— Вчера ночью кто-то пробрался в офис и украл кольцо, которое было для нашей свадьбы.

— Свадьбы не будет? — с надеждой вырвалось из моих губ, Егор прикрыл рот кулаком, чтобы скрыть смешок.

Мама и Эдуард Сергеевич недовольно уставились на меня.

— Разумеется будет, — ответил хозяин дома. — Я предполагал что-то подобное, поэтому сразу взял несколько экземпляров.

Улыбка Егора скисла, и он снова наступил мне на ногу под столом. Я, что ли, виновата что наши предки жениться решили?

В этот раз я не выдержала, ойкнула, и якобы случайно дёрнулась, пальцы выпустили кружку и большая часть её содержимого окатила Егора.

— Ой, прости-прости! — тут же залепетала я, подскочив.

Подхватила салфетки, принялась спешно вытирать кофе со стола таким образом, что ещё больше заляпала светлые штаны Егора. Он уже совсем не улыбался, но терпеливо молчал и просто наблюдал за моими действиями. Впрочем глаза его горели обещанием расплаты. Знала, что пожалею, но не могла удержаться. Ещё и на ногу ему наступила, когда он встал из-за стола, а я предприняла попытку отряхнуть его одежду.

— Не трогай меня, — надо отдать ему должное процедил он сдержанно, затем склонился к моему уху и тихо прошептал: — Крошка, потренируйся молить о пощаде.

Я сама отскочила, чем его рассмешила. Егор подмигнул мне, вырвал из рук салфетки и двинулся к ступенькам ведущим на второй этаж.

— Алиса, Егор точно был с тобой ночью?

— Да.

— И чем вы занимались? — с подозрением попросила мама, сузив в глаза.

Да в конце концов, мне почти девятнадцать!

— Смотрели кино, — повторила упрямо я и отвернулась.

— Всю ночь?

Но я уже взлетела по ступенькам, вихрем ворвалась в свою комнату. Прислонилась спиной к двери и застыла, потому что на моей кровати разлёгся Егор в одних боксёрах.

Егор

Я закинул руки за голову, облизав губы. Почему-то эти выразительные глаза шоколадного цвета испуганно округлившиеся заводили до безумия. Она раздражала тем, что появилась в моей жизни. И в этом доме. И ещё больше раздражало, что она вот-вот станет якобы моей сестрой.

Ну не бред ли, а? Мне девятнадцать, ей восемнадцать, и предки на полном серьёзе нам сказали: дружите! А то не понятно, что я бы с ней предпочёл оказаться в горизонтальном положении. Жаль только, что Алиса как будто видела меня насквозь, легко различала фальш. Первая крошка, которая не купилась на мою игру. Я ей не нравился, а это зажгло азарт. Хотелось пробить её броню и сломать, но…

Если отец всё же женится на её матери, и нам придётся жить под одной крышей не один год подобные действия станут фатальны. И не только для нас двоих, но всех. Может я и отбитый моментами псих, но не настолько дурной, чтобы портить самому себе жизнь и осознанно поселить рядом с собой сломленную игрушку.

И всё же видеть без возможности тронуть заводило так, как никогда. Осознание запретности усиливало желания. Образ хорошей девочки, который она удачно изображала несколько недель… Чёрт, даже я повёлся! Вчера лопнул как мыльный пузырь. Какой одуванчик будет разгуливать ночью в одиночестве, да ещё и разрисовывать стены гаража?

— Что, — шепнула тихо Алиса, заикнувшись, — что ты тут делаешь?

Возникла логичная мысль: может и страх её наигран?

— Размышляю, что мы с тобой похожи гораздо больше, чем я думал, — честно ответил я, сел на кровати, не сводя с неё внимательного взгляда.

Не понимал в какой момент меня переклинило. Когда раздражение переросло во влечение? Алиса типичная серая мышка, коих сотни. Не ровня тем, кто обычно согревали мою постель. Низкая, худенькая: кожа, до кости, ни груди, ни задницы.

В первый раз, увидев её в платье, я тупо не нашёл на что смотреть. Личико миловидное, но скорее как у щекастого пупсика, а не куколки. Она не красилась, виднелись красные пятна на лбу и подбородку. Обычно шлялась в бесформенных худи и свободных штанах. Слишком простая, слишком обычная, слишком никакая. Нет, я не могу её хотеть. Это раздражение перерастает в ненависть. Её не должно быть в моём доме, как и её матери!

— Что ты имеешь ввиду? — не поняла она, забавно сморщив курносый носик.

Я поднялся, заставив её нервно сглотнуть. Она реально меня боялась, невозможно так играть.

— Ты притворялась хорошей девочкой, — отозвался я, чуть понизив голос и двинулся к ней, — теперь мне интересно, кто ты на самом деле.

Остановился буквально в сантиметрах десяти от неё, взглянул на тёмную макушку. Заметил, как её затрясло, опустил ладонь на дверь около её плеча.

— Егор, — выдохнула она судорожно, стараясь слиться с дверью, — пожалуйста, уйди с моей комнаты.

— Окей, только ответь на один вопрос. Честно.

— Л-ладно.

— Кто мог подумать, что ты так ловко обращаешься с баллончиками для краски. Может ты и с чл…?

— Егор! — перебила она, вскинув голову, и мгновенно вспыхнула, как спичка.

Алиса тут же отвернулась, но я всё равно заметил, как её щёки побагровели, а потом вся она пошла красными пятнами. Больше слов не потребовалось, и так ответ красноречиво отразился на миловидном личике, искажённым ужасом, страхом и теперь ещё возмущением.

— Ты!..

— Ладно-ладно, сжалюсь, но только потому что ты меня прикрыла. От двери отойди, мешаешь же выйти.

Я указал второй рукой на пространство комнаты, Алиса дёрнулась вбок и я открыл дверь. Замер, чтобы тихо бросить напоследок:

— Мы потом с тобой обсудим условия твоей благодарности, чтобы я не обнарудывал твои милые снимки в интернет и не показал матери. Уверен, она тебя за это по головке не погладит.

До ушей долетел яростный фырк, но я уже вышел в коридор, захлопнул за собой дверь и ухмыльнулся.

Встретился взглядом с Киром, который как раз появился на ступеньках. Он в начале недоуменно меня осмотрел, а затем хохотнул и насмешливо уточнил:

— Ты уже успел её оприходовать? Я думал, твоя новая сестрёнка невинный одуванчик.

— Мы просто разговаривали, — отмахнулся я, почему-то разозлившись.

Не сказал другу, кого именно вчера сфотографировал с баллончиком. Понятия не имел почему, это как будто касалось только нас двоих с Алисой.

— Без одежды разговаривали? — глумливо уточнил Кирилл, когда я шагнул к своей комнате. — И как, хорошо поговорили?

Моя спальня находилась прямо напротив комнаты Алисы. Толкнул дверь ладонью сильнее, чем планировал, она с громким бахом ударилась об стену. Ногу прошиб удар током и меня повело в бок. Вчерашнее неудачное приземление давало о себе знать при резких движениях.

— Егор? — встревожился Кир, приблизившись. — Что с тобой?

— Хватит про эту заразу, — процедил я, оторвавшись плечом от дверного проёма.

Ушей настиг скрип, заставивший обернуться. Заметил, как приоткрылась дверь комнаты Алисы. От грохота она осторожно выглянула посмотреть, что происходило. Её тёмные глаза, полные любопытства, встретились с моими на несколько секунд.

— Привет, — дружелюбно обратился к ней Кирилл.

Она сконфуженно облизала губы, кинув на него мимолётный взгляд, и скрылась, резко захлопнув дверь.

— Ты её совсем зашугал? — с ощутимым упрёком уточнил друг. — Она же…

— Даже не думай, — перебил я, ввалившись в свою спальню. — Ты чего припёрся?

Я закрыл дверь, когда Кир прошёл внутрь, закинув руки за голову.

— Подзатыльник тебе прописать, и в универ затащить. Ты когда там в последний раз был?

— М-м-м, — ухмыльнувшись, протянул я, заглянув в шкаф. — В первый день?

— До меня декан докопался, почему-то решив, что я отличный кандидат на роль твоей няньки.

— Сгодишься, — хохотнул я, подцепив пальцами вешалку со спортивным костюмом.

— Влетай в шмотьё и погнали! Сегодня всего две пары, первая и третья, — и понизив голос, Кир добавил: — Будет беспалевное время избавиться от кольца.

— Уже, — отрезал я, натянув штаны, и подхватил с полки футболку.

— Только не говори, что ты подбросил его малышке!