— Мы сделали это, — поправила она его и прижалось к его груди.

Год, отмеренный неторопливым ходом таежных циклов, смягчил резкие черты поселка Оленье. Теперь на его единственной улице, рядом с покосившимися избами, стоял аккуратный сруб с резным крыльцом, на котором виднелась вывеска — Этнографический центр. Внутри на полках, сработанных местным плотником, покоились эвенкийские обереги из мамонтовой кости, выцветшие фотографии охотников с добродушными, уставшими лицами, расшитые бисером узоры, в которые мастерицы вложили саму душу тундры. А одним из экспонатов был дневник деда Златы, который достал для нее Тамнар. Там было подробно описаны некоторые местные легенды. В том числе и о темных богах, которым молился Григорий. Дед Златы пытался его остановить много лет назад, но не справился.

Браконьерство, к сожалению, не исчезло вовсе, но его безраздельному царствию пришел конец. Будто сама тайга, вздохнув свободнее, выпрямила плечи. Да и прежний глава поселения ушел с поста, уступив место молодому и инициативному кандидату. Мужики, прежде бражничавшие в ожидании «сезона», теперь нехотя, с ворчанием, но все же соглашались работать проводниками для редких ученых или любопытных туристов. Деньги, приносимые честным трудом, оказались не пахнущими кровью, и приносящими удачу. А в конце улице уже появилось несколько строящихся изб для новых жителей.

В маленьком домике на отшибе, где окно выходило прямо в зеленую стену леса, Злата дописывала свою книгу. Это былао сплетение легенд, которые она когда-то считала сказками, и суровой правды, пережитой ею самой. Страницы гудели от голосов: шепота духов, скрипа нарт, гневного рева Григория и тихого, мерного дыхания Хозяина. И пусть читатель решит, что это всего лишь разыгравшаяся фантазия очередного новоявленного писателя без профильного образования и с тройкой по русскому в школе, но только Злата точно знала, что из написанного правда. Она рассказала на страницах историю своей семьи, тесно сплетенную с дыханием тайги.

А зимними ночами, когда звезды вмерзали в черный лед неба и снег хрустел под ногами, как разбитое стекло, местные охотники, возвращавшиеся из дальних угодий, рассказывали странное. Они видели в лунной мгле, среди призрачных белых стволов, двух существ. Девушку в теплом меховом одеянии, от которой веяло спокойной силой, и того, кто шел рядом — огромного, покрытого инеем и сединой медведя. Они не спешили, их путь был неспешен и вечен, будто сама тайга вышла полюбоваться на свои владения.

Знающие люди поговаривали, что граница между мирами истончилась, и в их лес вернулся его древний, могучий Дух. А с ним и его Хранительница.