И теперь ко мне пришла злость. На них в первую очередь. Какого хуя они так долго? Меня ведь могли натуральным образом захуярить. И что теперь?

— Стреляй, придурок! — заорал Бек мне.

Стрелять? В кого я должен стрелять? По бандитам или в убегающих пацанов?

— Уйдут же, блядь! — крикнул он, внося ясность в этот вопрос.

Бык, что бежал первым, вскинул дробовик. Мне хватило мозгов отодвинуться в сторону, и он нажал на спуск. Грохнуло, из ствола вырвался сноп пламени, и я как в замедленной съемке увидел, несколько дробин вошли в спину того пацана, что помладше, и он упал на землю.

Блядь. Он ведь только что пацана застрелил. Ему лет одиннадцать было, не больше.

Это точно не со мной происходит.

Кто-то выстрелил еще раз, но второй уже успел свернуть за угол. Пятеро бандитов проскочили мимо меня, рядом остановились только Бек, Карма и Адик. Карма и Адик сразу же принялись пиздить ногами того, в которого я пальнул.

Сюр какой-то. Что происходит. Да что происходит-то, блядь? Это нереально все. Точно не реально.

— Хули ты не стрелял-то сразу?! — посмотрел на меня Бек.

Я только глянул ему в глаза в ответ. Бля, да не могу я выстрелить. Особенно совсем в малолетку. Головой понимаю, что они бы меня сейчас до смерти запиздили бы, да только вот все равно не смог. Так, чтобы убить.

— А вы где были-то, бля? — вопросом на вопрос ответил я. — Меня тут захуярить могли так-то!

Только сейчас я почувствовал ноющую боль в руке. Задрал правой, в которой по-прежнему сжимал пистолет, рукав на левой, увидел, что на ней наливается здоровенный синяк. Пошевелил пальцами — ноет, но нормально. Не перелом. Значит, жить буду.

— Ай, в пизду, — махнул рукой «политеховец», повернулся к своим, которые продолжали мордовать раненого пацана. — Хватит! Да хватит, пацаны!

Тот уже не орал, просто лежал и икал, часто-часто. Адик пнул его еще раз, прямо в живот, и того вырвало. Водой и желчью, он явно не ел как минимум с самого утра.

— Сколько вас? — спросил Бек, наклонившись к нему и приставив пистолет к голове. — Сколько? Есть еще тут?

— Н-н-н-нет, — простонал тот. Он, похоже, был готов на что угодно, лишь бы боль прекратилась.

На самом деле я ни капли им не сочувствовал. Хоть и дети, но они все равно грабили и избивали. Одного из тех, кому они чуть не пробили башку молотком, мне пришлось лечить. И не факт, что что-то получится, а он просто не сдохнет в судорогах.

Меня задело другое. Как быстро действовали бандиты. Как безжалостно они это делали.

— На кого работаете, сука? — спросил он, вдавив пистолет сильнее. — Кто вас крышует, блядь?

— Н-н-н-никто…

— Сами по себе? Малолетки типа вас и сами по себе? Ты думаешь, я в это поверю?

— Мамой клянусь, сами по себе! — заверещал тот. — Нет у нас крыши!

— Где живете?

— Н-н-н-е надо. Вы же там всех убьете…

— Где живете, сказал, сука? — он ударил пацана рукоятью пистолета в лицо, а потом снова приставил ствол к голове.

— На Западной… — простонал малолетний неудавшийся грабитель. — Там магазин еще старый в подвале… Эльф. Вот там.

— Ну и хорошо, — Бек поднялся, посмотрел на пацана.

Как будто размышлял: убить его сейчас или утащить в школу и сделать рабом. Если бы я был на месте «политеховца», то выбрал бы первый вариант. Потому что во-первых, этот пацан уже успел попробовать крови, а во-вторых, он ранен, а на лечение уйдет слишком много сил и средств.

Варианта отпустить его, естественно, не было. После того, что только что произошло, других выходов вообще не имелось.

Бек, похоже, пришел к тому же выводу, поэтому выстрелил пацану в голову. После чего повернулся ко мне.

— Пистолет убери, — сказал. — А то так и держишь в руке. Все, не случится уже ничего.

Я опустил взгляд и увидел, что действительно держу оружие в руке. Только палец не на спуске, он параллельно затворной раме лежит. Это уже рефлекс, я вбил его себе на тренировках. До ординатуры начинал заниматься, когда готовился к военной службе и у меня еще не нашли заболевания.

Вот уж не знаю, как у меня повернулась бы жизнь, если бы пошел. Может быть, сейчас не с бандитами был бы, а на передке херачился бы с чухной. Или на Кавказе, в Крыму, Финке и других местах, где сейчас война идет.

Или давно в земле бы лежал. А пока жив. Наверное, если выбор сделан, то он в любом случае верный.

Я убрал оружие.

Справа послышался стон, и мы все синхронно повернулись на него. Пацан с окровавленным виском поднялся, посмотрел на нас широкими от ужаса глазами, подорвался и попытался рвануть прочь. Грохнул еще один выстрел, и он упал на землю. А потом пополз, цепляясь за асфальт ногтями.

Я повернулся и увидел пистолет в руках Бека. Он сделал несколько шагов, прицелился в продолжавшего ползти подростка, прицелился ему в голову и нажал на спуск. А потом еще раз. Чтобы добить, наверняка.

— Что? — спросил он, посмотрев мне в глаза. Ладно хоть ствола на меня не нацелил.

— Ничего, — ответил я.

А чего мне еще было ждать? Это все-таки бандиты. Да, они наводят порядок у себя на районе именно такими методами. Это не добряки, они не будут уговаривать, они будут бить и убивать.

Не то чтобы я их успел ангелами-хранителями вообразить, после того, как узнал, что мы сейчас пойдем чью-то проблему решать, но все же…

Из-за поворота вышли остальные члены банды.

— Поймали? — спросил Бек, повернувшись к ним.

— Неа, — Бык покачал головой.

— Ладно, похуй, мы знаем, где они живут. Сейчас, короче, двинемся туда. А вы, Адик, Рама и Карма, давайте домой, обратно в школу. Кстати, на, Рама.

Он подошел ко мне, вытащил из кармана и что-то вложил в ладонь. Я посмотрел — это оказалась пачка денег. Толстенная пачка тысячных купюр. Это сколько там? Миллион? Не меньше.

И он отдает их мне, чтобы я донес их до базы. Не Адику, не Карме, а именно мне.

А он вытащил еще одну пачку, в которой денег было поменьше, и купюры разномастные, но это все равно очень много.

— Убирай давай, — сказал он. — Доберешься, отдашь Секе. И лекарства отнеси. Давай.

Он хлопнул меня по плечу и пошел прочь.

Вот тут я задумался: стоит ли мне оставаться с ними? Распрощаться по-хорошему не получится, но сейчас мы пойдем втроем до школы, нападения они не ждут. Если попробовать завалить их, а потом забрать оружие и уйти?

И деньги. Огромное количество денег. Этого хватит, чтобы устроиться?

Да ни хрена. Чемодан героина, найденный в мусорном контейнере бомжом, не сделает его богатым человеком. Совсем наоборот — с этого момента он станет ходячим трупом. И вот я без этих парней — точно такой же бомж. Вообще никто.

А я понял, что уже не смогу стать никем.

Я убрал обе пачки во внутренний карман куртки, повернулся к Адику. У него в глазах было непонимание, до бандита, очевидно, не доходило, почему деньги на хранение отдали мне, а не ему, который, вроде как, старший.

Интересно, это приказ Секи? Или его самодеятельность?

А вот Карма иначе смотрит. Как будто приказа ждет. Как будто он-то как раз все понял.

Они что, хотят, чтобы я помимо хорошей жизни еще и власть попробовал?

— Ладно, пошли, пацаны, — только и оставалось сказать мне.

Когда мы вернулись, Сека уже снова ждал нас в медпункте. На этот раз Надя нас не встретила, а один из охраняющих вход бандитов — Айс, сказал, что главарь ожидает нас. Так что туда мы и двинулись. Точнее я один, потому что мне уже разрешали бродить по базе, а Карма и Адик пошли завтракать, а потом отсыпаться.

Им хорошо. Мне прежде чем отправиться спать, придется еще и поработать. Ну а куда податься? Если уж взялся исполнять свои обязанности, то нужно делать все хорошо.

Я открыл дверь, разулся по привычке, и сразу же обнаружил у входа два ведра, ковшик и кусок белого туалетного мыла. Меня послушали, получается, и решили снабдить пусть и элементарным, но подобием умывальника.