И только после этого сообразили, что орет кузен Арчи. Причем орет из коридора, глядя на нас через распахнутую дверь в покои феникса.

К порогу он даже не приблизился, стоял шагах в десяти и блажил на весь особняк. Но с места не дергался, что яснее ясного говорило: кузен уже попробовал «на вкус» огненную защиту.

Точно, вон у него волосы какие короткие, наверняка подпалил, а потом состриг горелые кончики!

— Отойди от нее, ублюдок!

— Или что? — Ялис отступил на шаг, но одновременно повернулся к двери и ухмыльнулся с ленивой наглостью, демонстрируя превосходство. — Что ты сделаешь, дорогой друг? Ты не забыл, что Арисоль моя жена? А это наши супружеские покои.

— Ты… — продолжить Арчи не смог, не подобрал слов.

Вместо этого он замахнулся бутылкой с недопитым пойлом, выругался и швырнул, целясь в Ялиса.

Муж выставил руку, я — огненный щит. Только все это оказалось лишним.

В проеме появился страж, огненный птиц с хохолком. Широко распахнув крылья, он выставил лапы и с хищной ловкостью перехватил бутылку, вместе с ней взвился под самый потолок и уронил ее Арчи на голову. Кузену, чтобы увернуться, сноровки не хватило. Да он и не пытался, только смотрел испуганно и глупо.

Припав на колено, он схватился за голову. Я рассмотрела, что осколком его порезало до крови. Нащупав рану, Арчи окончательно скуксился, растерял остатки воинственности и захныкал.

Я смотрела и никак не могла поверить глазам. Во что превратился Арчи, которого я знала⁈ Юный лорд, щеголь, неизменно безупречный, холеный. Сейчас же передо мной был опускающийся, помятый, отекший хмырь.

Даже в самой своей безобразной откровенности, какую он позволял в присутствии немого полутрупа, кузен не был таким слизняком. Он мог быть отвратительным, жестоким, циничным, он злорадствовал, делал ужасные вещи со мной и с другими, говорил невероятные гадости… но никогда сам не опускался до состояния склизкой плаксивой лужи!

Или все дело в том, что в несбывшемся будущем дорогой Арчи имел дело только с теми, кто не может ему ответить? Издевался только над теми, кто заведомо слабее? А встретив отпор и минимальный набор трудностей, тут же растерял всю уверенность, весь апломб и весь свой цинизм?

По чужой спине и сто палок не больно, а капля собственной крови на вес золота? Похоже.

Опираясь на плечо уже вызванного из отпуска лакея, Арчи кое-как утвердился на ногах и поковылял прочь.

— Леди Нияр, простите, он один явился и сразу прошмыгнул на лестницу, — повинился мужчина средних лет, недавно нанятый в особняк. — Простите за вольность, мне показалось, что он искал место, где его не будет беспокоить отец, а увидев других слуг за работой, что-то пробормотал и пошел искать вас.

— И нашел, — кивнула я.

— Куда прикажете проводить вашего кузена?

Желательно вон из дома и куда подальше, но я притушила эмоции и включила здравый смысл. Во-первых, пока кузен пьет под присмотром, он не делает гадостей и непредсказуемых глупостей. А как известно, один дурак может больше навредить, чем десять умников. Просто потому, что его ход мыслей не предугадать.

Во-вторых, дядя намерен выставить меня скандальной дрянью, лишившей ближайших родственников крыши над головой. Если завтра я отправлю кому-то из мелких акционеров приглашение на чай, чтобы познакомиться, поговорить о делах, то смогу продемонстрировать Арчи в его нынешнем состоянии, тем самым не только брошу тень уже на его репутацию, но и опровергну дядины обвинения.

— В его комнату, и проследите, чтобы у него был коньяк, бочка коньяка, море коньяка. Кот, у кого в совете меньше всего акций?

Ялис широко открыл глаза в ответ на такое обращение, но секунду подумал, усмехнулся и пожал плечами:

— У Рона Стюарта и Дениз Алвари.

— Вот и чудно, пошли.

— К-куда?

Лакей в это время, ловко заговаривая Арчи зубы, повел его в сторону жилых комнат, а выглянувшая из-за угла горничная понятливо кинулась за новой бутылкой спиртного. Майя, негласно занявшая место старшей среди прислуги, осталась возле нашей двери, явно ожидая дальнейших приказов. Отлично. За эту часть плана можно было быть спокойной.

— За секретер пошли. Время позднее, но я нарушу этикет и отправлю записки с приглашением. Майя, дорогая, прости, но к утру палисадник, холл и столовая должны быть безупречны.

— Да, госпожа, не беспокойтесь, уборка почти завершена, а о прошедшей печальной церемонии уже полтора часа ничего больше не напоминает, — с готовностью откликнулась новая старшая горничная.

— Славно, — кивнула я. Надо будет девочку поощрить хорошей премией.

Я прошла за секретер, достала плотный лист меловой бумаги. Итак, приглашения…

Ялис отобрал у меня перо и чернила, вздохнул и велел:

— Диктуй. У меня почерк лучше, я таких сотни в свое время написал. Подрабатывал во время учебы секретарем у одной приятной пожилой дамы.

Справились мы с этим делом быстро. Старшая горничная обещала отрядить двух лакеев помоложе и порасторопнее, чтобы они доставили приглашения до десяти вечера, пока это еще хоть как-то прилично. И ушла, унося оба изящных конверта.

А мы снова остались вдвоем. И тут синеглазый котик выкинул финт. Шарахнулся от меня так, будто я его не целовала, а укусила. И заявил:

— Лучше переночую с мальчиками. Мне кажется, им будет слишком неуютно в новом доме, в другой комнате, одним. Спокойной ночи.

Я осталась стоять в растерянности, глядя на захлопнувшиеся перед моим носом двери в смежную спальню. Это что было⁈

С минуту я хлопала глазами, потом обиделась. И подумала, что раз сбежал, то это его проблемы, а я могу спокойно и без постороннего фырчания сделать очень простую вещь. Ритуал… Собственно, мне даже свечи не нужны, я сама себе огонь.

Устроившись на полу, я оперлась спиной на кровать, руки сложила перед собой так, чтобы ладони образовали чашу, и мысленно потянулась к живущей во мне магии, благо с каждым разом контролировать огонь получалось все лучше и лучше. В руках у меня взвились огненно-рыжие языки огня, похожие на лисьи хвосты. Ничего не делая, я просто смотрела, как пламя играет: меняет цвет, то уходя в красноту, то, наоборот, белея или желтея; танцует; поднимается выше и опадает на пальцы.

— Мои предки, мой феникс, дайте мне наставление… — прошептала я.

Ничего не произошло. Еще немного я посмотрела на пляску пламени и погасила его. Эксперименты — это замечательно, но завтра визитеров мне надо встречать свежей и полной энергии, а не вялой засоней с синяками под глазами, так что я проверила входную дверь, затем легла и погасила магические светильники.

Ожидала, что какое-то время буду ворочаться, потому что в постели без Ялиса оказалось неуютно, хотелось кота под бок и теплых обнимашек. Вот точно, когда все закончится, заведу себе кота, черного и с характером. Под эту прекрасную мысль я и провалилась в темноту.

Цветной сон привиделся мне только под утро. Я была то огненной лисой, то огненной птицей и гналась за черным синеглазым котом. Поймала и… кхм… щенки получились интересные.

М-да. Едва ли такое видение можно было посчитать советом от предков.

Утром я проснулась с одной мыслью: ну каков гад! Сам целовал! И что, что я первая начала? Он не отбивался! А потом взял и сбежал, как трус последний.

Шиш он у меня теперь дождется первых шагов с моей стороны. Я девушка гордая и вообще феникс. Если этот драный кошак не понимает, какое ему счастье выпало, то ему же хуже. Вот!

Наверное, поэтому за первым, исключительно семейным завтраком царила слегка напряженная атмосфера. За столом собрались мы с Ялисом, наши подопечные и их няня. Арчи еще спал. А мне было даже жаль — вот уж кого бы демонстративно покусала, чтоб с горя еще больше напился…

Кусать кота я не стала. Это ниже моего достоинства. Просто была с ним официальна и холодновато учтива. Чем, кажется, обидела до глубины души.

Пф! А кто ему злобный котяра? Нечего было убегать от меня как от чумы и прятаться за детей. Можно подумать, я такая противная и агрессивная, если бы не сбежал — изнасиловала бы, пользуясь клятвой.