26 октября, пятница, время 11:10.

Москва, Спасо-Хаус, резиденция посла США.

— Неужели вы хотите, чтобы мы разместили на Окинаве северокорейские части, Игараси-сан?

Японцев, их четверо, ощутимо перекашивает. Для тех, кто не имел с ними дела, незаметно, но я вижу отчётливо. Искин-то на полную работает.

Остальные недоумённо переглядываются, а меня вдруг осеняет. Чего это меня так пробило? С какого рожна я на японском заговорил? Наверное, поэтому они не удержали удар, который оказался двойным. Вдруг выясняется, что я понимал, о чём они там время от времени перешёптывались. Понимал бы, если б слышал. Ну, кое-что услышал, но ничего особо важного. Уловил только общий эмоциональный настрой.

Токио легко согласился выкупить у США их базы, размещённые на японской территории. Там четыре крупных и несколько десятков мелких, но важных объектов. Без России не обошлось. Москва потребовала ликвидировать кое-какие станции слежения. Разумеется, Луна поддержала позицию России.

Сильно осложнил переговоры с японцами я. Мне нужна база на Окинаве, уж больно вкусное у неё расположение. Стратегически выгодное, даже я это понимаю.

— Это абсолютно невозможно, Колчин-сама, — стопроцентный отказ главный японец одевает в форму максимального почтения.

Говорит по-английски, предварительно переведя для остальных мой вопрос. Не теряет головы, короче.

— А что для вас возможно?

— Выкупаем, как всё остальное, Колчин-сама.

— Не подходит. У вашей страны не очень хорошая репутация, — говорю настолько прямо и грубо, что японцев снова перекашивает. — ООН не позволит вам контролировать почти весь регион.

— Если хорошо подумать, то можно поискать и найти множество вариантов, которые устроят всех, — Игараси входит в привычный дипломатический режим.

Этой нации, наверное, легче всех заниматься дипломатией. Вся их культура основывается на великой массе условностей и правил. Очень осторожны со словами с детства.

— Вот и поищите. Первым делом с мистером Моррисом. Учтите, если вы не позволите купить нам, то мы не позволим купить вам. И Вашингтон останется без нескольких миллиардов долларов, на которые вытянет стоимость базы на Окинаве.

Американцы, кстати, уболтали китайцев немного уменьшить сумму иска. До ста восьмидесяти. Кремлёвские говорят, что какие-то второстепенные пошлины снизили. Не вникал. Марк с Костей всё внимательно фиксируют, а мне глубоко фиолетово.

Встаю. Мои ребята тут же следуют моему примеру.

— Полагаю, мы можем сделать технический перерыв в работе. США и Японии предстоит оценить общую стоимость передаваемого имущества. После этого станет ясно, сколько Вашингтон останется должным Пекину. Возможно, США найдут ещё нечто, интересное Китаю. Если затребованная сумма не погасится полностью, тогда снова меня позовёте.

Обращаюсь к японцам, которые никак не хотят отдавать России базу на Окинаве:

— Вы хорошенько подумайте над моим предложением, Игараси-сан. Прошу учесть, если вы не уступите, вам это сильно отзовётся в будущем. Причём не в отдалённом, а ближайшем, — не дожидаюсь вопроса, поясняю сразу: — Пройдёт не более десяти лет, скорее меньше, как мы начнём делить объекты Солнечной системы. Кому-то достанется Марс, кому-то Меркурий, кто-то обрадуется Церере или Европе, спутнику Юпитера. С вами я на эту тему даже разговаривать не стану. Будете сидеть на своих островах вечно и на небо смотреть только снизу.

Молчат с каменными лицами. Настоящие самураи. Ладно, я вроде ржавый якорь им воткнул всё сказал, можно и сваливать.

26 октября, пятница, время 19:15.

Москва-Сити, башня «Запад» комплекса «Федерация».

Апартаменты Колчина.

После обеда получил сообщение от Пескова. «Фаэтон» отправили к поясу астероидов. Он отправил, предварительно всё проверив. Всё сделано по уму. Сначала «Фаэтон» приволок челнок к Луне, покрутился вокруг неё. Оттуда закинули на борт запасы воды и углекислого газа. И только после этого корабль стартовал с лунной орбиты по назначению. Его ещё можно увидеть. Через двое-трое суток он пронесётся мимо Земли на огромной скорости. «Фаэтону» чем ближе к Солнцу, тем выгоднее. Энергии берёт больше, двигатель работает эффективнее. Опять-таки, с высокой начальной скоростью можно после не заботиться об ускорении.

Вот почему ненавижу заниматься политикой. От настоящего дела отвлекает. Ведь на месте Пескова должен быть я. Поэтому хватит с меня! Дальнейшие дела с многосторонней комиссией свалю на Храмцова и Хрустова. Так, чтобы мне осталось только свою высочайшую подпись поставить.

Разумеется, не собираюсь оставаться в стороне. Стратегическое направление определяю я, также будет и дальше.

Раскручиваю проект неслыханной дерзости. Обзову-ка я его «Вулканом». Это ведь не только гора, извергающая лаву, но и бог огня у древних римлян. Не выйдет приручить термояд, получу мощный ионный двигатель. Всё как я люблю. Беспроигрышная лотерея, вся интрига только в том, сколько конкретно выиграю. Могучий ионный движок — моя минимальная премия. У ионных двигателей сейчас такие свойства, что слова «ионный» и «мощный» фактически антонимы. Вот и отменю эту досадную эквивалентность.

Сейчас конструирую такой режим включения электрических полей, чтобы плазма разгонялась как можно более равномерно. Импульсами-то вообще получается на раз…

Вот только полного доступа к «Виртуальному эксперименту» у меня нет. Лишь к проектирующей части. И в справочнике есть дыры. Настолько плотно мы никогда с ядерными реакциями не работали. Да и с плазмой тоже. Пусть, эти проблемы тоже решаемы.

Неожиданная идея приходит в голову. Как-то этот вопрос упустил, но и заниматься сам не буду. Марка пинком простимулирую. «Виртуальный эксперимент» работает исключительно на внутренние потребности, а почему? Запросто можем прогонять через него любые другие инженерные проекты. Даже архитектурные. Чем не способ зарабатывать деньги?

27 октября, суббота, время 16:15.

Москва, МГУ, 2-ой корпус, ФКИ, лекционная аудитория.

— Всё решается, друзья мои. — Всех живо интересует разрешение конфликта в Южно-Китайском море. — Самый главный результат для России вижу в том, что она избавляется от военных клещей США, зажимающих её со всех сторон. Да, вопрос о закрытии военных баз США в АТР фактически решён. Предстоит долгая процедура смены владельцев, но американцев там точно не будет. Базы на Гуаме и Филиппинах перейдут под контроль Высшего Совета ООН.

Гул в зале, довольные и сияющие лица.

— Это долгая и довольно скучная история, — всеми силами пытаюсь уйти от темы. — Вы упускаете другие, более важные события. Самое главное для человечества происходит там.

Показываю пальцем вверх. Слежу за залом, народ продолжает просачиваться, несмотря на то, что встреча идёт уже полчаса. Все места заняты, рассаживаются на ступеньках.

— Начиная с сегодняшнего вечера и ещё пару суток вы сможете наблюдать, как со стороны Луны мимо Земли пролетит космический корабль «Фаэтон». По назначению это разведчик, место его прибытия — пояс астероидов. Цели экспедиции научные, конечно, но мы ждём и чисто практических результатов. Цените, друзья мои, я вам первым сказал прямо о зоне в Солнечной системе, которую мы хотим исследовать в первую очередь.

Народ выражает горячую благодарность аплодисментами. Продолжаю:

— Мне очень хотелось послать туда космонавтов. Но пока это не в наших силах. Дело в том, что системы жизнеобеспечения весьма громоздки. Тем более что мы твёрдо взяли курс на максимально комфортабельное пребывание людей на борту космических кораблей. Так что «Фаэтон» летит без живых людей.

— С андроидами⁈ — выкрикивает кто-то нетерпеливый под всеобщее одобрение.

— Да. У них система жизнеобеспечения намного проще. Есть доступ к электричеству, значит, всё в порядке.