— По пути не споткнитесь, пернатые.

— А что за обереги волчьего зуба? — поинтересовался я у него, закинув свою ношу на плечи. Камни были собраны, так что делать нам тут по большому счёту было уже нечего.

— Костяные амулеты, а уж из чьих зубов дело десятое, ничего не мешает и кабаний клык взять — улыбнулся Корнегур — Если закинуть такую штуку на шею соответствующему зверю, то можно образовать аналог той связи, что есть между побратимами. Я такие делать могу, а этот перьерукий бездарь так и не научился, хотя ему сама Мать Природа велела. У него защитника нет, как у меня. Токмару наш учитель когда-то пару волчьих зубов подарил, но он в своё время обоих помощников утратил, не рассчитав силёнок. А по второму кругу оберег не попользуешь. Просто потрескавшийся кусок кости будет да и всё.

— Так можно же с волками и так договориться, разве нет? — спросил я.

— Можно, но управлять ими тогда постоянно надо, это концентрацию в бою сбивает. Волшебой опять же помощников своих напитывать тяжелей. В общем лучше один раз научиться делать обереги, чем потом всю жизнь мучаться, как некоторые — менторским тоном сообщили мне.

— Понял и постараюсь научиться — тут же отозвался я — А лилии…

— Алхимический ингредиент — махнул рукой Корнегур — Тебе сейчас поможет не слишком, хотя толк конечно будет. Но он всё таки для тех, кто уже развил своё средоточие до того предела, когда оно почти не набирает мощь само по себе. Вот тут и нужны подобные ухищрения. Дома дам тебе почитать труд, где о зельях писали. Сам не сваришь, но хоть знать рецепты будешь.

— А история с эльфами? — решил попытать я счастье.

— Победишь, тогда расскажу. Тебе о ушастых полезно некоторые вещи знать заранее, чтоб не попасть в такую же — усмехнулся друид — Ладно, поболтали и хватит, идём домой да надо за тебя как следует браться.

— Я уж опасался что этот день никогда не наступит — осталось мне только хохотнуть, показывая браваду.

Быть бойцовым псом, или в моём случае котом, удовольствие сомнительное, однако на что не пойдёшь ради хорошего образование. Всё таки есть плюсы в том, что друиды не смотря на всю внешнюю вежливость с благостью стоят очень близко к природе и являются теми ещё альфа-самцами. Сама внутренняя суть подталкивает их к поиску оппонентов, ведь без противника нет боя, а без боя нет победы. К счастью это выражается не в таких формах, как у каких-нибудь обезьян, но сама-то суть никуда не делать. А значит по крайней мере этот год меня будут учить не по минимуму, просто исполняя клятву, а со всем усердием.

— Не радуйся раньше времени — фыркнул учитель на мои последние слова, будто прочитав при этом мысли.

Надо заметить, что мой наставник не шутил, говоря, что радуюсь я рановато, но при этом не могу сказать, что он вдруг решил загонять меня до смерти, лишив сна и покоя. По крайней мере не больше, чем обычно. Спал я примерно по шесть часов в сутки, что было не так уж и мало, особенно если учесть подпитку тела магией, что бодрит похлеще кофе. Зато занятия наконец стали относительно структурированными. До встречи с коллегой Корнегур учил меня от случая к случаю, нехотя отвлекаясь от своих собственных изысканий. Ну и в основном давал мне в некотором роде самостоятельные задания, вроде отработки того же кулака ветра, рассказывая что-то развёрнутое просто по настроение. Помня слова Брюса Батьковича Ли про его страх не перед тем, кто знает тысячу приёмов, но тем, кто тысячу раз отработал один единственный, я тренировался усердно, но это всё таки было не то.

Теперь же часа по четыре в день меня непосредственно учили, следили за исполнением заклятий, помогали исправлять огрехи и иногда устраивали учебные поединки, пусть и разделывая под орех. Затем следовал обед, после которого практику сменяла теория, в том числе с новыми заклинаниями. В след за ней меня ждала привычная хозяйственная деятельность, в конце концов работа ученика заключается в том числе и в том чтобы обеспечивать быт учителя, который «думает о высоком». Хорошо хоть не как в восточных додзё, где салабон обязан несколько лет быть по сути слугой и уборщиком у уважаемого мастера, как стращал меня друид. Однако как бы то ни было лишь после занятий с учителем для меня наступало время какой-то самостоятельной работы с тем, что я уже освоил правильным образом, а так же физической подготовки. Друид на последнюю всё ещё смотрел искоса, но тем не менее признал мои успехи и прикинул, что будучи крепче в человеческом теле я вероятно окажусь куда более серьёзным малым, обратившись в зверя частично или полностью. Если конечно решу пойти этой ветвью с дерева друидической науки.

Вообще условно говоря в нём было три основных направления. Первое это как раз оборотничество, сначала служитель Природы учился перекидываться в своего побратима, используемого как эталон, а потом развивал это искусство. Наставник тут приводил в качестве примера одного из друидов древности, что мог превратиться вообще во всех известных ему животных, но не остановился на этом, пристегнув элементалистику. В результате самой могучей его формой стал гигантский и натурально стальной медведь, что был практически неостановим и плевался огнём или льдом на зависть всем драконам. Страшная должно быть тварь была. Второе направление это как раз силы неживой или в основном неживой природы. Друид, достигший в этой дисциплине успехов был способен организовать ураган или землетрясение. В основном конечно локально, но история знала уникумов, что творили лютую дичь, один даже вулканы создавал, разок с помощью «огненной горы» уничтожив целый город. Правда его потом прибили, уж больно характер у мужика оказался взрывной и жестокий, даже свои его отмороженность не оценили. Кстати грохнули как раз в ближнем бою, Виндодар Вулкан в нём был откровенно слаб и стал эдакой притчей во языцех о необходимости баланса и самоконтроля. Что поделать, некоторые люди живут для того, чтобы все остальные точно знали, как поступать вредно для здоровья, а премия Дарвина существует фактически всю историю человечества. Третья основная ветвь подразумевала работу с животными и растениями, их контроль и использование. Кому-то нужны те же обереги из клыков, некоторые как выяснилось были в состоянии ведать обо всём и обо всех тварях лесных, направляя каждую от мелкого насекомого до могучего медведя. Тоже кстати страшные противники, особенно если не брезгуют ядами и другими не совсем честными трюками. Осы с пчёлами да комарами могут какой-нибудь ядовитой или заразной дрянью целую армию в расход пустить, а кое-какие грибы способны своими спорами, летающими в воздухе, заставить кого угодно выхаркать собственные лёгкие. Буквально. Так же существовали и побочные веточки на древе друидских знаний вроде алхимии с зельеварением, благословении полей и артефакторики.

Собственно по прибытию с последней мы и начали. С помощью сначала молотка и такой-то матери, а затем и ступки с пестиком, я обратил все собранные булыжники в пыль. После этого часть «сырья» была помещено в каменную чашу с высокими стенками, куда Корнегур воткнул посох кверху ногами, начав мастер-класс по наращиванию кристалла. Процесс был медленным, отнимал часа по три вечером, но тем не менее из пыли нужные микрочастицы притягивались к камушку, оседая на нём и встраиваясь в его поверхность. Сам же процесс сопровождался солидным нагревом, собственно потому и понадобилась каменная ёмкость, деревянный бочонок мог бы не выдержать. Зато друидский посох, в котором хватало магии, чувствовал себя довольно неплохо, пусть по началу я и опасался за свою берёзовую палку. Не так уж долго над ней работал как-никак.

Впрочем всё познаётся в сравнении, вроде и несколько месяцев — это немного. А вроде и припереть на горбу крупный валун к дому на болоте — это ох как не быстро, даром что на хорошем питании и магии я уже накачал мышцу и выглядел лет на семнадцать. У Корнегура своя бадья была, но мне пришлось сначала озадачится материалом, а потом вылепить из него нужную форму. Но зато это было поистине волшебно! Нет, без шуток, когда по твоей воле твёрдый камень начинает течь, меняя свои очертания — это что-то с чем-то. Я был уже знаком с волшебой, привык к её существованию, даже сам уже кое-что мог, но тут всё таки был несколько другой, непривычный уровень. Хотя наставник от моих восторгов только посмеивался, натурально кося под зелёного Чебурана из Звёздных войн и говоря что разница есть только в моей голове, ведь магия есть магия. Но моей радости это не уменьшало, так что за наращивание своего кристалла я взялся со всем жаром собственной пламенной души, помноженным на спокойствие опытного работяги. Это сочетание не раз выручало меня в данном мире раньше, не подвело и теперь. Дети и подростки неусидчивы, их мозги эволюцией заточены немножко для другого, но всё таки опыт прожитых лет на мне сказывался и позволял унять жажду активной деятельности, удерживая внимание на монотонной и методичной работе. Так что я со всем старанием сидел по три часа неподвижно и ни на что не отвлекаясь, заставляя с помощью магии мельчайшие частицы двигаться к неверию посоха. Не уверен на сто процентов, что имел дело всё таки с оксидом алюминия, но от ничтожно малых осколков камней действительно «пахло» не только землёй, но и свежим ветром. Ну на сколько я могу интерпретировать свои ощущения, переведя их в слова.