— Дамы, если позволите, я вас покину. Мне нужно узнать точный адрес Лапиных и подготовить для Светловых сюрприз-приманку. Его семью я планирую на время спрятать в нашем особняке.

Бабушка с Эльзой только ошарашенно кивнули, и я тут же ушёл телепортом в особняк. Мне нужен был Алексей.

Сперва я перенёсся в особняк к нам и отыскал Алексея. Тот, хвала всем богам, оказался на месте. Увидев меня взъерошенного, он несказанно удивился.

— Князь, ведь вы же отправились поступать в академию… Неужто вернулись так быстро?

— Считай, что поступили, Алексей. Планы несколько изменились.

Я коротко пересказал ему ситуацию со Светловыми, видя, как меняется выражение лица Алексея с удивлённого на озлобленное и даже ожесточённое.

— Эвакуируем к нам? — только и спросил он.

— К нам. Но нужно сделать всё по уму, оставив приманку в доме Лапиных. Значит, поедем и официально заберём детей Лапина с супругой и привезём их в лазарет в больницу, где он сейчас находится, под предлогом возможности навестить отца. После эвакуируем их к нам из больницы. После я создам иллюзии его членов семьи, и вместе с ними вернусь к ним домой. Меня соглядатаи не узнают, и это не вызовет подозрений. Сам я тоже хочу осмотреться там. Кому-то из наших придётся какое-то время создавать видимость жизни в доме, включать свет вечерами, ходить по дому, топить камин. Не факт, что Светловы нападут быстро, однако же в доме должна оставаться «приманка».

Мне же необходимо было попасть в дом к Лапиным ещё и по той причине, что я хотел найти себе точку для телепортации, чтобы в случае чего оказать моим людям поддержку — как в случае с эвакуацией, так и в случае с захватом группы Светловых.

И пока Алексей реализовывал придуманный мной план, мне необходимо было сделать ещё один немаловажный звонок, а именно: мне необходимо было связаться с главой ОМЧС.

Через коммутатор меня связали с Ясеневым, и, к моему удивлению, спустя пару минут я услышал в трубке его серьёзный голос с толикой удивления.

— Вот уж кого-кого, Юрий Викторович, а вас ожидал бы услышать едва ли не последним. Что-то случилось? — сразу перешёл к делу Ясенев.

— Так и есть, Василий Николаевич, — решил я не ходить вокруг да около. — Скажите, судя по специфике вашей работы, у вас однозначно есть связи со смежными ведомствами. Ведь я прав?

— Ну… — замялся Ясенев, — как не быть, есть… А который из наших смежников вас интересует?

— Внешняя разведка.

— Ничего себе, круто вы берёте, — хмыкнул в трубку Ясенев. — И где вы успели перейти дорогу внешней разведке? Скажем так, это не совсем наши смежники, с ними мы дел особо не ведём по той простой причине, что всё-таки тушим магические пожары в пределах империи, а не за её границами. Внешняя разведка, как вы понимаете по названию, работает в основном за пределами родного Отечества.

— Да, всё я понимаю. Но я не столько перешёл им дорогу, сколько хотел бы, чтобы они охладили интерес своего ведомства к одному человеку, а конкретно — к моей сестре, княжне Эльзе. У нас тут сегодня случился вступительный экзамен в столичную академию магии, в рамках которого анализатор показал Эльзе уверенную перспективу магистра по энергомантии. В результате чего к нам явилась баронесса Драганич и позволила себе некие вольности в использовании силы. Даже наличие статуса замглавы внешней разведки никоим образом не снимает с неё обязательств держать собственную силу в узде. А тем количеством сексуальной энергии, которым она ударила по мне, моей сестре и княгине Угаровой, можно было демографию в отдельно взятом, небольшом городе повысить. Я, конечно, всё понимаю, у всех собственные методы проверки на соответствие агента внешней разведки, но это чересчур. Эльза — не какой-то второстепенный член рода, которому, чтобы выжить, необходимо денежное место на службе у империи. Эльза — княжна, и если госпожа Драганич не хочет заполучить в моём лице врага, то ей следует поумерить пыл в направлении вербовки княжны Угаровой.

На той стороне слышалось тяжёлое дыхание Ясенева, который осмысливал сказанное мной.

— Юрий Викторович, я не уверен, что смогу каким-то образом повлиять на баронессу, однако же я попытаюсь. Есть у меня выходы на одну персону, которая сможет унять энтузиазм баронессы. Вот только гарантировать помощь от чужого лица я не могу. Сами понимаете. Если не выйдет, я вам сообщу, чтобы вы не питали ложных надежд.

Чем Ясенев мне был даже симпатичен, так это тем, что он старался не давать пустых обещаний.

— И на том спасибо, Василий Николаевич.

Я хотел бы отключиться, но услышал обращение Ясенева.

— Князь, скажите, а в результате всем известной нам ситуации с элементалем ваша личная способность, столь ценная для нашей службы, не пропала?

Интересно, а обтекаемость формулировки означала, что кто-то из телефонисток мог прослушивать чужие разговоры? Сомнительно, чтобы подобный узел связи оставили без имперского надзора.

— Не пропала, — отозвался я. — А что, есть работа по профилю?

— Есть, — не стал ходить вокруг да около Ясенев, как и я несколько минут назад. — Правда, по вашему профилю или нет, сложно судить. Мы тут одно захоронение древнее обнаружили.

— Василий Николаевич, судя по тому, что я слышал от бабушки, раскапывать древние могильники — не самая лучшая идея в наше время.

— О нет! Поверьте, князь, это не те могильники, о которых могла вести речь княгиня. Это захоронение находится в причерноморских степях и относится к эпохе кочевых империй. Там сейчас усиленно работают Керимовы, но, собственно говоря, профиль немножечко не их. Допросить мёртвого воеводу из кургана они смогли, правда были сложности с языковым барьером. Но ответа на то, как вскрыть сам курган, у усопшего не было. А захоронение для нас весьма и весьма ценно с исторической точки зрения. Не возьмётесь посмотреть защитное плетение степной гробнице?

— Отчего бы не взяться? Возьмусь, — согласился я. В ОМЧС за работу платили щедро. А поработать на благо отечественной истории было не зазорно. — Но прежде мне необходимо завершить некоторые дела в столице.

— Следующий дирижабль туда отправляется через неделю, поэтому, если вы не против, мы могли бы подхватить и вас.

На этом мы завершили разговор.

Был ещё один момент, который меня смущал во всей ситуации с Калининым. Кто-то из работников мастерской должен был сообщить Светловым о том, что Калинин прибыл на работу в артефакторный цех на время отсутствия магнита. Правда, нельзя было исключить и самого обычного наружного наблюдения. Найми Светловы какого-нибудь мальчишку босоногого, бедного, который будет крутиться недалеко и будет следить за прибывающими и убывающими автомобилями или химерами — и всё. Никакого предательства, достаточно одного зоркого беспризорника.

Прежде чем начинать искать чёрную кошку в тёмной комнате, я решил воспользоваться бабушкиным примером и обратился по связи с химерами, охранявшими артефакторную мастерскую. Охраны всё так же не хватало, поэтому часть её замещали химеры, защищая мастерскую от проникновения извне. Объяснив им, что меня интересует люди не из работников, постоянно виденные рядом с мастерской или на её территории, я получил требуемый ответ.

Наблюдатель был. Я оказался прав даже в собственном предположении. Один из подростков-беспризорников вот уже месяц постоянно крутился рядом и обращался к работникам артефакторного цеха с просьбой подрабатывать у них разнорабочим, изредка выполнять хоть какую-то работу, чтобы не побираться, поскольку его семья нуждалась, мать болела, а сестрёнка была очень мала. Работники цеха сжалились над мальцом и позволяли ему заниматься несложной работой, вроде уборки на территории вокруг цеха; внутрь его, естественно, не допускали, памятуя о моих наставлениях. Однако же в данном случае жалость сыграла с ними всё же злую шутку. Я приказал химерам, если они в следующий раз увидят мальца, задержать его и удерживать до моего появления. Мне необходимо было лично пообщаться с парнишкой. Сам же я выдохнул даже с некоторым облегчением, что среди людей Юматова крысы не оказалось.