А голос всё продолжал говорить и говорить. Вскоре Кати поняла, что он говорит один и тот же текст, но по кругу. Как будто кто-то поставил запись на повтор.

«А может, так оно и есть? Может, это запись?»

Кати начала внимательно осматривать трибуну. В комнату протиснулись остальные мужчины. Стало совсем мало места. Элис видел, о чём сейчас так сосредоточенно думает его жена. Ангел оглядел всех присутствующих.

— Все быстро вышли отсюда! — громко скомандовал он. — Все, кроме Драгомира и Кати, — в дверях появился Эльсар.

— Ну, чего застыли? На выход, — король ангелов поочерёдно вывел каждого. — Сынок? — Элис с тяжёлым вздохом ещё раз посмотрел на Кати и тоже вышел вслед за остальными.

— Зачем ты нас выгнал оттуда? — возмущался Даррелл.

— Мы сейчас там безполезны. Язык, на котором произносится таинственный текст, никому из нас не знаком. Просто стоять и мешать не вижу смысла, — Элис сел на подоконник. — У Кати появилась идея, я видел это в её голове. Но мы не сможем ей помочь. Только Драгомир. Он единственный из нас, кто бывал в том мире. А то, что ищет Кати именно оттуда.

— Ты знаешь, что это? — Сеня сел рядом с ним.

— Я видел его, примерно понимаю принцип работы, но точно объяснить не смогу, — Элис снова посмотрел в тут комнату. Мимо прохода мелькнула Кати, ангел улыбнулся. — Это вещь способна записывать голоса, а потом их воспроизводить даже через несколько лет.

— Оох… — протянул взволнованно Эльсар. Элис поджал губы и сощурился.

— Отец! Не начинай! — строго предупредил он. Элис прекрасно знал страсть своего отца к науке и знаниям. — Сейчас не время.

— Да-да, конечно… — грустно отозвался Эльсар.

— Мы вообще не можем им помочь? — всё же поинтересовался Сит.

— Думаю, что пока нет. Давайте дадим им время самим разобраться, — Элис облокотился на окно и замер. Все остальные разбрелись по библиотеке, стараясь не шуметь.

Кати и Драгомир уже по несколько раз проверили всё, что было в комнате, но так ничего и не нашли.

— Может, это выглядит не так, как мы его себе представляем? — предположил Драгомир.

— Может быть, — задумчиво подтвердила Кати. Она попыталась взять пергамент, но он не поддавался. — Как странно… Как будто его приклеили, — она всмотрелась в рисунок человеческого сердца. — Драгомир, сердце гонит кровь по нашему телу, — начала она. — А в этом мире все обряды, с которыми мне приходилось сталкиваться, тоже проходят с участием крови. А что если… — она посмотрела на свои пальцы.

Драгомир подошёл ближе и протянул ей маленький кинжал. Кати благодарно кивнула и взяла оружие в руку. Быстрое движение лезвия и на её коже появился маленький порез. Кати скривилась от небольшой боли. Маленькая капля крови собралась на её коже. Протянув руку, Кати прижала палец к пергаменту. Кровь моментально впиталась. Теперь текст засиял алым цветом. Слова отделились от бумаги и поднялись вверх. Застыли, а потом начали меняться местами. Это было похоже на голограмму.

Вот, текст восстановился. Голос замолчал, а потом зазвучал на общем для всех языке.

'Два юных сердца, что бились в унисон, одним единым стали. Но предали их и разорвали. Убили сердце, а вместе с ним любовь. И чёрным стало сердце. Застыло на века. Слова проклятия слетели с мёртвых уст. И нет покоя больше.

Но если хочешь ты любовь вернуть, восстановить разрушенное счастье. Отдай взамен свою любовь. Всю, до последней капли.

Не бойся действовать, дитя. Иди смелей навстречу смерти.

Там, где твой последний сердца стук услышат двое из легенды.

Гармония вернётся в мир. Из праха феникс возродится'.

Воцарилась тишина. Кати обняла себя за плечи. Стало холодно.

— Ты не будешь этого делать! — Сеня обнял её со спины. — Мне плевать, что будет с этим миром дальше, но ты этого делать не будешь!

— Даже думать об этом не смей! — Мирэн со всей силой ударил по трибуне. Дерево затрещало и сломалось. Альфа положил руку на пергамент, и тот вспыхнул.

Сеня взял Кати на руки и вынес из комнаты. Усадил на мягкий диванчик, укрыл пледом. Её всю трясло. Из комнаты доносился звук пламени и ломающегося дерева.

Элис встал перед Кати на колени и взял в руки её холодный пальцы. Дыхнул на них горячим воздухом в попытке согреть.

— Кати, — мягко позвал он девушку, — мы сделали, что от нас требовалось. Нашли пророчество и как его обратить. Но это не в наших силах. Дальше мы ничего делать не будем, — Элис поймал её взгляд. — Тебя никто не заставит это делать. И уж точно никто не осудит.

— Сладкая, Эл прав, — к ним подошёл Мирэн. От него шёл сильный запах гари. — Она просила найти и узнать, как всё исправить. Но если ты не сможешь, то не будешь. А ТЫ НЕ БУДЕШЬ! — с нажимом в голосе сказал альфа.

— Я лично сверну шею каждому, кто заикнётся или обвинит тебя, — Даррелл присоединился к ним.

— Никто ничего не узнает, — Драгомир закрыл комнату. — Об этом, — он указал за свою спину, — знаем только мы.

— Значит, решено! — твёрдо сказал Сит. — Закрыли тему. Мы ничего не находили, ничего не знаем, — все согласно закивали головами. Лишь Кати продолжала молчать.

Она гладила живот и смотрела в сторону. Внутри неё всё дрожало. Знать, что цена мира — её жизнь — тяжёлое бремя. Она рассеянно улыбнулась своим мужьям. Кати чувствовала что, что-то изменилось с того момента, как она прикоснулась к папирусу.

Нити, что научил её видеть Дрой, были те же, но всё же что-то её беспокоило.