Наши губы едва соприкоснулись, а у меня уже дыхание сбилось от этих одновременно ласковых и дурманящих касаний. Я зажмурилась от волны удовольствия, что прокатилась по венам от участившихся ударов сердца.

— Почему боль? — так же хрипло прошептала я, совершенно перестав соображать.

Таяла в его руках и не собиралась этому сопротивляться. Даже поднялась на цыпочки, чтобы ухватиться за его плечи.

Ощутила, как влажные губы проложили дорожку поцелуев по шее, словно опаляя кожу огнём. Внутри как будто вспыхнуло пламя, обдав жаром каждую клеточку тела. Захотелось поскорее стянуть с себя это дурацкое платье и почувствовать его губы везде-везде.

— Не уверен, что умею быть нежным.

Плевать, подумалось мне, когда его губы вновь накрыли мои в требовательном поцелуи. Реальность окончательно размылась, оставив только пульсирующее желание между ног, влажные губы сладко терзающие мой рот и моего хулигана, которого я реально сейчас хотела во всех смыслах этого слова!

Мужские пальцы ловко пробежались по шнуровке на спине. От прикосновений к обнажённой коже я не только затрепетала с новой силой, но и едва слышно застонала в его губы от предвкушения избавиться от мешающей одежды.

Раздался резкий треск, когда мои руки дёрнули его рубашку с плеч. Сама от себя не ожидала такого нетерпения! Шёлк на мне ослаб, платье сползло с плеч, а затем и вовсе рухнуло на пол. Ощущение кожи к коже заставило голову закружиться, но Егор отшатнулся и меня обдало прохладой.

— О-ох-о, — с восторгом протянул он то ли на мой финт с его рубашкой, то ли на мой вид в нижнем белье.

Где-то глубоко в черепной коробке я сейчас искренне благодарила стилиста, который заставил меня надеть кружева! Не успела смутиться или как-то отреагировать на жадный взгляд серых глаз, что просканировал меня с ног до приоткрытых губ, как Егор подхватил меня под бёдра.

Пришлось обхватить его спину ногами. Выгнуться, чтобы запутать уже свои пальцы в его жёстких волосах. Утонуть в крышесносном поцелуи. Ощутить, как его пальцы практически до боли впились в кожу бёдер, но это не остудило пыл, а наоборот увеличило нарастающее возбуждение.

— Лис? — с толикой мольбы прохрипел мне Егор в губы, уже поднимаясь по ступенькам.

— Я уверена, — со стоном выдохнула я, когда он слегка прикусил нижнюю губу, мягко оттянул её и выпустил. — В тебе…

Никаких шёлковых простыней в его спальне не оказалось. Глаза накрыл полнейший мрак, заставив сосредоточиться на аромате и дыхании Егора. Спину защекотало пушистым пледом, когда меня придавило тяжестью горячего тела.

Его губы жадно касались везде, где он только мог достать: шея, плечи, грудь, ключицы. Параллельно этому его руки блуждали от бёдер к ягодицам, от ягодиц к пояснице, от поясницы к груди.

Я извивалась от наслаждения. Задыхалась от жара и нарастающего напряжения. Впивалась в его кожу своими ногтями, и тихо стонала, желая раствориться в этом моменте.

Он отстранился, чтобы стянуть по моим бёдрам кружева. С лифчиком не стал церемониться и дёрнул его на себя, порвав. На секунду лямки врезались в кожу, но я не успела осознать эту боль. Его зубы мягко прихватили сосок, заставив меня изумлённо ахнуть от новой волны ощущений. Как будто током прошибло.

Между нами исчезла осторожность. Всё слилось в единый ураган. Жадные губы. Требовательный язык. Сильные руки, сжимающие меня в разных, даже совершенно неожиданных, местах. Пальцы оставляющие на коже дразнящую боль. Одновременно невыносимо и потрясающе.

Наше дыхание превратилось в рваные хрипы, когда его ладонь размазала влагу мне между ног. Пульсация достигла пика, обжигая меня изнутри, требуя. Его пальцы творили что-то невероятное. Казалось, что он натягивал во мне струны, которые отвечали за чувствительность. Выкручивали ощущения на максимум.

Егор играл мелодию прямо на моём теле, вырывая нечленораздельные звуки между стонами и хныканьем. Он точно знал где и как нужно сжать и двигать. Сердце в груди разрывалось от счастья, которое растекалось огнём по венам от нашей близости.

— Алиса, — хриплый стон прямо на ухо с нотками отчаяния и вины.

Резкий толчок и боль обожгла всё тело, прожгла до самой души. Я зажмурилась, с силой впившись ногтями в его плечи. По щекам покатились слёзы.

Сознание же отдельно от тела провалилось в необъяснимую эйфорию. Я широко улыбнулась приятному головокружению, и наоборот подалась бёдрами на следующий толчок. Остановится у Егора хватило терпения буквально на секунд пять.

Его губы коснулись уголка глаза, где застыла солёная капля. Пальцами он зарылся в мои волосы, что-то промурлыкал, наверное утешающее, но я не расслышала. Боль резала с новой силой от медленных движений во мне. Я чётко ощущала что он сдерживался, его тело дрожало от напряжения. Пальцы второй руки впивались в моё бедро, но мне это нравилось.

Боль нарастала, и всё дальше уводила меня от реальности. Я вскинула руку, приоткрыв глаза мокрые от слёз. Уложила ладонь на его щеку, повернула лицо к себе, чтобы утонуть в омутах серых глаз. Он на секунду замер, уткнувшись лбом в мой лоб. Глаза в глаза.

— Продолжай, — выдохнула я, снова прикрыв глаза, когда его губы набросились на мои в отчаянном поцелуе.

Его контроль окончательно пал, Егор нарастил темп, и меня сводя с ума. Толчки стали глубже и быстрее. Поцелуи жёстче. Касания резче. Всё это только разжигало пламя, в котором я сгорала дотла. Стонала уже во весь голос, отбросив стеснения, и просто наслаждалась. Он брал, а я отдавала всю себя без тени сомнения. Это было действительно не нежно, а дерзко, остро, и жёстко, но так приятно.

Слишком приятно, чтобы вообще о чём-то думать. Так охрененно кайфово, что плевать на отголоски боли. Это именно так, как мне было нужно! Я отвечала ему с тем же напором: царапала спину, кусала плечи и губы. Нахрен принца. Хулиган с этой необузданной страстью всё, что мне необходимо.

Я проснулась раньше Егора, с трудом пытаясь пошевелиться. Он прижимался ко мне со спины и обнимал за талию. Его ровное дыхание щекотало макушку, тело к телу под одеялом пылало от жара. Кажется, это меня и вырвало из сна. Слишком жарко.

Губы растянулась в улыбке, когда мозг бодро прокрутил картинки вчерашнего безумия, в котором мы растворились. И сейчас, как собственно и ночью, ни капельки стыдно мне не было! Это же та-ак… теперь я поняла почему все так сходят с ума от этого занятия. Прониклась, ощутив на себе.

Осторожно перевернулась, как можно медленнее, чтобы не разбудить мирно сопящего красавчика. Начав разглядывать его спящее лицо, умиротворённое, такое привлекательное, искренне задумалась: чем я заслужила счастье в виде этого потрясающего парня.

Захотелось коснуться его приоткрытых губ, поцеловать, продолжить изучать его мускулистое тело своими неопытными пальчиками. Не удержалась, и провела костяшками по его щеке, а затем скользнула ладонью по твёрдой груди.

Секунда и мир перевернулся. Только что смотрела на смазливое лицо, а теперь взгляд уткнулся в потолок. Горячее тело нависло сверху, вжало в мягкий матрас, обожгло поцелуями шею. Учитывая, что одеться мы не потрудились, я животом ощутила, что Егор полностью разделял моё желание ещё раз повторить.

Он прошептал мне прямо на ухо: «Доброе утро, зайка», прикусил мочку, вырвав из меня стон. Не смогла ответить, задохнулась от вновь накрывших ощущений. Как будто сколько не чувствуй, а всё мало и хочется ещё и ещё.

Егор же вразрез моим мыслям отстранился, приподнялся на локте, а второй рукой провёл пальцами у лба, поправив волосы. Наши взгляды пересеклись. Мой затуманенный вспыхнувшим возбуждением, и его… потускневший от ужаса?

Не знала, что он такого рассмотрел на моём лице. Вероятно косметика размазалась, но от его щек даже краска сошла. Он реально побледнел. Ну ладно уж, я что настолько плохо выгляжу?

— Блять, — выдал он, совершенно остудив мой пыл, да ещё и отстранился совсем, выпрямившись.