Хорошо, что в середине весны подобный ночлег уже не вызывает лишних страданий, выспались даже без палатки и поскакали обратно в город.

О чем нужно было, я с послами заранее переговорил, подарил им всем по дорогому кинжалу, еще и новому Бею полуфолы передал подарок, так что какие-то отношения со степняками наладил.

Дорога, конечно, хорошо пострадала от сотен всадников с повозками, будет чем заняться арестантам после отъезда послов в свои степи.

— Друг Степи, хорошо бы еще с нашей стороны начать дорогу восстанавливать! — попросили меня послы. — После нашего похода на ваши земли она вся разбита и дождями размыта, очень трудно по ней ехать!

— Займемся ремонтом, — пообещал я и договорился с Беем охранной полуфолы отправить пару бригад на ремонт дороги, ведущей в сами Бейства.

— Да, дело нужное, ведь все для себя делаем, — сразу согласился он через толмача.

«Вот, уже о том хлопочу, чтобы свирепой орде хорошую дорогу до Астора отремонтировать!» — искренне смеюсь над собой.

А я сразу вернулся в город, куда уже приплыли Дропер с гвардейцами и гильдейскими. Камни, завернутые в мешковину, чтобы никто ничего лишнего не видел, уже перевезены ко мне в дом и там дожидаются меня.

Дропер сразу же пришел ко мне, как только мы приехали в город и едва я вошел в свой дом. Видно, сказал кому-то из подчиненных отдельно присматривать за домом и ему тут же сообщить, как только я появлюсь в городе.

Ну, а добежать ему уже от своей комнаты — пару минут всего!

Успел только обнять Гриту, погладить по голове молодого Ольга, только собрался выходить, чтобы помыться и попариться в хамаме с дороги, как уже снизу охранники дружно зовут господина Капитана.

Моему главному охраннику есть, что подробно рассказать о прошедшей поездке, но сначала короткий отчет о самом главном:

— Нашел еще четыре подходящих камня по пути к третьей Башне и там тот камень, который на самом верху оказался. Все пять камней продержал три дня на третьем этаже, на том каменном столе, как вы, господин Капитан, сказали. Еще астрийцев-крестьян привез.

— Отлично, Дропер! Очень тебе благодарен, что смог меня заменить в такой долгой поездке! Я за это время в городе столько дел завершил! Рынок открыл, начал промплощадку обустраивать, как раз там подобные работники очень нужны! Степнякам наши долги передал, да еще десять осьмиц наших людей из плена вернул!

— Степняки начали все же полонников возвращать? — поражается мой бывалый помощник такому небывалому делу.

— Куда им деваться, ведь выдача дани оговорена только через возвращение полона! У них и так народа много угнанного, поэтому вернуть вполне могут!

— Знаете, господин Капитан, ведь дань потому и называется данью, что ее выдают проигравшие своим победителям. Так что она должна безо всяких условий выплачиваться! — вдруг довольно проницательно замечает мне Дропер.

— Мы наше явное поражение не стали так специально фиксировать с Беями, так что горожане не проигравшие официально, хотя степняки себя точно считают победителями! — довольно уклончиво отвечаю я, а себе ставлю заметку о необходимости немного поменять риторику.

А то получается, что я прямо доволен соглашением с ордой, что как бы совсем нежелательно показывать остальным горожанам.

Только ведь я на самом деле доволен, что с осадой смог все провернуть подобным образом, чтобы и рыбку съесть, и не пострадать как-то особо морально.

— Сколько ты астрийцев забрал со строительства дороги? — первый мой вопрос к Дроперу.

— Как вы и приказали, три осьмицы! Заранее послал к ним своего человека из гвардейцев, чтобы ждали нас на обратном пути на двенадцатый день. Как посчитал дорогу до третьей Башни, потом три дня ожидания там и путь обратно. Все так точно и вышло.

— А инженер городской что сказал по такому поводу? — интересно мне.

— Против, конечно, был, но с вашим приказом спорить не стал. Он с ними сам приехал, чтобы узнать точно, заодно оставшуюся дорогу еще раз разведал и проехал, как потом сказал. Они прошли уже сто пятьдесят лиг, так он мне доложил, примерно половину новой дороги. Но теперь не за три месяца работы ее закончат, а до конца лета копаться станут. Вот что его больше всего тяготит, потому что тамошняя глухомань надоела ему уже хуже горькой редьки, — подробно докладывает Дропер ситуацию с короткой дорогой. — Уже весь прямо изнылся, что нет ни баб нормальных, даже пива попить негде на этих рудниках.

«Да, там с таким делом пока все совсем печально, но скоро я дам толчок быстрому развитию территориям около рудников. Ну, как скоро, года через полтора, наверно», — признаю я.

Толкового прораба по строительству из Астора консорциум заманил хорошей платой, насколько я помню, в осьмицу тайлеров за месяц, так что деваться ему пока все равно некуда. Зато сможет себе отдельное жилье купить по результатам долгой командировки к рудникам.

— Да? Надо бы ему тогда большую часть астрийцев обратно отправить через месяц. Когда они самое грязное дело тут закончат, русло Быстрицы прочистят и разведут на два отдельных потока. Не так уж мне лично новая дорога от рудников нужна сейчас, но для города она весьма важна. Лишний день пути туда и обратно тоже один, если за два дня грузы в порт возить получится — так жить гораздо проще станет для всех. Пусть не город платит за ее прокладку, а коммерческая ассоциация рудопромышленников, перевозчиков и хозяев кораблей, то есть именно те самые люди, кому она жизненно необходима, — рассуждаю я, чтобы мой основной помощник понимал принцип взаимно важных для меня дел.

Ну, Дропер на всякий случай просто кивает, как будто понял.

— Как Охотники и гвардейцы себя проявили? Нашли что-нибудь?

— Нет, не нашли. Крос очень старался, за те три дня, пока мы их в третьей Башне ждали, четыре дневных перехода прошел, но ничего не увидел. Там, конечно, так просто никакие следы не найдешь, если немного умелые люди прошли по северной земле, — рассказывает мне помощник.

— В том-то и дело, что опытных и умелых со стороны там оказаться больше не может. Почти не может, — все же поправляюсь я. — Только кто-то из жителей нашего города, какие-нибудь совсем лихие жулики или те же продуманные гвардейцы в отставке с Охотниками. Но опытные следов не оставят, а вот уголовное сословие по лесу ходить не может правильно. Так что еще не совсем понятно, гуляет кто-то по Башням или нет сейчас. Но разведку я отправил, как положено было сделать, она ничего не нашла, теперь выдам официальный доклад о походе городских воинов на Совете.

Нужно же объяснить, куда я сдергивал три осьмицы казенных людей по своему приказу. А то, что с ними на север прокатились мои доверенные люди под прикрытием и что-то привезли оттуда — лучше никому не знать.

За них я точно отчитываться не обязан, а камни, спрятанные в обычные мешки не должны привлечь особого внимания. Привезли и привезли что-то мои охранники с Севера, явно, что не золото с драгоценными камнями.

Я уже проверил все магические камни со скошем во главе. Полны маны, ничего не скажешь, теперь Клее их хватило бы надолго, если только ману пополнять. Но вот для постоянной прокачки все не так просто получается, а ей ведь именно для подобного дела они требуются.

Энтузиазм начинающей ведьмы в магическом обучении меня самого удивляет, похоже, период долгого сидения абсолютно послушной своему авторитарному мужу жены в ее биографии все-таки совсем закончился.

«Скоро Крома ждут довольно удивительные и для него лично неприятные открытия. Хотя они уже сейчас идут, но под воздействием магии жены он может просто ничего не заметить», — улыбаюсь я выполнению необходимой части плана по превращению Клеи в довольно сильную магиню.

Видно, что не остановится она на первой ступени, явно подальше пройдет, так сильно старается и все у нее получается.

Пока я сам лично занес скош в женскую уборную, куда Клея всегда может зайти одна. Поставил его около шкафчика, как подставку под цветы, чтобы Грита не удивлялась. Потому что постоянно спускаться в наш полуподвал для той же Клеи будет достаточно странно, а вот в уборную зайти на осьмицу минут сам бог велел при каждом визите.