Хоть я и обращался к ней, но мой взгляд был устремлён на Колю. Он умел читать по губам.

— Так и будешь играть в молчуна? Ты точно сын своего отца? — спросил у меня «Мясник».

У меня заиграли жевалки. Как он может говорить о моём отце, когда был замешан в этой трагедии?

— Думал ты придёшь без посторонних, — произнёс я ледяным тоном, не отрывая взгляда от него.

— А я и не посторонний, — вмешался Антон с ухмылкой на лице. — Я ведь был так близок с Алиной, решил заглянуть поздравить

Лисичка крепче сжала мою руку, я огладил большим пальцем тыльную сторону ладони, чтобы хоть как-то успокоить её. Я не знал всех деталей её прошлого, но одно было ясно — он оставил в жизни моей жены неизгладимый след. То, что он сделал… Такие кошмары не стираются из памяти, они въедаются в душу.

— Брат, может, объяснишь, что происходит? — голос Юры дрожал от напряжения.

— Я не позволю своей племяннице жить под одной крышей с этим ублюдком!

Краем глаза заметил, как Боря рванулся с места, но было уже поздно.

— Брат, нет!

Только успел крикнуть, как раздался выстрел. Не было времени смотреть, куда он попал, я схватил Алину за плечо и резко потянул вниз, прижимая к полу. Помещение быстро наполнилось криками и началась суматоха. Я посмотрел на жену, она не выглядела напуганной, наоборот, очень собранной, что меня удивило. Быстро приподнял край скатерти, пытаясь оценить ситуацию. «Мясник» лежал неподвижно на полу. Антона нигде не было видно, люди Юры, направили оружие в нашу сторону.

— Так, слушай меня внимательно, Алина. Коля заберёт тебя и выведет из ресторана!

— А как же моя семья?!

— Юра сам должен позаботиться о своей семье.

— Но…

— Алина. Ты поняла меня? — процедил сквозь зубы, заглядывая в её глаза.

Она лишь поджала губы и ничего не ответила. Я принял это за знак согласия. Взял её под локоть, мы на корточках выползли из своего укрытия. Пара больших шагов, и уже оказались на другой стороне стола. Быстро окинул взглядом свою семью. Юля выглядела напуганной, она прижималась к Боре, и я не видел, что там происходит. Марту с Эльвирой прикрывал Ваня. Рядом с мамой и Жанной находился дядя.

Мы с Алиной, пригибаясь к полу, устремились к брату. Боря лежал, зажимая рану на животе, его дыхание было тяжёлым и прерывистым, а зубы крепко сжаты. Юля, не сдерживая слёз, обнимала сына за плечи.

Впервые в жизни я почувствовал, как настоящая паника охватывает меня, но не позволил ей прорваться сквозь маску хладнокровия. Если он умрёт, я никогда себе этого не прощу. Боря — это всё, что осталось от дяди, его плоть и кровь, единственная надежда и опора Юли.

В ресторане тем временем кто-то кричал в панике и бегал туда-сюда. Сотрудники, наши люди и остальные. Я не решался выйти из своего укрытия, чтобы не спровоцировать неизбежное. Приподнял пиджак Бори. Он смотрел мне прямо в глаза, но ему нужно было смотреть куда угодно, только не туда.

Я снова прижал пиджак к ране, и брат застонал от боли.

— Всё настолько плохо?

Видимо, это было написано на моём лице.

— Паша, умоляю тебя, спаси моего сына! — рыдала Юля.

— Нужно вытащить его отсюда, — произнёс я, когда Коля подполз ближе.

— Я не смогу вытащить его в такой обстановке, — покачал головой Коля.

— Через чёрный ход, для персонала, со стороны кухни.

— Нет, — ответил твёрже.

Времени на размышления не оставалось.

— Хорошо, но ты должен вывести Алину.

— Я смогу вывести только одного.

Боря начал терять сознание, его глаза закрывались. Я ударил его по щекам, пытаясь привести в чувство.

— Паша, нельзя ждать, решай сейчас, — голос Коли звучал напряжённо.

Он почти никогда не обращался ко мне по имени. Я не мог оставить Алину, но и послать с ней кого-то другого тоже.

— Вытащи их обоих. Сначала Борю. Затем вернёшься за моей женой. Мы постараемся вас прикрыть.

Коля лишь кивнул. Я посмотрел на Алину — она была готова к любому моему решению, полностью доверившись мне.

Я Обернулся и нашёл глазами Ваню. Он всё это время наблюдал за нами, прижимая к себе девушек. И тут в голову пришла мысль, от которой внутри всё перевернулось. Эльвира. Нужно с её помощью вывести остальных. План складывался в голове стремительно, несмотря на хаос вокруг.

Дав понять Ване, что нужно прикрыть отход Коли. Мы старались держать остальных на расстоянии, не давая возможности приблизиться. Краем глаза заметил, как он уже оттащил Борю к выходу на кухню.

— Ты в порядке? — спросила Алина, её голос дрожал.

— В полном, — солгал я.

Никогда прежде мои самые близкие люди не оказывались в такой опасности. Я пытался не дать страху прорваться сквозь мою внутреннюю броню, но он настойчиво пытался вырваться наружу.

«Я должен был это предвидеть».

Как можно было рассчитывать на благоразумие там, где речь шла о Юре?

Коля полз обратно на корточках, ловко лавируя между столами.

Время словно замедлилось. Я боялся, что они не успеют. Гнев и ярость, которые я так долго подавлял, вырвались наружу.

Алина.

Я увидела его лицо, и мне стало не по себе.

Страх стал моим постоянным спутником, и, возможно, именно поэтому я научилась держать себя в руках в таких ситуациях, когда угроза была по настоящему реальной. Но сейчас… Сейчас я не могла не думать о своей семье.

В голове крутились мысли о том, как всё могло сложиться иначе. Если бы не моё упрямое желание всё контролировать. Арина могла бы выйти замуж за Пашу, и, возможно, этой ситуации удалось бы избежать.

— Алина, держитесь рядом. Сейчас мы выйдем, и нам нужно будет бежать.

Я кивнула головой и подобрала подол платья, а через секунду мы уже бежали к барной стойке. Я не чувствовала ничего, кроме крепкого тела Коли, который прикрывал меня.

Несколько шагов, и влетела в кухню. Здесь никого не было. Все работники, вероятно, разбежались. Затем обернулась и увидела, как Коля прижимается к стене, судорожно хватаясь за живот.

«Нет…»

Только теперь я поняла, что он был ранен.

— Алина, беги... — голос оборвался.

Паника сжала моё сердце. Я бросилась к нему, лихорадочно осматривая его.

— Алина, уходите, — прохрипел он.

— Нет, Коля!

Он всегда защищал меня. Как я могла его бросить?

— Давай, хватайся! — крикнула, обхватывая его за торс.

Парень ухватился за меня, и мы, шатаясь, вышли на улицу. Снаружи было относительно тихо. Коля был тяжёлым, но я, стиснув зубы, потащила его к машине. С трудом открыла пассажирскую дверь внедорожника. Быстро обежала автомобиль и села за руль.

Меня била мелкая дрожь, но я держалась. Мельком глянула на заднее сиденье — Боря был без сознания. На автомате завела двигатель и резко нажала на газ.

— В какую больницу нам ехать? — спросила дрожащим голосом, едва сдерживая панику.

— В центр, — прохрипел он.

До центра мы могли добраться минут за двадцать. К счастью, уже вечерело — около восьми вечера, машин на дорогах было немного.

Коля начал терять сознание, и следить за его состоянием становилось всё сложнее.

— Коля, Коля! — я похлопала его по руке. — Слышишь меня? Поговори со мной!

Сжала его ладонь. Волнение за семью и Пашу не отпускало, но я не могла думать ни о чём другом, кроме двух раненых людей в моей машине.

— Слышу… — сдавленно ответил он.

— Расскажи мне что-нибудь. Давай!

— Я не знаю, что рассказать…

— Что угодно, ну же!

— Вчера… — он тяжело вздохнул.

— Что было вчера? — спросила, глядя в зеркало заднего вида. Боря всё так же лежал без движения, но его грудь медленно поднималась — он был жив.

— Недавно я познакомился с девушкой… — начал он, и слёзы навернулись на мои глаза. Я пыталась успокоиться, но не получалось. — Вчера мы ходили в кино.

— Как её зовут?

— Люба. Она милая… — он снова зашипел от боли, когда я поворачивала на нужную улицу. — Не плачьте, Алина. Вам не нужно плакать из-за…