Я рухнула навзничь и даже потеряла на некоторое время возможность говорить… Наверное это было и хорошо. От боли и слез на язык рвались самые неблагозвучные слова.

***

— В яблочко! — победоносно прокричал сорванец.

Я же в этот момент пыталась продышаться нормально и прийти в себя.

— Жаль, не убил ее, — высокомерно издала ангелочек.

Злость закипела внутри меня.

Это дети? Серьезно? Преступники, малолетние — вот они кто!

Сцепив челюсти, я оттолкнулась от пола и немного привстала на локтях, чтобы убедиться, что эти невоспитанные драконята не собирались повторить свой триумф.

Наше первое знакомство явно не задалось. Может это было знаком, и стоило бы покинуть злосчастное семейство пока не случилось ничего непоправимого?

Мои размышления были непродолжительными, потому что нельзя быть неосмотрительной.

На мою голову опустилась ваза для фруктов из цветного стекла. Ее не хотели разбить о мою дурную голову, а вероятно посмеяться и морально деморализовать наемную нянюшку.

И я практически уже поддалась, чтобы выпустить внутреннюю истерику на полную мощность: с криками, обвинениями и возможными наказаниями.

Но!

Глубоко вдохнув, я потянулась рукой к своему новому головному убору. Нащупала сочный яблочный плод, и… проигнорировав затихших проказников, все это время наблюдавших за происходившим, вгрызлась зубами в сладкую мякоть фрукта.

— М-м-м, — проговорила вслух. — У вас такие вкусные выросли? — окинула покровительственным взглядом детей.

Затем сняла с головы вазу и привстала, с места моего позора и поражения, стряхнув со своего наряда мелкую крошку битого стекла.

— Будете? — из вазы я выбрала два не менее привлекательных яблока и предложила их брату и сестре.

Драконяши посмотрели на меня с недоверием, переглянулись, кивнули и забрали яблоки из моих рук.

Маленький успех или же…

Я не стала сейчас включать анализ происходящего, а действовала больше по наитию.

— И часто вы так развлекаетесь? — я подошла к столу, отодвинула стул и присела.

— Мы не развлекаемся, наше обычное поведение, — припечатал мальчуган, он явно намеревался меня превентивно запугать.

Но, не на ту нарвались. Я не собиралась профукать и эту жизнь, пускай и в магическом мире, совсем для меня непривычном.

— И что, вы, совсем не испугались? — с подозрением посмотрела на меня девочка.

— Я? — в очередной раз без особых навыков какого-либо этикета я продолжила вгрызаться в яблоко. — Сто лет так не веселилась! — нагло соврала.

— Врете! — совсем бесцеремонно вклинился в нашу беседу с ангелочком ее брат.

— Я?! — и швырнула огрызок в стоящую напольную корзину-урну, расстояние было приличным, но мне повезло, и я попала.

— Ух, ты ж! Я так еще не пробовал, — ребенок старательно догрызал свое яблоко, а когда с фруктом было покончено, он попытался проделать с урной тоже самое.

Ну что, кажется, мы вполне можем сдружиться. По крайней мере — я на это очень надеялась…

— Я просил вас познакомиться с детьми, а не разнести наше поместье! — дракон просто испепелял меня взглядом.

Я не боялась. Его поведение становилось предсказуемым и очень ожидаемым.

Милый, милый, бука…

Вернее, совсем не милый, а очень несговорчивый, чрезмерно требовательный и непримиримый.

— Вы, помните, я — няня, — а я очень хорошо ознакомилась со всеми своими обязанностями, прописанными в этом дурацком договоре. — В мои обязанности входит: присмотр детей, прогулки, контроль регулярного приема пищи и режима, и редкие подмены вашей гувернантки.

— Какая разница, учите ли вы их, или присматриваете?! Вы, здесь, на работе, а не по приказу летного шпионского крыла! — и дракон стукнул со всего размаха по своему столу в кабинете.

От неожиданности я вздрогнула. Шумовые эффекты все-таки бывают действенными и внезапно пробирающими от макушки до самых пяток.

— Никакой стрессоустойчивости, — проговорила с дерзостью в голосе и покачала головой. — И еще боритесь за звание самого приличного главы семьи Гуаморо. Неудивительно, что дети всеми возможными способами привлекают ваше внимание. Им нужна любовь!

Встала со стула опершись ладонями о бархатистую поверхность его стола. Я подалась немного вперед, прищурила глаза, и проникновенно выдала:

— Взрослые в погоне за своей самореализацией, забывают не только о простой жизни, но и самых главных драконах в своей жизни.

У меня чуть не сорвалось с губ «люди», но я вовремя прикусила себе язык.

— Да что вы себе позволяете! О чем вы вообще, и что за странные слова используете в своей речи? Межмирье — помойка! Вечно присылают недоучек со странностями.

И вот тут, в этом самом месте, мне стало обидно.

Посмотри, как заговорил. Вспомнил о Межмирье и прочих вытекающих. Правильный, да?!

— Я позволяю ровно столько, сколько вы себе разрешаете в адрес своих племянников. Когда вы им улыбнулись или просто похвалили.

Я выпрямилась и скрестила руки на груди? Дракон закатил глаза к потолку, явно его бесили наши совместные разговоры.

Но что разрешено человеку, совсем не дозволено дракону!

Поэтому я активировала трудовой договор, в котором при любом нарушении сразу светились те самые важные пункты, защищающие работника. Мой работодатель получал штрафные баллы, в межмирную картотеку добросовестной истории каждого нанимателя, числящегося в единой базе.

Ну хоть где-то думают о правах наемного мага, пускай и бытовика.

***

— Вот! — указательным пальцем я скользнула по светящемуся документу.

— Вы меня строить намерены? — усмехнулся Эзраа.

— Просто указываю на очередное нарушение… — пожала плечами. — Штрафные баллы, как ком, еще парочка, и вам не помогут ни ваша служба, ни былые заслуги. А до совершеннолетия Лори и Сени, сколько?

Совершеннолетием у драконов считался возраст тридцати пяти лет. Сейчас старшему Риксу шел пятнадцатый год, хотя по земному времени он казался совсем мальчиком, а его сестренке только одиннадцатый драконий год. Внешность драконов очень обманчива, потому что самому лорду Гуаморо было уже больше ста лет.

При одной только мысли, что этот красивый, хотя и дерзкий драконище, перешагнул вековую черту — все это порядком наводило ужас.

Я очень старалась привыкнуть к отличию этого мира, но для этого надо было прожить здесь свою большую часть жизни. А никак не полный месяц.

— Я и без вас в курсе условий, — недовольно и немного напряженно проговорил дракон.

— Тогда не вижу оснований для критики в свой адрес. Точка, — мне очень захотелось поставить его на место, чтобы не повадно было в дальнейшем.

Я — няня, он — дракон-работодатель. Меня все устраивало. Его по каким-то неведомым причинам нет.

Наши словесные перепалки напоминали больше схватку двух зверей. Никто не уступал. Никто не собирался проигрывать.

И даже при условии того, что в этом мире я была леди, на вторых ролях в мире сильных драконов-мужчин. Я не собиралась сдаваться и позволять жалкие манипуляции в свой адрес.

«Выкуси!» — в очередной раз мысленно припечатала зарвавшегося хозяина по контракту.

И да, сейчас мне приходилось максимально сдерживаться, ради самой себя же и детей…

О маленьких Риксах я думала с особой любовью. Такие ранимые и скрытные, они привыкли прятать чувства под толстой броней своей малозначимости в мире единственного взрослого, своего дяди.

Я не собиралась осуждать дракона. Все-таки он был мужчиной и воином. А дети… Ну кто задумывался о подобной мелочи?!

По законам этого мира: дети чьи родители относились к военному клану, не могли рассчитывать на то, что к ним будут применимы особые условия. А к сиротам, тем более.

Я сопереживала несчастным драконятам. Никакого детства. Сплошная муштра с самого раннего возраста. Неудивительно, что они буквально выживали из дома всех своих нянь. Потому что больше отыграться им было не на ком. А тут такая удача — новая няня.