— Намного лучше. — Я улыбнулась, тяжело дыша. Суть трюка заключалась в повороте на 180 градусов, когда я делала сальто на передней стенке. Я годами надрывалась, пытаясь сделать это правильно. Этот трюк мне удавался только в половине случаев.

Советы ДжейЭра были просты, они изменили мой подход и то, как я поворачивала свое тело. Он изменили весь мой мир.

Тейер пытался тренировать меня, когда мы были вместе. В то время я этого не осознавала, так как никогда раньше не тренировалась, но в его наставлениях было столько высокомерия. Я была разочарована, когда его советы не срабатывали, и поступала по-своему.

Я с трудом сдержала улыбку, подумав о том, что бы он сказал, если бы увидел меня сейчас стоящей рядом с ДжейЭром Томасом.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Ты отлично справляешься. Это был бы отличный трюк для соревнований.

ДжейЭр Томас только что сказал мне, что я отлично справляюсь. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не уронить челюсть в снег.

— Крю сказал, что ты собираешься выступить на соревнованиях «Бёртона»?

— О, да? — Это прозвучало как вопрос. Почему, я не была уверена. Я зарегистрировалась. Я взяла отгул и убедилась, что у меня есть люди, которые подменят меня.

Если бы я слишком много думала об этом, меня бы начало выворачивать наизнанку от беспокойства. Поэтому я старалась не думать об этом. И не говорить.

Несмотря на то, что Хэлли, Ава и Кэлли уговаривали меня зарегистрироваться в течение нескольких месяцев, именно Крю стал причиной, по которой я решилась на этот шаг. Его поддержка отличалась от поддержки моих друзей.

Он был спортсменом. Он знал, чего стоит выступать на таком уровне. Он знал, как обидно проигрывать.

Никто в спорте не поддерживал меня так, как Крю. Ни мой отец. И уж точно не мой брат. Ни Тейер. Даже моя мама, на самом деле.

Мама проводила не много времени на горнолыжном склоне, в основном потому, что папа приводил нас сюда, когда мы были детьми. Это было его место, а не ее. И, по-моему, временами она обижалась на эту гору.

Поэтому я преуменьшила значение своих мечтаний. Я прижимала их к груди, пряча от всего мира.

Пока не появился Крю.

Я посмотрела вверх и обнаружила его на краю. Он поднял руку в воздух, показывая, что собирается прыгнуть, а затем взлетел.

Если во время моей собственной пробежки мое сердце билось где-то в горле, то сейчас оно выпрыгивало из груди, когда я смотрела, как он делает сальто за сальто. У него это выглядело легко. Он был безупречен. Гипнотизировал.

Мое сердце забилось где-то в горле, когда он показал последний трюк — «дабл кок 1440» (прим. ред.: дабл кок 1440 — это трюк в фристайле, который предполагает четыре вращения), над которым он работал сегодня. У него получилось. Остальные зрители, стоявшие у пайпа, одобрительно зааплодировали.

— Вау, — прошептала я, забыв о ДжейЭре, стоявшем рядом со мной.

— Из всех спортсменов, которых я тренировал, Крю — лучший. У него это все просто получается. Он всегда ставит все на кон. Без колебаний. Без оговорок. Я не знаю, что им движет. Черт возьми, я даже уверен, что и он не знает. Но на это невероятно приятно смотреть, не так ли?

— Да, это так.

Что движет Крю? Этот мужчина любил побеждать. Даже в спальне он наслаждался тем, что доводил меня до оргазма. Но помимо его таланта и любви к победе, я думаю, что Крю двигало одиночество.

Он сбежал из Пенни-Ридж. До вчерашнего вечера, когда он рассказал мне о Марке, я не осознавала, насколько ужасной, должно быть, была старшая школа. Все, что я помнила, это то, что он все время был у нас дома. Как они с Ривером забирались сюда при каждом удобном случае, даже если для этого приходилось прогуливать школу.

Крю катался на сноуборде, чтобы забыться. Чтобы сбежать.

Хотела бы я знать. Не то чтобы я знала, как с этим справиться. Я была слишком молода и наивна, чтобы стать тем человеком, который был нужен Крю в то время. И все же, жаль, что я не знала.

Крю резко остановился перед нами, его дыхание участилось, он тяжело дышал.

— Все еще не очень.

Не очень?

— Отсюда все выглядело хорошо, — сказал ДжейЭр, озвучивая мои мысли. — Что кажется неправильным?

— Не знаю. — Крю потер челюсть перчаткой. — Так… жестко.

— Это из-за твоего колена? — спросил ДжейЭр.

Его колено? Что не так с его коленом?

Крю вздохнул и коротко кивнул своему тренеру.

— Вчера ты переусердствовал, — сказал ДжейЭр. — Давай сегодня воздержимся от этого. Почему бы тебе не провести некоторое время в горах и просто покататься. Не напрягаясь. Дай своим ногам нагрузку, но не доводи до крайности. Тогда завтра утром мы встретимся в тренажерном зале отеля.

— Ладно. Хочешь прокатиться?

ДжейЭр посмотрел на меня, затем снова на Крю.

— Почему бы вам двоим не поехать вместе? Я присоединюсь к вам завтра.

Как бы мне ни хотелось провести с ДжейЭром каждое мгновение, впитывая каждую крупицу его советов, день в горах, наедине с Крю, был слишком привлекательным. Поэтому я держала рот на замке, надеясь, что Крю не будет возражать.

— Звучит заманчиво. — Он протянул руку для рукопожатия. — Увидимся завтра.

— Приятно было познакомиться, Рейвен. Удачи на открытом чемпионате. — Помахав рукой, ДжейЭр ушел, оставив нас с Крю у основания хафпайпа.

— Если тебе нужно потренироваться или расслабиться…

— Ты слышал, что сказал этот человек. — Крю ухмыльнулся и отстегнул один ботинок от своей доски. — Сегодня ты останешься со мной.

Да. Я мысленно сжала кулаки, затем тоже расстегнула ботинок, прежде чем последовать за Крю к подъемнику. Я подождала, пока мы не преодолели половину подъема по склону, прежде чем повернуться к нему.

— Что случилось с твоим коленом? Я думала, у тебя повреждено плечо.

— Да, — нахмурился он. — Сначала плечо. Потом колено. В этом году у меня просто проблемы. Кажется, что все…

— Затекло? — закончила я за него.

— Затекло. Или стало механическим. Я точно не знаю, как это описать. — Крю окинул взглядом Парк, наблюдая, как парень перелезает через ограждение. — Лучшие дни, которые у меня были за весь год, — это дни, когда я катался с тобой.

— Почему это звучит так, будто это плохо? — Мне было больно слышать разочарование в его голосе. Мои лучшие дни тоже были связаны с поездками с ним.

— Это не плохо. — Крю грустно улыбнулся мне. — Если бы я и мог сделать тебе комплимент, то это сказать, как сильно я люблю гоняться за тобой по склону этой горы. Но соревноваться, участвовать в крупных соревнованиях, готовиться к ним — такого кайфа еще никогда не было. В этом году чего-то не хватает.

И если это были лучшие дни в жизни Крю, это означало бы неприятности.

— Ты еще даже не участвовал в соревнованиях. Откуда ты знаешь, что чего-то не хватает?

— Поверь мне, я задавал себе тот же вопрос. Но я чувствую это. Есть пробел. Я никогда не думал о завершении карьеры. Ни разу. Всегда был следующий сезон.

Мои глаза расширились.

— Ты хочешь завершить карьеру?

— Да. Нет. — Его плечи поникли. — Я чувствую, что в этом году дело не в кайфе. Я делаю это, потому что хочу что-то доказать.

— А что тебе вообще нужно доказывать? — Он побеждал на всех уровнях.

— Что у меня все еще есть это, — прошептал он. — И я боюсь. Потому что, что, если у меня не получится.

Моя рука в перчатке потянулась к его руке.

— У тебя получится.

— Такое чувство, что мое тело меня предает. Сначала плечо. Теперь колено.

— Как ты повредил колено?

Он пошевелился, слегка повернувшись ко мне лицом, но не отпустил мою руку.

— В прошлом месяце я катался на Рождество. После смерти мамы праздники, особенно Рождество, стали странными.

Натали умерла как раз перед Рождеством.

— Даже в старших классах мы с Уэстоном расходились, — сказал он. — Занимались каждый своим делом.

Возможно, потому, что Марк не организовал настоящий праздник. В следующий раз, когда наши пути пересекутся, я опробую на нем свой самый свирепый взгляд.