— Градусник давай. Время прошло.

Девчонка, кажется, несколько смутилась, но все-таки вытащила термометр и протянула его мне. Я чуть повернул, чтобы свет правильно упал, глянул — тридцать шесть и шесть. Нормально.

Стряхнул и протянул второй девчонке. Дождался, когда и у нее температура измерится, убедился, что нормальная. Девчонки оделись. Потом открыл дверь, и увидел, что все уже успели разойтись. И только Карма стоит снаружи, ждет.

— Тебе не говорили, куда их отвести? — спросил.

— Сказали, в подвал пока запереть, отдельно от остальных.

— Отведи, — кивнул я. — А Сека куда пошел? Поговорить с ним надо.

— Так в столовой он, — ответил Карма, пожав плечами.

Значит, меня ждать никто не стал. Интересно, пустят меня в этот раз за стол к главарям или придется жрать за общим? На самом деле желателен первый вариант, потому что с Секой мне нужно переговорить прямо сейчас.

Я добрался до столовой, вошел, увидел, что большая часть тех, кто участвовал со мной в ночном рейде, уже сидят за длинным столом, а Сека и Бек отдельно в закутке для учителей. Сека тут же махнул мне рукой, мол, подходи. Отлично.

Я кивнул, подошел к трем большим кастрюлям. В одной из них обнаружилось картофельное пюре, причем много. Ну это неудивительно, сейчас как раз молодая картошка поспела, в самый раз, чтобы начать есть. И купить можно относительно недорого. Вот лежалая по подвалам, подмерзшая уже, по весне будет стоить гораздо дороже.

Во второй кастрюле было что-то мясное с томатным же соусом. А в третьей, чуть ли не самой огромной — компот. Из тех самых падучих яблок, что мне до сих пор вспоминаются.

Я взял половник, наложил себе всего, но немного, потому что есть особо не хотелось, зато от души нацедил компота. Сделал сразу глоток и чуть не выплюнул все — кисло, вяжет очень сильно. Драгоценный сахар на него тратить никто, естественно, не стал.

Потом сложил все это на поднос и двинулся в сторону закутка. Уселся уже без приглашения.

— Ты чего так долго? — спросил Бек. — Ты их там на девственность проверял что ли?

— Да нет, — я покачал головой. — Вши, лишай, чесотка и все такое.

— Блядь, ну я же ем, — выдохнул Сека. Ему такие слова не нравились за столом. Вроде главарь бандитов, но при этом на удивление чувствительная личность.

— Короче, Сека, новое кое-что выяснилось, — сказал я. — Та, что постарше, Лизой звать, в медицинском училище училась. Первый год закончить успела. Должна что-то уметь. Так вот…

— И почему не мобилизовали? — спросил вдруг Бек. — Ты же знаешь, что студентиков всех тоже. Причем большей частью в санитары на передок.

— Да я ебу что ли? — посмотрел я на него. — Но в общем, переждите пару дней. Я проверю, что она реально умеет, и если не врет, то лучше ее будет с нами оставить.

— А вторая? — задал вопрос «политеховец».

— Вторая — сестра ее. Если уж оставлять, то обеих ведь, так получается?

— Ладно, — выдохнул главарь. — Мне все равно эта тема не по душе. Не хочу я рабами торговать, купить еще одно дело, а вот ловить, на рынок тащить…

— Так мы ж специально их не ловили, — заметил Бек.

— Да какая разница, — Сека махнул рукой. — Пусть останутся на пару дней. Если реально что-то умеет, то хорошо, помощница будет тебе, Рама. Ну и второй работу найдем. Только отвечать за них будешь ты. Понял?

— Понял, — кивнул я.

И вот зачем я во все это влез? Чтобы не пожалеть потом о том, что двух девчонок сбыли с рук? А не пожалею ли я потом о том, что отказался жалеть в этот раз. Круговорот жалости какой-то, ебаный в рот.

Ладно, посмотрим. Может быть, все еще нормально будет.

Примерно через час я возненавидел процесс медосмотров всеми фибрами души. Еще через один мне очень захотелось сбежать. Честное слово, лучше уж шариться по разрушенному городу, чем заниматься однообразной рутиной, осматривая людей.

Они, кстати, отнеслись к этому нормально, кажется, даже рады были.

Бандиты и их женщины по одному заходили в кабинет. Я расспрашивал их, потом осматривал с головы до ног, после чего выдавал термометр, который перед этим каждый раз обрабатывал спиртовой салфеткой. Потом Лиза мерила им давление, как выяснилось, она и это умела, мне пришлось только удостовериться в этом. Ну и рост-вес измеряли, благо для этого тут все имелось. Не знаю, зачем, просто подумал, что это неплохой идеей будет. Понятное дело, что никто никаких диет назначать никому не будет.

Я даже что-то вроде медицинских карт завел, благо тетрадки в школе нашлись. Записывал сведения — как зовут, год рождения, ну и чем раньше занимались. Профессиональные вредности у нас, ясное дело, теперь у всех одинаковые, а главный риск в жизни — это инфекции, пули ну и осколки. Но что-то мне подсказывало, что это лишним не будет. Да и в целом о контингенте узнать надо побольше.

Как выяснилось, народ собрался разношерстный, и далеко не все из них в прошлой жизни были бандитами. Была тут и ткачиха, и повариха, разве что сватьи бабы Бабарихи не было. В наличии был учитель физкультуры, грузчик. Да и в целом, пожалуй, не предполагалось, что они в итоге станут бандитами, и уж тем более начнут кошмарить местное население. Это меня заинтересовало.

В общем-то людей оставалось не так много, человек пять. Но я все равно устал.

В целом состояние здоровья у бандитов было неплохим. Нашлась женщина с варикозным расширением вен, и я выдал ей пачку аспирина, настояв на том, чтобы она делила таблетки на четыре части и пила по одной в день. И заодно записал в склерозник, что надо добыть нормальную ацетилсалициловую кислоту, с оболочкой, которая не уебашит желудок. И что-нибудь из венотоников.

Там бабушка надвое сказала, найдем или нет. С одной стороны, вообще-то они никому особо не нужны. С другой… Упаковки обычно яркие, красивые, может кто и дернул, как сорок блестяшку. Ладно, в той аптеке, где меня бандиты взяли, была целая куча БАДов. А бывают и бады с теми же действующими веществами. Насчет их эффективности не знаю, но могут помочь.

Дверь открылась, и в нее прошел Бек. Вот с ним я сейчас, пожалуй, и хотел бы переговорить.

— Здорово, — кивнул я.

— Привет, — сказал он и посмотрел на медсестру.

Было видно, что ее аж передернуло. Ну что ж, с «политеховцем» у нее отношения испорчены, причем навсегда. Потому что он предлагал продать ее в рабство людям Жирного. И если бы я не вмешался, и не придумал бы отмазки, то именно так и случилось бы.

Спас ли я ее этим или нет — другой вопрос. Мало ли, нагрянут к нам сюда «Волки» и всех постреляют. Хотя, подозреваю, что в рабстве у них все равно хуже.

Я сделал запись, после чего посмотрел на парня. У нас отношения с ним были ровными, пожалуй, из всех бандитов я мог бы назвать его относительно близким человеком. К тому же он — правая рука Секи. Левая — Надя, это понятно, но он прям ближайший сподвижник.

— Слушай, — проговорил я. — Я вот про профессии у людей спрашиваю. Ты, знаю, студентом «политеха» питерского был. Но никто ведь раньше не бандитствовал. Чего теперь начали?

— Ну а ты чего хотел, — он вдруг усмехнулся. Время такое, люди меняются. Что поделать. А то, что бандитов у нас нет… Так никто тебе ни в чем не признается ведь сам. Но на самом деле реально нет. Да и мы не лютые же, просто выжить пытаемся.

— Если ты скажешь мне, что во всех бандах по городу так, я совсем ебанусь, — честно признался я.

— Да нет, — он качнул головой. — У Жирного в банде, например, те еще отморозки. Толпой.

— Ладно, пошли, давай рост и вес измерим.

В прошлые разы это делала Лиза, но в этот решил сам. Уж очень она его не любит, хотя есть за что, конечно. Поднялся, он встал на весы, самые обычные, механические. Потом к ростомеру. Заставил выпрямиться, опустил планку. Вернулся, записал данные.

— И как у наших со здоровьем? — спросил Бек.

— Да нормально все более-менее, — пожал я плечами. — Есть чем заняться, конечно. Но ничего серьезного. Ну у эпилептика этого вашего, самое худшее.