вновь вернулись?

— Да.

— Попытаемся справиться своими силами, вы согласны?

Я лишь кивнула головой. Знала, что этот человек способен вытащить меня. Может, позже всё-таки расскажу ему, почему действительно сюда пришла.

Около часа мы беседовали с ним на разные темы. Я не была у него около трех лет, в основном говорили о том, как изменилась моя жизнь и как от этого я себя чувствовала.

Мне стало легче. Даже несмотря на то, что мы не говорили об основной проблеме.

Когда он провожал меня к двери, открыв её, почти сразу столкнулись с Пашей.

Я замерла.

В голове закрутились мысли, словно рой пчёл. Что он сейчас сделает? Изобьет моего врача? Схватит опять меня за руку и утащит куда-нибудь? Потребует объяснений?

Его взгляд, такой же злой и тёмный, как тогда, был сейчас направлен на Арсения Романовича, тот был очень удивлён происходящей картиной.

Паша на его фоне казался более крупным и высоким.

— Алина Юрьевна, вы не представите нас? — спросил мой психолог, а я лишь стояла как вкопанная и не могла произнести ни слова.

Мне не хотелось, чтобы он пострадал из-за меня. Мне вообще больше не хотелось, чтобы кто-то страдал из-за меня.

— Жених Алины, Павел. — ответил, протягивая ему руку.

«Сейчас заломает её и скрутит?»

Рядом уже не было Коли и Стёпы. Эта часть больницы пустовала. Оно и не удивительно, около кабинета психолога должно быть тихо и комфортно.

— Интересно, приятно познакомится.

Они пожали друг другу руки, а я смотрела на это рукопожатие и ждала какого-то подвоха. Я видела, что Паша сжал ладонь чуть крепче, чем требуется, но мой доктор, казалось, не замечал этого или сделал вид.

— Что же, не буду вас более задерживать. Встретимся на следующей неделе. Верно?

Я попыталась сделать вид, что нисколько не напугана. Хотя понимала, что Арсений Романович уже точно всё понял и вопросов на следующей сесии будет масса.

— Да, конечно, — неуверенно ответила я.

Паша отпустил его, и я тихо выдохнула. Врач вернулся в кабинет, и мы остались одни в коридоре.

— Идём в машину.

Тон не требовал возражений. Я на негнущихся ногах пошла за ним. Мило попрощавшись с администратором на рецепшене, мы вышли на улицу.

Рядом со входом был припаркован черный «Мерседес». Паша открыл мне дверь, а сам сел за руль.

В машине приятно пахло каким-то ароматизатором. Стёкла затонированы, поэтому в салоне было намного темнее, чем на улице, что добавляло мрачности к текущей атмосфере.

Я не знала, куда мы поедем. Больше меня пугало то, что Коли и Стёпы не было. Да, может, они и докладывают о каждом моём шаге, но их присутствие хотя бы немного успокаивало меня, даже тогда в кафе.