— Я завтра утром отъеду ненадолго, маму в город свожу, ей в больницу нужно, — говорил он, а я уже засыпала.

— Она не может с водителем съездить? Или на такси?

— Не может. Ей нужно остаться со мной наедине, чтобы отговорить на тебе жениться.

— А ты?

— А я не буду ее слушать, потому что я тебя люблю, — сказал и чмокнул меня в плечико.

— И я тебя люблю.

— Ладно, спи. Сладких снов, малыш.

— И тебе сладеньких.

***

В комнате было еще темно, когда прозвенел будильник, и Костя вылез из постели. Хотя темные шторы не пропускали солнечный свет, я поняла, что еще раннее утро. Костик поцеловал меня в щечку и ушел. Я снова уснула. Не знаю, сколько я проспала, может, час, может, чуть меньше. Сквозь сон, где-то между реальностью и бессознательным, я ощущала его теплые руки на своей попке. Он нежно поглаживал мои булочки‚ а я нежилась от этих прекрасных ощущений.

Костик постоянно мне говорит, что я даже сплю сексуально. Моя упругая попка, которую я выпячиваю во сне, его так и манит. Вот и сейчас не исключение. Мне так нравилось то, как он меня будит по утрам, что я ему всегда немного подыгрывала. Я лежала с закрытыми глазами, типа я сплю, повернутая к нему спиной, зарывшись в одеяло, и кайфовала от горячих рук моего мужчины.

Он еще немного помял гладкую кожу на булочках и начал поглаживать меня между ножек. Как удачно я надела тоненькие кружевные трусики-шортики. Ткань была полупрозрачной и совсем не притупляла ощущения. Я чуть-чуть пошевелилась, легла почти на живот и задрала ножку повыше, согнув колено. На мне был надет короткий топ-лиф. Ничего не мешало моему мужчине нежно целовать мою спинку. Он прикасался губами и языком, а рукой поглаживал мою прелесть.

Рука двигалась медленно, останавливалась на клиторе и слегка надавливала. Затем одним скольжением возвращалась к попке и проходилась между ягодиц. Я ощущала нахлынувшее возбуждение и намокание между ног. Но я знала, что он не станет спешить. Он любит долгую прелюдию. А именно, распалить меня так сильно, чтобы я истекала желанием. Когда трусики пропитались насквозь, мой мужчина потянул их вниз и начал стягивать с ног. Я все еще не открывала глаза, чтобы не нарушать его правила и не портить игривую атмосферу. Трусики были сняты, и я оказалась совсем не защищенной.

Мужчина снова провел руками по попке и нырнул внутрь. Он запустил пальцы к влажной дырочке и начал поглаживать складочки, которые манили его к заветному месту. Как только он прикоснулся, я еще больше выставила попку навстречу шаловливым ручонкам. Он начал гладить дырочку и немного, на сантиметрик, проникать внутрь теплого отверстия. Я замурчала, как кошечка. Тихонько, в подушку. А его пальцы продолжали размазывать мою смазку до клитора. Когда я уже полностью была в своем соке, мужчина не выдержал. Да и мне больше ждать не хотелось. Его утренние игры так меня возбудили, что я не могла дождаться, когда мой парень, наконец, наградит меня за терпение и податливость.

Я легла на живот, приподняла ягодицы и игриво пошевелила ими. Поманила, так сказать, моего ненаглядного. Горячий член приблизился к отверстию, прошелся по смазке и начал проникать внутрь меня. Я была отлично смазана, но все равно почувствовала сильное давление на дырочку. Я слегка напряглась от неприятных ощущений, но мой мужчина смело пробирался глубже. Я постаралась максимально расслабиться, чтобы он смог войти менее болезненно для меня.

Получилось. Член вошел полностью, но мне все равно было немного не комфортно. Влагалище распирало изнутри от давления, раньше такого не было. Я вообще никогда не испытывала ничего подобного. Только в первый раз и после немного, но не сейчас. Мы с Костей активно занимаемся сексом почти каждый день, и ничего такого.

— Кость, мне больно немного. Давай не быстро, — сказала, но не услышала ответ.

Костик молчал и начал медленно двигаться внутри меня. Пара движений, и неприятное ощущение ушло. Наоборот, я чувствовала очередной прилив возбуждения от трения. Когда член уже с легкостью проникал внутрь, мужчина ускорился. Он чуть подался назад, схватил меня и поднял мою попку вверх, от чего я встала на колени. Резким толчком вновь вошел в меня, продолжая быстро скользить, двигая бедрами.

Я смогла обернуться и наградить своего любовника благодарной улыбкой за этот утренний секс. Но когда я посмотрела назад, я увидела не Костика, а его отца.

— Роман Эдуардович! — испуганно воскликнула я и хотела отстраниться, но мужчина мне не позволил.

Он лишь сильнее взял меня за бедра и насадил на свой член. Кожу сжимает, крепко впивается прям. Хватка смертельная.

— Удивлен, что ты только сейчас поняла, — говорит и смотрит насмешливо, а я чувствую себя шлюхой последней. Дрянью.

Продолжает активно трахать меня, дышит так протяжно, будто смакует каждое проникновение. Потом как шлепнет по попе. Рот открываю от неожиданности и возмущения.

— Перестаньте, прошу. Отпустите. — Голову к нему поворачиваю, смотрю на лицо, а оно такое спокойное.

На меня не пялится, только на то, что делает сейчас. Наслаждается видом. Руки в кровать уперлись, ногтями простынь царапаю. Ситуация была странной, мягко говоря. Патовой. Абсурдной.

— Тебе же нравится, Вика. Ты вся течешь, — произносит строго.

Фактом меня затыкает. Но я не сдаюсь.

— Я думала, это Костя, а не вы, — оправдываюсь. Голос срывается от каждого резкого толчка. Сглатываю.

Пока мы говорим, Роман Эдуардович продолжает беспощадно испытывать мою дырочку на прочность, трахая меня все быстрее. Колени упираются в матрац, ножки немного трясутся то ли от нервозности, то ли от активных движений мужчины. Он такой горячий любовник. Шустрый и бойкий. Его лицо напряжено, сконцентрировано. Взгляд искусителя, отдает похотью. Навевает нехорошие мысли. Заставляет отдаваться, не противясь.

— Ты не думай ничего, просто захотел тебя трахнуть, Вика. Узнать, что сыну досталось. И я его выбор одобряю. Хорошая ты, во всех отношениях, — говорит так же уверенно, как и всегда. С ноткой важности или даже гордыни. Слегка запыхавшись только.

— Перестаньте, пожалуйста, — попыталась еще раз остановить эту вакханалию.

— Потерпи, красавица, я почти все, — сказал свекор и насадил меня еще глубже.

Я издала стон, звонкий. А он лишь ухмыльнулся и продолжил. Можно считать этот секс изнасилованием? Думаю‚ нет. На удивление мне нравилось ощущать его большой орган в себе, и я действительно неприлично сильно текла. Я слышала эти хлюпанья, ощущала, и мне было дико стыдно за то, что творит мое тело.

Дрожь пробегает по коже, когда он снова и снова хватает за бедра. Держит и поглаживает одновременно. Ягодицы мои раздвигает, глаз не вижу, но представляю,

как он пялится на открывшуюся картину. Глаза закрываю, пытаюсь Костю представить, но не выходит. Только лицо будущего свекра: испарина на лбу, рот приоткрыт, немного стеклянный взгляд от возбуждения, ожидание финиша.

В какой-то момент я поняла, что Роман Эдуардович не остановится, пока не кончит, и решила зря не терять время. Да, я приняла ситуацию, сдалась. Расслабилась и получала удовольствие. Оно было явно не за горами. Я легла головой на подушку, лизнула свой пальчик и запустила руку себе между ногами.

— Ух-х, бля-а-а, Вика-а-а. Вошла в кураж? — Его голос звучит властно. Громко. Будто он проводит совещание, управляет людьми и мною,

— Заткнитесь уже и продолжайте, раз решились, — грублю. Надоело болтать. Да и о чем тут говорить?

— Хм, — последнее, что произнес Роман Эдуардович, и снова вошел до предела.

Ускоряю круговые движения. На максимум ставлю, чтобы это недоразумение не прошло даром. Оргазм приближается и концентрируется в одной точке. Не могу сдерживать стоны.

Не в силах сейчас.