— Госпожа умеет убеждать. Но сдаётся мне, это не единственный подвох.

— Никаких подвохов, — мягко улыбнулась она. — Мы подпишем с тобой договор, где ты обязуешься выполнить свою часть сделки. Если не справишься…

— Никаких договоров подписывать не буду, — перебил я.

— Тогда отправишься в рабство! — рявкнула она, заводясь.

— Да пожалуйста, — сложил я руки на груди. — Хотите взять меня в ученики — так берите нормально. Иначе ничего не получится. Вы же умная женщина, тётушка, должны это понимать, — усмехнулся я.

Про себя подумав, что обещать этой вредной тётке можно что угодно, а как представится шанс — сбегу. Мне бы за город выбраться, а там в лесу пусть гоняется, сколько хочет. Раз уж на островах не нашла, то на большой земле и подавно не сыщет.

— Ещё раз назовёшь тётушкой… — сказала она ледяным тоном, но продолжать не стала. — Дам тебе последний шанс. Где мои гарантии, что ты не сбежишь? Договор бы решил этот вопрос.

Вопрос логичный, и я не спешил на него отвечать. Лжец из меня, подозреваю, откровенно плохой. Да и вряд ли эта злая женщина настолько наивна, чтобы поверить в обычные слова.

— Я заинтересован в обучении, — нашёл я аргумент. — У меня есть сила, но не хватает техник и знаний. Моя выгода — ваша выгода.

— Ты можешь получить знания и сбежать до соревнований, — парировала она.

— В отличие от вас, я воспитанный человек, — продолжил я улыбаться как ни в чём не бывало.

— Думаешь, оскорбления тебе помогут⁈ — вспыхнула она.

— Я всего лишь говорю, как есть. Не я же бью стариков и детей.

— Ага, ты бьёшь молодых женщин, — уела она меня. — К тому же ты культиватор. А если так, возраст не имеет значения. Особенно если сам бросил вызов.

— Так мы с вами не договоримся, — вздохнул я. — Я вам не верю. Очевидно, вы хотите меня облапошить.

— Облапошить? — рассмеялась она. — Мальчик, я тебе прямо говорю. Не окажешься полезным, я своё всё равно получу. Выжму тебя досуха. Если потребуется, на органы продам. Не в том ты положении, чтобы спорить.

— А вы всерьёз думаете, что я буду ради вас стараться, если принудите?

Ариана нахмурилась, задумалась.

— Наглости у тебя много. Что насчёт таланта? Сможешь победить в соревнованиях?

— В чём надо соревноваться?

— В боях.

— Я не люблю драться.

— Что за бред?

— Не бред, а мой жизненный путь.

— Не любишь драться, а вызвал меня на поединок.

— Что мне ещё оставалось?

— Ты сейчас всерьёз убеждаешь меня, что бесполезен? Ради чего тогда Потий тащил тебя с собой? Не совсем же он идиот, думая, что бесполезный талант решит его проблемы.

— Уж точно не ради поединков он взял меня в ученики, — ответил я.

— Не алхимик же ты, — рассмеялась она.

Отсмеявшись, она что-то заметила на моём лице и нахмурилась.

— Вот оно что, — протянула женщина и расплылась в улыбке. — Понятно теперь, почему старик так психовал. Значит, талант к алхимии у тебя есть. До какого уровня башни дошёл?

— Башни?

— Ой, не ври! — отмахнулась она. — Такая сопля, как ты, ещё и врать будет!

— Три уровня прошёл.

— Снова врёшь.

— Тогда два.

— Я сейчас тебе врежу, — пообещала она. — Правду я всё равно узнаю. Мне несложно разузнать, что Потий продавал. Ты наверняка не удержался и продал часть своих поделок. Так ведь, мальчишка?

— Узнавайте, — равнодушно пожал я плечами.

С последних уровней я ничего не продавал.

— Ты всё усложняешь. И ради чего? Я тебя не заковала в цепи по двум причинам. Ты продемонстрировал владение тремя стихиями, — загнула она палец. — И показал высокий контроль над чужой стихией, — загнула она второй палец. — Этого достаточно, чтобы я отнеслась к тебе нормально и предложила сделку.

— Нормально — это отравить, чтоб не сбежал?

— Я слабая женщина, — потупила она взор. — Нужно же мне защищать свои интересы.

На языке так и вертелось что-нибудь резкое да обидное, но я промолчал. Нужно с ней как-то договориться, выгадать момент и бежать. Оскорбления мне никак не помогут.

— Скажу прямо, — выставила она палец в мою сторону. — Если ты алхимик, твоя ценность значительно возрастает. Во всех смыслах.

— Опять угрозы? — нахмурился я, чувствуя в её словах подвох.

— О, наивный мальчик, — подалась она вперёд. — Молодым алхимиком много кто заинтересуется. Ты тут мне заявлял, что не будешь работать из-под палки. Уверен? А если тебе отрубить ногу, чтоб не сбежал, и пытать, чтобы посговорчивее стал? — спросила она зло. — Долго протянешь? Взгляд упрямый, думаешь, что долго. Но я могу продать тебя таким людям, знаешь, — пощёлкала она пальцами, — которые будут убивать бесполезных рабов, чтобы подстегнуть тебя. Ты ведь добрячок? Не хочешь, чтобы из-за тебя гибли невиновные?

Увидев, как вытянулось моё лицо от таких перспектив, Ариана рассмеялась.

— Выдохни, мальчишка. Я тебе обещаю. Если будешь полезен и вежлив, этого не случится! Если же сбежишь и вдруг у тебя это получится, горевать не буду. Продам информацию наёмникам. Никто не будет гоняться за бесполезным мальчишкой, зато за алхимиком — ещё как. Хочешь стать целью большой охоты? — глумливо усмехнулась она.

— Да вы просто зло во плоти.

— Я милая, добрая женщина, которая тебя пока щадит. Так что, мальчик, будешь упрямиться? — подалась она вперёд. — Или скажешь, сколько у тебя стихий?

Кулаки невольно сжались. В голове возникла очень красочная картина, как я наношу быстрый удар, ломаю ей гортань и сбегаю.

«Давай утопим», — предложил змей, чем быстро охладил мой пыл.

Убью Ариану — придётся разбираться с её охраной. А там и стражей, родственниками, наёмниками и всеми теми, кто захочет поквитаться. Нужно быть сдержаннее. Изучить обстановку, выбрать правильный момент.

— Вы же сами видели, сколько у меня стихий.

— Я знаю, что видела, — сказала она холодно. — Но это не ответ. Ты продемонстрировал три стихии. Есть ли четвёртая? — надавила она.

— Есть, — ответил я сквозь стиснутые зубы.

Её реакция меня удивила. Ариана распахнула глаза, как-то растеряла весь свой злодейский настрой, уставилась на меня как на сокровище.

— О, мальчик мой, — сказала она, как самая добрая тётушка на свете. — Если ты и правда четырёхцветный алхимик, который прошёл башню, то послужи мне, а я обласкаю тебя со всех сторон! Не пожалеешь!

Она ещё и облизнулась при этом. Как-то не было у нас в деревне девушек, на которых я мог бы заглядываться. Поэтому, что такое увлечься девчонкой, знал только из книжек, которые мне подсовывал дядька Фэн, чтобы подшутить и засмущать.

Неудивительно, что от слов этой женщины, от этого резкого перехода меня аж в жар бросило.

Только этого мне не хватало!

Ариана ушла, а я остался сидеть один в беседке в окружении сада, не понимая, как реагировать. Бежать прямо сейчас? На первый взгляд, никто за мной не присматривал. Поднявшись, я вышел из беседки и почти сразу наткнулся на прислугу. Юная девушка появилась словно из воздуха.

— Госпожа велела подать ужин. Где будете есть?

— А где можно?

— Можно в беседке или дома.

— Тогда здесь, — ответил я, подумав, что отсюда проще сбежать будет, чем из дома.

Служанка ушла, я снова остался один, но ненадолго. И правда, вскоре подали ужин. Я уставился на тарелки с едой и сглотнул. Последний раз когда ел-то? Вчера, получается. В животе заурчало, но набрасываться на еду не рискнул. Вдруг отправлено? С другой стороны, женщина могла меня десяток раз отравить. Не удержавшись, взялся за еду и, честное слово, ничего вкуснее за последние месяцы не ел!

Сложно злиться на человека, который тебя так вкусно накормил. Я и не злился, принял происходящее как должное, продолжая выжидать момента. Как закончил, прислуга забрала пустые тарелки.

— Госпожа распорядилась подготовить ванну, — сообщила мне та же служанка.