Она скоро это поймет.
Блядь, она же понимала серьезность ситуации, и если в ближайшее время она не примет эту связь…
Он стоял в ошеломленном молчании рядом с Лукой и Акселем, когда она перебросила свои туфли через перила балкона, продолжая кричать в грозовое небо. В эти моменты на него нахлынули воспоминания о том, как она делала то же самое в машине по дороге сюда.
Теон застыл, не в силах пошевелиться, когда она сломалась перед ним и упала на балконе. Звук, с которым ее колени ударились о мраморный пол, был звуком, который невозможно просто заглушить. Это снова и снова прокручивалось у него в голове. Когда она начала выдергивать шпильки из волос с такой силой и неистовством, что он, наконец, заставил себя пошевелиться, пока она не причинила себе еще больше боли.
Лука и Аксель почти ничего не сказали, когда он вышел из комнаты после ее решительного отказа лечь с ним в постель.
Они понимали, что он должен был сделать то, что сделал за ужином.
Они знали, на что способен отец и что он может сделать.
Аксель был явно расстроен, когда Лука вложил ему в руку стакан.
— Я никогда не видел, чтобы кто-то так терял самообладание, но уж точно не фейри. Только не Источник, — сказал он, делая большой глоток виски. — Я даже не подозревал, что Источник так может вести себя… со своим Хозяином. — он взглянул на Теона поверх своего стакана, ожидая объяснений.
Теон провел рукой по волосам, залпом осушив весь стакан виски.
— Не знаю, что с ней делать. Я пытаюсь дать ей пространство и время привыкнуть, но не понимаю, как она может так сильно сопротивляться нашей связи. Если она чувствует притяжение так же, как и я, противостоять ему должно быть невозможно. Я никогда не думал, что мне придется очаровывать ее.
Лука молчал, сидя на диване, погруженный в свои мысли. В конце концов, все разошлись по своим комнатам, решив, что на сегодня хватит. Когда Теон, наконец-то встал, как только рассвет коснулся горизонта, он зашел в ее комнату и обнаружил, что она все еще смотрит в стену.
Спала ли она вообще?
— Я собираюсь приготовить кофе, Тесса, — сказал он. — Я так же закажу что-нибудь на завтрак.
Она даже не потрудилась заметить его присутствие.
Слуги принесли завтрак. Тесса так и не появилась. Теон, лука и Аксель поели молча. Потом Теон принял душ и привел себя в порядок. Спустя время, в половине десятого он вернулся в ее комнату. Она не сдвинулась с места. Ни на дюйм.
— Мне нужно идти на встречу, Тесса. Аксель будет ждать тебя в гостиной. Он побудет здесь с тобой, пока я не вернусь.
Его встретили молчанием, и он не знал, что делать.
Подойти к ней?
Заставить ее встать?
Очаровать? Чтобы она хотя бы сказала что-нибудь, чтобы он понял…
Понял, что?
Что с ней все в порядке? Очевидно, что нет.
Заставлять ее заговорить — это лишь способ успокоить себя, услышав ее голос.
Он вздохнул, прежде чем добавить:
— Когда я вернусь, нам нужно обсудить вчерашний вечер.
Она не пошевелилась.
Он разберется с этим, когда вернется. По крайней мере, ей нужно поесть. Она не успела доесть ужин. Может быть, она проголодается настолько, что сможет встать сама.
Великий Ариус, он на это надеялся. Он чертовски устал спорить с ней по каждому пустяку. Он не ожидал такого сопротивления, когда выбирал Источника. И ему становилось все труднее и труднее сдерживать свой гнев по мере того, как она бросала ему вызов и отталкивала его.
— Теон, — прорычал его отец, возвращая его в настоящее. — Хочешь что-нибудь добавить к тому, что мы только что обсудили?
Теон взглянул на Луку, и тот бросил на него откровенный взгляд, который сказал ему, что он точно знает, о чем думал Теон. Он едва заметно покачал головой.
— Нет, все это звучит прекрасно, — спокойно сказал Теон.
Он, честно говоря, даже не знал, зачем отец назначил эту встречу. Эти планы разработаны еще несколько месяцев назад.
— Мы надеялись познакомиться с твоим новым Источником, — сказал Метиас, его голос был таким же сальным, как и его зачесанные назад волосы. — Мы видели ее на церемонии открытия Выбора. Она очаровательная малышка.
Примитивное чувство собственничества пробудилось в Теоне, и в его груди зародилось низкое рычание.
Его отец усмехнулся, сидя за своим столом.
— Из-за новизны связи с Источником Теон в последнее время стал немного властным. Я почти не видел ее. Дай ему немного времени. И, возможно, он будет охотнее делиться своими вещами, — сказал он с ноткой предупреждения в голосе.
Теон медленно моргнул, сдерживая свой гнев. Связь болела у него в груди все утро, вероятно, потому что он не прикасался к Тессе со вчерашнего вечера. Но сейчас она требовательно бесновалась при малейшем намеке на то, чтобы приблизиться к ней. Не говоря уже о том, чтобы прикоснуться.
Если кто-то и должен касаться ее, то это он и только он. И это заставило совершенно другое моменты всплыть на поверхность его сознания. Воспоминание о том, как они соединились прошлой ночью, прежде чем все пошло прахом.
Он зашел в их гардеробную, чтобы посмотреть, готова ли она к выходу, и был ошеломлен тем, что обнаружил. Тесса стояла там, изучая себя в зеркале в полный рост. У нее были слегка нахмуренные губы и складка между бровями. Как будто ей не нравилось то, что она видела в отражении, что было абсолютно нелепо.
Тесса не слышала, как он подошел к ней сзади, и испугалась, когда увидела его в зеркале. Он откинул волосы с ее шеи и едва сдержался, чтобы не застонать, когда его пальцы коснулись кожи. Каждый раз, когда он прикасался к ней, это было похоже на экстаз. Его кожу покалывало от удовольствия, когда она позволяла его руке задержаться на ней. Когда она снова прижалась к нему, ему пришлось приложить все усилия, чтобы не прижать ее к стене и не прижаться губами к ее губам. Он умирал от желания снова ощутить ее вкус с тех пор, как она поцеловала его. Он положил руку ей на бедро, жадно принимая любое прикосновение, которое она позволяла.
Почему она не могла просто сдаться?
Она ведь должна это чувствовать, правда? Не может быть, чтобы это испытывал только он.
Как она может отрицать то, что могло бы длиться вечно?
Поэтому он попросил ее. Нет, он умолял ее, дать ему шанс хотя бы одну единственную ночь. Притвориться, что она поддалась этой связи и приняла свою роль в качестве его Источника. Он хотел, чтобы она почувствовала, какими они могут быть. Он хотел, чтобы она испытала наслаждение от его прикосновений. Чтобы она стала зависимой от него. Чтобы она желала его так же, как он желает ее.
Но все обернулось совершенно иначе, чем он ожидал. Предполагалось, что это она будет неустанно желать его, а вместо этого именно он цеплялся за любую возможность прикоснуться к ней.
Резкий удар Луки по ноге вернул его к разговору, в то же время его отец прорычал:
— Теон. — он встретил холодный взгляд отца. — Я начинаю опасаться, что плохие манеры твоего Источника передаются и тебе.
— Прошу прощения, — выдавил Теон. — Это была довольно долгая ночь… дисциплинарных мер.
При этих словах взгляд его отца потемнел от удовольствия. Теон слишком хорошо знал, как отец наслаждается процессом исправления поведения.
Он почесал грудь, пока связь продолжала дергаться. Потребность вернуться к Тессе была такой сильной, какой он еще не испытывал. Это притяжение ощущалось иначе, более настойчиво, и он понимал, что не может усидеть на месте. Даже магия под его кожей казалась взбудораженной.
— Как я уже говорил, — продолжил его отец, — Хотя я и смог обеспечить Луке ранний доступ в Акрополь и Пантеон, на вас двоих это не распространялось. Я не хотел вызывать еще больший ажиотаж, чем тот, который мы уже имеем на данный момент. Мы позволим Теону, Акселю и Луке заложить кое-какие основы в течение недели, когда им разрешат приехать раньше остальных участников.
