— Как приятно, инспектор Эванс, что вы заботитесь о сохранности имущества Департамента! — саркастически ухмыльнулся Пирсон.

— О ваших шкурах я пекусь тоже, — невозмутимо возразил Эванс, — но я имел наивность полагать, что об их сбережении вы позаботитесь и без моего напоминания.

— Довольно препираться, — остановил эту перепалку Тодс. — Пирсон, действительно — не усердствуйте. Вряд ли мы даже совместными усилиями сможем заставить автобус левитировать весь обратный путь, если его ходовая часть вдруг придёт в негодность. А вы, Моррисон, не слишком спешите с разбором завала. Изобразите затруднения. Пусть на вас отвлекутся, но не воспылают немедленной жаждой вылезти из своих укреплений и разобраться с вами. Дайте нам хотя бы полчаса. — Он обернулся к остальным, внимательно выслушивающим эту речь: — Господа, прошу облачиться в костюмы для погружений и накинуть маскирующие покрывала. Время не ждёт.

Мы поспешили в автобус.

Получив свой свёрток с упомянутым костюмом и развернув его, я уставился на содержащийся внутри предмет в некотором недоумении.

— Не думал же ты, что мы будем барахтаться в полосе прибоя в повседневной одежде? — усмехнулся Джеральд, аккуратно накидывая на спинку автобусного сиденья свой пиджак от щёгольской тройки.

— Откровенно говоря, другого варианта мне и в голову не пришло. Я ещё удивлялся, что ты сегодня так вырядился.

— Э, нет, братец. Портить костюм от Ритони — увольте!

Я тем временем тоже скинул одежду и развернул свой спец-костюм.

— Слегка напоминает… — мне хотелось сказать, что напоминает чёрные женские колготки, к которым из чистой фантазии надвязали такой же эластичный верх с рукавами и капюшоном, — … напоминает защиту от тухлеца, — наконец нашёлся я. — Только та была заметно обширнее.

— Ни разу не приходилось работать с «пауком»? — с некоторой тревогой спросил Тодс.

— Приходилось, даже трижды. На тренировках.

— А! На полигоне для занятий! — сообразил он. Тогда я понимаю твоё недоумение.

— Сто раз спасибо скажешь! — заверил меня Эванс, уже облачённый в костюм и со спины напоминающий свою собственную чернильную тень. — Отличная вещь! Сохраняет тепло посредством экранированных заклинаний. Для обнаружения энергетического следа требует направленного наблюдения с использованием специальных приборов.

— Действительно, Уилл, чего ты медлишь? — поторопил меня Джеральд.

— Да я бы с удовольствием, — мне было слегка неловко, — но я не вижу ни одной застёжки.

— А! Извини, я не показал тебе, — Джерри вытянул у меня из рук костюм и принялся демонстрировать его, как заправский торговец на ярмарке. — Это прекрасная универсальная модель. При желании в неё можно было бы впихнуть толстяка Ретингтора из лабораторного отдела. В неактивированном состоянии он чрезвычайно растяжим.

— Точно! — подхватил Эванс. — Я ровно то же самое подумал, глядя, как он заталкивает в себя котлету за котлетой на Дне нашей Академии. Вряд ли найдётся более растяжимый человек, чем Ретингтор!

— Кончай зубоскалить, — беззлобно огрызнулся Джеральд, — и не придирайся к словам! В общем, Уилл, это очень тянущийся материал. Раскрываем пошире ворот, — братец наглядно продемонстрировал мне процесс, — и ныряем внутрь. Ноги — тушка — руки. Как только накинешь капюшон, включится функция самоподгона. Давай скорей, уже темно.

На самом деле я полагал, что темнота нам только на руку. Но и заставлять остальных ждать мне не хотелось.

Четырьмя тёмными тенями спустились мы к воде, таща на себе крошечные лодки, «пауков» и маскировочные покрывала.

— Вот вам повод лишний раз заподозрить неладное, господа! — обвиняюще ткнул Эванс в почти спокойную воду. — Откуда бы взяться у «Грозового гнезда» такому бешеному прибою? Даже если там сходятся сильные течения, в чём я лично очень сомневаюсь, волнение вблизи усадьбы чрезмерно.

С нашего места уже было видно, как в сотне метров впереди море начинает бурлить, закручиваться водоворотами, вздыматься волнами выше человеческого роста высотой и с яростью бросаться на скалы.

— Не уверен, что справлюсь с удержанием лодки на неспокойной воде, честно предупредил я. — Вода — не самая сильная моя стихия.

— Зато Дик у нас в этом — молодец! — заверил меня Джерри, а упомянутый Эванс приобрёл вид благодетели, стесняющейся того, что её хвалят.

— Действительно! — подтвердил Тодс. — Эванс поведёт нас. Наша основная задача, господа, приблизиться к скалам настолько, чтобы можно было забросить «пауков».

— На спокойной воде будем держаться ближе друг к другу, изображая водорослевый островок, — объяснил свои дальнейшие действия Эванс. — Скорость умеренная, чтобы не выделяться на фоне естественного движения волн. На входе в зону шторма я выстрою всех в линию: Тодс, я, Андервуд, Стокер. Постараюсь преодолеть зону прибоя рывком, цепляете «пауков» по готовности.

— Прошу всех проверить страховочные ремни, — закончил Тодс, и мы начали усаживаться в лодочки, накрываясь маскировочными покрывалами целиком, вместе с бортами своих посудинок.

Не буду скрывать, ситуация вызывала у меня определённое волнение. В прорезях-бойницах между зубцами верхней галереи мерно мелькали огни дежурных сторожевых групп. Пока ни одна из них не задержалась у ближайшей к нам бойницы, чтобы внимательнее рассмотреть движущийся ко «Грозовому гнезду», выплывший из-за неприметной скалы водорослевый островок.

Я наблюдал за происходящим с напряжённой отстранённостью. Мне казалось, что минуты текут медленно, как мёд.

Темнеющее пятно неторопливо придрейфовало к границе спокойной воды. Огни на галерее мелькнули и скрылись за зубцами стен. Водорослевый островок тут же разделился на четыре маленьких. Среди бурных волн открылась узкая спокойная полоска воды, словно кто-то вырезал из пространства бури малую часть. Небольшая, но быстрая вереница мокро отблёскивающих спутанных ковриков устремилась к скалам.

Я уже держал наготове своего «паука». В толще воды прямо передо мной открылось округлое «окно», и я бросил подъёмный артефакт вперёд. Он мгновенно намертво прикрепился к скальному боку и, перебирая лапками, начал подниматься вверх. Лодка крутнулась у меня под ногами. Я потерял опору и повис, едва успев упереться руками и ногами в каменную стенку. Хорошо, что маскировку не упустил! Успел сделать вдох. Сверху обрушилась вода, заливая лицо, но тут же схлынула — чтобы обрушиться вторично! Но на сей раз она едва достигла груди, потому что «паук», впитав энергию удара волны, как раз начал своё восхождение. Он сделал довольно быстрый рывок, следом ещё один — со стороны, я думаю, выглядело так, словно море в своей ярости выбросило на скалы несколько водорослевых ошмётков.

Далее прибой перестал достигать нас, и подъём пошёл медленнее. «Пауки» взбирались, вбирая в себя энергию хлещущего здесь порывистого ветра. Выше. Ещё выше. Как же медленно!

Спустя какое-то время мы уже могли различать шаги курсирующей по парапету охраны, поскрипывание фонарей у них в руках, отрывистые разговоры. В это время, похоже, оставшиеся в засаде Моррисон и Пирсон начали свою отвлекающую деятельность. Одна из охранных групп с бряцаньем прорысила в сторону ворот, а две остальных активизировались, начав прохаживаться по парапету с большей скоростью, активнее поглядывая в бойницы.

Хуже того, со стороны главного дома донеслись тревожные крики и сигналы. Похоже, что там находилась отдыхавшая охрана, и сейчас её спешно поднимали по тревоге.

Тем временем «паук» подтащил меня почти к самой бойнице. Я прижал руку к прибору, заставляя его остановиться, и замер сам. У Джеральда дела шли чуть хуже — возможно, потому, что я после долгих месяцев болезни всё ещё не набрал своего прежнего веса. Братец отставал от меня на пару метров. Ещё ниже поднимались Тодс и Дик Эванс.

Я же, изображая комок грязи, вросший в старинные шершавые стены, уже мог наблюдать за происходящим на охранной галерее. Пусть и одним глазом — это лучше, чем никак.