— Вот так вы всегда и бьёте в спину и исподтишка! — не удержался от комментария брат Бризе.

Его враг с уже заснесённой перед ударом рукой, в последний момент что-то услышал и обернулся лицом к брату Бризе. А в следующий момент во все стороны брызнул ослепительный свет. Будто разом полыхнули тысячи солнц, будто ночь уступила дню на одно мгновение собственные права. Но если утреннее солнце обычно ласкало кожу нежными лучами, то эти лучи были хищными. Они выжирали внутри всё, до чего дотягивались, опустошали и обжигали.

Если бы брату Бризе не повезло в момент вспышки оказаться за колонной, он бы не устоял на ногах. А так его ногти обломились до крови и оставили выщерблины на точке опоры, но глава русского крыла Ордена выстоял. Проморгавшись, он с неверием уставился на новый виток противостояния.

Вспышка была такой силы, что фениксы, до того кружившие в небе, угасли и рухнули на брусчатку в человеческом виде, опал оземь элементаль, будто бы лишившись точек опоры внутри себя, а потом и вовсе внутренний двор превратился в фантасмагорию.

Шипастое существо опрокинулось навзничь, но брату Астерию отпраздновать победу не удалось. Ведь его самого повалила на землю тварь, чем-то внешне похожая на игольчато-чешуйчатого неизвестного, на которого охотился брат Астерий. Огромные клыки, как у саблезубого тигра, вытянутая морда не то ящера, не то волка, пружинистая походка кошки… У брата Астерия шансов не было, и брат Бризе не спешил ему помогать. Но главу местного крыла Ордена самого начал бить озноб, а по спине стекла предательская капля пота, когда тварь начала выгрызать нутро у брата Астерия. Не тронув тело, тварь с жадным чавканьем пожирала из груди австро-венгерского иерарха Ордена астральную сущность. Брат Бризе мысленно молился, дыша медленно и глубоко, чтобы лишний раз не привлечь внимание охотника. Смотреть, как неизвестное существо умудрялось без всяких ритуалов пожирать астральную сущность, было жутко. Хотелось как в детстве закрыть глаза и представить, что его здесь нет. Но пальцы не слушались, всё также вцепившись в чёртову колонну. И тогда Бризе перевёл взгляд на элементаля, которого крошили и измельчали два непонятных чудовища, кислотно-розового цвета в ледяных доспехах, отчего-то похожих на индийских демонов кошмаров. Ракшасами, кажется, их называли.

«Неужто я сошёл с ума, выпустив наружу самые потаённые страхи?» — с удивлением взирал на происходящее брат Бризе, не в силах поверить в реальность происходящего.

Брата Астерия, ставшего за одну ночь заклятым врагом, сейчас уничтожали, выгрызая его астрального брата даже без какой-либо помощи. Элементаля потрошили неизвестные демоны, взявшиеся и вовсе из ниоткуда. А странное существо, молившееся элементалю, нынче лежало на спине и медленно взирало на происходящее с неменьшей ошарашенностью, чем сам брат Бризе. Поворот головы в одну сторону, чтобы оценить, что делает его зверушка, уничтожая одного из братьев Ордена. Поворот головы в другую сторону, чтобы оценить состояние змеи.

Сверху захлопали крылья орлов и прочих питомцев — это дворянская рать спешила на помощь императорскому дворцу. Но, прежде чем они успели приземлиться во внутреннем дворе Кремля, всё разом стихло. Вокруг воцарилась неестественная тишина. Исчезла шипованная тварь, которая дожирала астральную сущность брата Астерия, исчезли кислотно-розовые ракшасы, исчез элементаль — лишь там, где он лежал, осталась груда чистейших, прозрачнейших сапфиров. Неужто это всё было искусной иллюзией? Или галлюцинацией?

Брат тряхнул головой, чтобы сбросить оцепенение. Действовать необходимо было быстро. Разрываясь между двумя желаниями: добить брата Астерия или посмотреть, кто же всё-таки был тем самым существом, устроившим здесь переполох, брат Бризе всё же подчинился первому. Месть победила любопытство.

Глава русского крыла Ордена подошёл к опрокинутому на спину врагу. Тот лежал с расширившимися от ужаса зрачками и трясся всем телом, всё также зажимая в руке клинок — ритуальный нож, которым до того успел несколько раз воспользоваться за эту ночь, ведь на нём запеклась кровь.

Брат Бризе склонился над своим врагом и замер на долю секунды.

Как же сейчас был жалок некогда сильнейший иерарх австро-венгерского крыла Ордена Святой Длани.

— Оставить бы тебя, чтобы ты сдох от старости и немощности… Но по твоему приказу за одну ночь убили три сотни моих братьев, изъяв у них самое ценное.

Без особых раздумий брат Бризе вынул из складок серой неприметной сутаны кинжал, наподобие того же, которым владел брат Астерий, — ритуальный кинжал Ордена, и вогнал его в глаз врагу. Длины клинка хватило для того, чтобы повредить мозг и не дать тому регенерировать, да и без астральной сущности вряд ли это было бы возможно. Зато хороший некромант уровня Керимовых сможет просмотреть последние минут пять-десять из жизни брата Астерия и узнать кое-что интересное об организации нападения на столицу.

Вынув собственный ритуальный кинжал, брат Бризе вытер его о некогда белую хламиду брата Астерия и ускользнул во тьму.

Я открыл глаза и почувствовал, как холодный ветер обжигает лицо. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь скрипом деревянных досок под ногами и плеском воды о борт корабля. Я лежал на палубе, окружённый ледяными скалами, которые поднимались к небу, словно копья. Их вершины были покрыты инеем, а между ними витал густой туман, скрывающий всё за пределами нескольких шагов.

— Хвала богам, ты очнулся!

Смысл слов сильно разнился с усталой безразличной интонацией, с которой Гор приветствовал меня.

Послышался звук удара, плеск, будто-что-то тяжёлое упало в воду, а после я услышал Кродхана:

— Надеюсь, он сможет нас отсюда вытащить.

Совсем рядом неразборчиво рычал Войд, а после выплюнул изо рта что-то и добавил:

— А нечего было бабушку драконить. Я вам говорил, что она местная владычица, а Гор её в пешее эротическое отправил.

Я ничерта не понимал. Память услужливо воскресила последние воспоминания: элементаль исчез, кого-то из орденцев загрыз Войд, а принц с Великим князем изломанными куклами лежали на дворцовой мостовой.

Нас за элементалем что ли утянуло? Обстановочка была под стать его стихии: холод, туман, река, снежные фьорды…

Вдали, на горизонте, виднелись странные светящиеся символы, словно нарисованные в воздухе в виде арки. Они переливались голубым и белым, создавая ощущение, будто приглашая к себе. Воздух был пронизан холодом, но не только физическим — казалось, что сам мир вокруг меня дышит древним, ледяным дыханием смерти и забвения.

— Давно мы тут?

— Кто же тебе скажет? — Маляван подошёл ко мне и протянул четырёпалую руку, помогая подняться. И лишь стоя рядом с ним я понял, что демон отчего-то вдруг стал одного со мной роста. Хотя в бою против элементаля был гораздо больших размеров.

— Солнце здесь не встаёт и не садится, вечный сумрак. Туман ещё этот, из которого постоянно лезет кто-то.

Я обернулся на голос Кродхана. Тот тоже уменьшился. Но, что удивительно, кожа демонов так и не потеряла розоватый оттенок. Разве что побледнела и утратила яркость.

— Кто лезет?

— Эти, — отреагировал Войд и лапой в полёте прибил к палубе вылетевший из воды не то сгусток, не то кляксу, жадно скалившуюся в мою сторону. Как клякса тумана можете скалиться? Не спрашивайте. Я нутром чувствовал её голод и отчаянное желание вгрызться в меня.

Войд, дождавшись, пока я налюбуюсь неизвестной тварью, ударом лапы отправил неизвестное нечто обратно в реку.

Я огляделся и заметил, что всё вокруг было покрыто тонким слоем инея, а паруса, словно крылья огромной птицы, застыли в ожидании. Вдоль берега и среди скал мелькали странные белёсые фигуры — полупрозрачные, словно сотканные из света и тени. Они двигались медленно, словно наблюдая за мной, и все до одной входили в реку, растворяясь в ней. Вода кишмя кишела голодными кляксами. Они словно пираньи следовали за кораблём, отчаянно пытаясь дотянуться до меня. Изредка кому-то из общего числа удавалось выпрыгнуть из воды, но таких сбивали на подлёте демоны, Гор и Войд.